"Фантастика 2025-194". Компиляция. Книги 1-27 (СИ)

— Потом! — сказал я, и сразу же забыл про него.
Я снова оказался заложником медленно поднимающейся кабины, а нутро моё буквально распирало от волнения. Цифры этажей тягуче сменяли друг друга, а музыка, которая должна была успокаивать, наоборот всё больше и больше раздражала. Время — семь минут десятого!
Наконец, вот он — пятнадцатый этаж, на котором располагались кабинеты отделов, а также большой и малый конференц-залы. Как раз-таки в последнем я должен был находиться уже как минимум двадцать минут! В коридорах было пусто. И не мудрено — все сидели на совещании. Добравшись до дверей зала, я прислушался — судя по неразборчивому голосу, докладывал начальник материально-технического отдела. И это больше походило на оправдывания, чем на доклад. Словно опоздавший студент, я максимально тихо приоткрыл дверь и наметил план незаметной вылазки к ближайшему креслу.
  
Я отворил дверь пошире, и это стало причиной моего фиаско. Произошло неприятное совпадение — начотдела МТО закончил свою речь, и в зале воцарилась напряжённая тишина, которую внезапно нарушил громкий скрип петель!
— А вот и господин Тагава пожаловал, — язвительным тоном произнесла замдиректора Мэйко Токугава — блондинка американо-японского происхождения.
Её надменные янтарные глаза с презрением смотрели на меня через очки-половинки. Все остальные тридцать человек последовали её примеру, и даже одиноко стоявший начальник МТО строго прищурился на меня.
— Видно, вам показалось, что пятилетний стаж работы позволяет вам приходить на рабочее место, когда вздумается?
Она была прекрасна и ужасна одновременно: строгий бежевый костюм приоткрывал миру два упругих полушария третьего размера. Золотые волосы собраны в узел, и лишь несколько прядей касались её совершенного лица, которое в данный момент было искажено раздражением. И если градус этого раздражения перейдёт определённую отметку, то наверняка поставит жирный крест на моей карьере...
Её длинные ноги были скрещены под столом, как она часто любила это делать. Сексапильная женщина волновала умы многих мужчин в компании, и я был в их числе. Я всегда пытался произвести на неё хорошее впечатление, и даже ловил на себе её заинтересованный взгляд.
Но теперь всё изменилось. Я впал в немилость.
— Ну что же вы молчите? Поведайте нам свою историю, — произнесла она, криво улыбнувшись. — А мы всем коллективом решим, какую меру наказания вам избрать.
Я будто язык проглотил и не мог ничего сказать в своё оправдание. Только искал взглядом Коджи, надеясь на его поддержку. Но среди присутствующих в зале его не оказалось. Ведь это именно он настропалил меня на поиски документов. Кстати о них...
Подняв папку перед собой, я произнёс прерывающимся от напряжения голосом:
— До меня поздно довели информацию. Я только что из архива. Вот, — я подошёл к замдиректору и положил папку на стол.
— Двадцать восьмое марта одна тысяча девятьсот семьдесят пятого года, — прочла она. — Да, знаменательное событие. Тогда мы изобрели наш первый чип микропроцессора.
Я уже с облегчением вздохнул, когда Токугава вдруг спросила:
— Это ваше оправдание?
— Но... госпожа Токугава... Коджи-сан...
— Вы захотели понастальгировать? — перебила она. — Это конечно очень мило... Но позвольте сказать, что вы вполне можете углубляться в историю компании в нерабочее время. Напомню, что в те тяжёлые годы наши сотрудники работали не покладая рук, чтобы добиться таких впечатляющих результатов. А что вы? Что вы можете дать нашей компании? Я бы сказала — крепкой дружной семье. Если даже не в состоянии соблюдать режим рабочего времени?
Если ещё до этого кто-то смотрел на меня с жалостью, то после её слов меня накрыла тяжёлая волна осуждения, которая была практически осязаема и висела в воздухе незримой каменной глыбой. Прямо над моей головой.
Меня переполняли одновременно и стыд и чувство уязвлённого достоинства. По своей глупости я позволил ублюдку Коджи навешать мне лапшу на уши и подставиться на ровном месте! Что он задумал, подлая тварь? Захотел выжить меня с работы? Занять моё место? Я этого так не оставлю!
— Если бы совещание проводил сам господин директор, вы бы уже были уволены, — сказала она, подняв палец. — Но здесь из руководства только я. И не в моих правилах ставить крест на людях, не дав им ещё один шанс.
Я мог бы снова вздохнуть с облегчением, но мисс Токугава ещё не сказала своё последнее слово:
— Вот, что я решила. В этом месяце вы лишаетесь выходных. Всех до единого.
Перед глазами пронеслись мрачные лица друзей детства. Завтрашняя игра в футбол, а по совместительству, воссоединение старых товарищей после долгого периода разлуки, накрылась медным тазом. Я подвёл их. Что же мне делать теперь?
— Вы должны доказать нашей семье, что достойны. А теперь идите на своё рабочее место. Но прежде, верните всё, что забрали, обратно в архив. Я всё сказала.
Наверное, я был красный как помидор — лицо горело огнём, как и уши. Сжав негнущимися пальцами папку, я молча развернулся, и под тремя десятками пар внимательных глаз двинулся прочь. Мне казалось, что они тайком смеются над моей оплошностью, обсуждают меня и видят во мне пустое место. Но всё это не правда! Я не такой! Чёрт возьми, именно из-за этой чёртовой работы я забросил друзей и личную жизнь! Это не справедливо!
Обуреваемый праведным гневом, я вышел вон из зала и направился к проклятому лифту, чтобы добраться до моего обидчика — Коджи-сана, которого в пору можно было назвать мерзким слизняком. Мой кулак ударил в кнопку семнадцатого этажа — именно там сидела эта свинья. И как же здорово, что эту противную музыку мне придётся терпеть всего лишь два этажа. Всё это время я мысленно говорил Коджи всё, что о нём думаю. Но что произойдёт наяву — это ещё предстояло узнать.
Дзинь!
— Семнадцатый этаж, — произнёс механический голос.
Двери начали медленно разъезжаться. Я не вытерпел, и стал помогать им это делать быстрее, вцепившись руками за одну створку. Наконец я выбежал в коридор, после чего, оглядевшись, помчался в крыло, где находился кабинет сослуживца. Через несколько секунд я распахнул дверь и услышал неожиданное «Ой!» — две девушки сидели за компьютерами и глупо хлопали глазами, взирая на нежданного гостя.
— Тагава-сан? Вы что-то хотели? — спросила одна из них.
— Где Коджи-сан?!
— Вышел...
— Куда?! — выпалил я, чувствуя, как начинаю терять контроль над собой. Я был в том состоянии, что мог уже просто накричать на ни в чём не повинных людей, если мне в ближайшие секунды не дадут интересующую меня информацию.
— В мужскую комнату, — покраснев, ответила она.
Там то я его и прибью!
Вылетев из кабинета, быстрым шагом я добрался до конца коридора, где находились туалеты. Чуть ли не выбив дверь плечом, я ворвался внутрь и огляделся. В ярко освещённой комнате никого не было. Только замок в одной кабинке был закрыт, а снизу виднелись ботинки, да спущенные брюки.
— Коджи-сама? — произнёс я, пытаясь совладать с накатывающей яростью. — Ты здесь?
— Тагава? Ты меня напугал. Подожди немного, уже выхожу.
Я положил папку на раковину и всмотрелся в свои красные глаза в зеркале. О, боги! Чуть не пустил скупую мужскую слезу, пока меня отчитывала заместитель директора! Открыв кран, я начал спешно умываться, чтобы не пропустить момент, когда Коджи будет выходить из кабинки.
— Кстати, как прошло совещание?
Вот же гад! Ещё спрашивает! Решил насмехаться надо мной? Из-за него меня чуть не уволили! Подсидеть меня решил, хитрый лис! Ну ничего, сейчас я... Нет, так не пойдёт. Надо усмирить свой пыл. Если выдам себя, то он уже никогда добровольно не откроет эту чёртову дверь.
  
— Замдиректора Токугава была не в духе, — ответил я.
— А что так?
— Она отчитывала господина Исикаву.
Из кабинки донёсся злорадный смешок:
— Наш завхоз плохо заметает следы. Только слепой не заметит, как он постоянно меняет ещё не отработавшие кондиционеры на дешёвые аналоги. А старые списывает и, наверняка, где-то продаёт. Похоже, бухгалтерия с ним в доле. Как думаешь?