Полубояринов 1 (СИ)

Чародей еще ниже склонился над телом юноши и отметил нечто такое, что смогло удивить этого повидавшего всякого за свою долгую жизнь человека. Внутри тела молодого человека что-то непонятное активно и довольно успешно сопротивлялось действию яда. Такое впечатление, будто в мозгу юноши функционирует некий фактор биологического происхождения,
— На паразита не похоже, коль столь активно защищает своего носителя. — Задумчиво пробормотал маг. — Вне всяких сомнений, штука полезная. Интересно, организм естественного происхождения, или кто-то из чародеев-искусников умудрился сотворить и внедрить это чудо в мозг парня? Ладно, потом всё разузнаю.
  
Альмансор Фаттахович извлек из нагрудного кармана носовой платок. Затем осторожно, чтобы ненароком не коснуться обмотал им костяную ручку, мало ли какое заклинание наложено на орудие убийства. После чего левой рукой выдернул нож из тела юноши, а правую поднес к входному отверстию, куда щедро направил поток структурированной специальным образом некротической энергии, дабы с её помощью разложить проникший в кровь яд на безвредные для человеческого организма компоненты.
Процедура отняла у чародея около получаса. Наконец молодой человек глубоко вздохнул, но из состояния напоминающего кому так и не вышел.
«Ничего, живой и ладно, — решил некромант, — состояние пациента вполне соответствует усвоенной дозе яда. Однако критических повреждений нервной системы не отмечается. Значит, очухается не „овощем“, а в полном здравии и при ясном рассудке».
Убедившись, что нейротоксин в организме юноши полностью нейтрализован, чародей брезгливо отбросил в сторону орудие преступления и мановением руки наложил на него одно из заклинаний своего обширного колдовского арсенала. В результате нож и платок рассыпались прахом, не представляющим ни для кого ни малейшей опасности.
Избавившись от орудия преступления, маг решил провести доскональный осмотр распластанного на могильной плите тела. Более всего, его заинтересовал тот самый загадочный «организм», оказавший активное сопротивление действию яда.
Перед тем, как приступить к более тщательному изучению неведомого феномена, Альмансор Фаттахович просканировал юношу на предмет наличия в нем магии и был буквально ошарашен уже не первый раз за эти сутки. Теперь-то до него до него дошел смысл озвученного личем термина «подарок».
Дрожащим от волнения голосом он выдал нечто невнятное:
— Чистый. — После чего, извлек из кармана переговорный артефакт и вызвал водителя. Благо Петр не последовал совету нанимателя хорошенько выспаться и тут же отозвался на звонок босса. — Петя, бегом шуруй к крипе! Не бойся, кладбище чистое. У нас тут пациент нарисовался. — И мысленно добавил: «Подарок от самой Хозяйки. Нехилый такой подарочек, пожалуй, один из самых ценных за всё время моего служения».
Васильев не заставил себя долго ждать. Минуты через три он был на месте. Окинув внимательным взглядом юношу, напоминающего внешним видом скорее покойника, нежели живого человека, опасливо поинтересовался:
— Ваша Милость, а он не того? Ну там кадавр, упырь или еще какая тварь?
— Не волнуйся, Петюня, это вполне живой человек никакое не умертвие. Пострадал от действия сильного яда. Так что осторожно берешь его на руки и тащишь к автомобилю.
Минут через двадцать тело юноши было со всем возможным комфортом помещено в достаточно вместительное багажное отделение, и «Каравелла М412», отправилась в обратный путь, освещая дорогу мощными фарами и оставляя за собой густой пыльный след.
Терентий Прохорович, разумеется, обидится, за то, что некромант его проигнорировал. Ничего, подарок Хозяйки, намного ценнее. Его необходимо как можно быстрее доставить под присмотр опытного целителя.
Глава 1
Пробуждение вышло крайне неприятным. В башке тупая боль и туман, во рту сухость, мочевой пузырь переполнен и требует срочного опорожнения. Оно бы и по большому сходить не помешало. Да и основательно проблеваться хочется. Короче, приперло со всех сторон. Вот только хотелось бы знать, с чего такие мерзкие ощущения? Неужто нейросеть перестала «мышей ловить»?
Открыл глаза, но по непонятной причине резкость навести не смог. Всё будто молочной пеленой заволокло.
Тут в голове колоколом прогремело:
— Мой лейтенант, в данный момент на вас памперсы, принцип действия которых мне недостаточно ясен. Так что можете отправлять естественные надобности без каких-либо опасений. Что касательно воды, протяните правую руку, бокал в пределах её досягаемости. Только будьте осторожны, в вашем состоянии немудрено ненароком опрокинуть сосуд. Прием жидкости внутрь избавит вас не только от сухости во рту, но и от тошноты. Что касаемо меня, я уже предпринимаю все необходимые меры по детоксикации вашего организма.
— Во-первых, не лейтенант, а товарищ старший лейтенант. Во-вторых, не умничай, задавака. И это… громкость мыслеречи поубавь. По башке молотит будто туда забрался наш физрук Борис Иваныч Хомский и использует мой мозг в качестве тренировочной груши для отработки ударов руками и ногами.
По совету «сетки», которую называю, в зависимости от настроения, Клариссой, Кларой или вовсе уменьшительно-ласкательно Клэр, первым делом освободил организм от шлаков. «Памперсы», скажу вам, сработали как нужно. Мало, что удалили отходы каким-то чудесным образом, еще «подтерли» и «подмыли» (извиняюсь за столь пикантные подробности) в нужных местах. Затем протянул руку в указанном нейросетью направлении и осторожно коснулся пальцами стакана с водой. Взял его и, не отрывая головы от подушки, поднес ко рту.
Уф-ф! Лепота! До этого обыкновенная питьевая вода не казалась мне такой вкусной, даже после тридцатикилометрового марш-броска по выжженному Кеносом плато Артура Серова. Вместе с жаждой пропало желание блевануть. Тут и мысли в голове забегали более активно и в правильном направлении.
— Что с моим зрением?
Ответ Клариссы последовал незамедлительно:
— Временные нарушения, вызванные воздействием нейротоксина. В данный момент наличие яда в вашем организме не фиксируется, лишь остаточные явления. Последствия отравления исчезнут, предположительно, в течение трех-пяти минут.
Ладно, успокоила. Лежим ждем. Вскоре, как и было обещано, перед глазами начало проясняться, и к означенному нейросетью сроку зрение полностью восстановилось.
Покрутил головой. Лежу на довольно мягком ложе. Тело укрыто тонким практически невесомым одеялом. Голова покоится на удобной подушке.
Скинув одеяло, присел, свесив ноги с кровати, осмотрелся. Комната приличная по площади «квадратов» пятьдесят, почему-то без окон. Главный предмет обстановки кушетка. Рядом с изголовьем прикроватная тумбочка с опустевшим стаканом. В сторонке стул архаичного вида, в Зимнем дворце Санкт-Петербурга во время учебно-просветительской экскурсии на Прародину всех людей такие видел. И всё, никакой другой мебели не было. Пустовато как-то.
Высота потолка чуть больше четырех метров. Входная дверь белая двустворчатая размером три метра на два. У меня как у профессионального артиллериста в плане определения размеров и дистанций глаз-алмаз. Интересно, для каких гигантов предназначен столь огромный вход? Мысль меня позабавила.
Стены на две трети от пола покрашены в синий цвет глянцевой краской, выше белые. Потолок также белый без единого пятнышка, всей поверхностью излучает приятное для глаз довольно яркое свечение. Пол странный какой-то, что-то типа старинного паркета. Правда поцарапан и запачкан в некоторых местах темными следами то ли качения, то ли волочения. Определенно, не самовосстанавливающееся нанопокрытие.
  
Осмотрел себя с разных сторон, насколько мог. Вроде бы, никаких особых изменений в себе не отмечаю. Росточком не обделен сто девяносто пять сантиметров. Плечи широкие под стать росту. Мышечный каркас, благодаря не только работе нанитов, но и активным тренировкам, любому на зависть. Растяжка отменная. Дыхалка что надо. И, вообще, весь я парень хоть куда. Болевые или какие иные негативные ощущения отсутствуют.