День, который никогда не настанет

— Ты не могла бы…
Бриджит подняла палец, призывая помолчать, и что-то набрала в телефоне. В последний раз ткнув в него большим пальцем, она осторожно положила телефон на стол и посмотрела на Пола с улыбкой.
— Что это значит? Имей совесть, женщина!
— Ну хорошо. Особо не надейся, но… — Бриджит сделала долгую паузу.
— Или перестань разыгрывать драму, или, клянусь богом…
  
— Симона, — произнесла Бриджит, — это не женщина. Или, во всяком случае, не только женщина… Я имею в виду…
— Что?!
— «Симона» — это пароль. Как активируется трекер: ты шлешь установленный тобой пароль на номер сим-карты…
— Погоди. Ты хочешь сказать, что…
— Мы пытались дозвониться до Симоны. А должны были просто отправить на этот номер эсэмэску со словом «Симона». Подождем, скрестив пальцы, — по-видимому, требуется какое-то время, чтобы синхронизироваться в первый раз, — а затем «Симона», она же трекер, если, конечно, я угадала, отправит нам ссылку на свою точную локацию.
— Да ты шутишь!
— Но как я уже сказала, особо не надейся… — правда, когда она это говорила, ее собственное лицо сияло надеждой. — Если бы мы только поняли это раньше! Надеюсь, у этой штуки хватит заряда и… о блин! — Бриджит снова схватила телефон. — Я же должна была загрузить приложение! В инструкции говорится, что на первоначальный ответ обычно уходит тридцать минут и…
— А что мы будем делать, если узнаем локацию? — спросил Пол.
Бриджит не подняла глаз.
— Не знаю. Мы могли бы попробовать заинтересовать этим полицию, хотя… честно говоря, похоже, до сих пор им было плевать, где он находится.
— Эй, я же смотрел!
Пол поднял глаза и увидел, что жалобный голос принадлежал мужчине в мятом костюме, навалившемуся на стойку бара.
Картинка на экранах телевизоров изменилась. Теперь там показывали одно хорошо знакомое Полу место.
— Я не переключала канал, — ответила барменша. — Это они сами.
— Что может быть важнее, чем бунт? — пьяно возмутился мятый.
Пол встал и подошел к бару.
— Сделайте, пожалуйста, погромче.
— Мы не включаем звук, — ответила барменша. — Босс говорит, что это плохо сказывается на атмосфере.
— Пожалуйста! — повторил Пол.
Пожав плечами, барменша навела пульт на экран.
Громкость появилась вместе с шумом вспышек камер и выкрикиваемыми вопросами, когда Джером Хартиган и Паскаль Мэлони — два оставшихся в живых члена «Жаворонковой тройки» — появились на пороге парадной двери дома Хартигана. Судя по всему, они организовали пресс-конференцию. Следом за ними вышел адвокат, которого Пол уже видел вместе с Хартиганом.
— О нет! Только не этих двух гондонов! — простонал мятый.
Адвокат шагнул вперед и поднял руки, призывая к тишине.
— Минуточку внимания! — Шум постепенно перешел в низкий гул. — Благодарю вас. Мои клиенты хотят сделать краткое заявление.
С этими словами он шагнул в сторону, и Джером Хартиган прошел вперед, исполнив идеальный «сумрачный кивок политика» в сторону телекамеры.
— Спасибо всем, кто пришел. Как вы знаете, на прошлой неделе мы пережили трагическую потерю нашего лучшего друга и коллеги Крейга Блейка при самых бесчеловечных обстоятельствах. За этим последовало столь же бессмысленное убийство советника Джона Бэйлора — государственного служащего, неустанно трудившегося на благо простых людей Дублина. Мы получили заверения со стороны Гарди, что эти так называемые «Пука», кем бы они ни были, будут в скором времени привлечены к ответственности. Однако, несмотря на эти заверения, никакого прогресса, как нам видится, достигнуто не было.
Когда он сделал паузу, кто-то попытался влезть с вопросом, но был остановлен комбинацией поднятой ладони Хартигана и шика невидимой толпы.
Бриджит подошла и встала рядом с Полом.
— Что происходит?
Пол не ответил. Вперед выступил Паскаль Мэлони, чтобы взять на себя продолжение заявления, и стал щуриться под шквалом возобновившихся фотовспышек. Он напоминал Полу потерявшегося ребенка, который ждет свою маму. Когда он заговорил, его голос чуть ли не дрожал от едва сдерживаемых слез.
— Как видно по ужасным событиям, разворачивающимся сегодня вечером по всему Дублину, верховенство закона в этом городе, похоже, рушится. На улицах кипят беспорядки, повсюду беснуются вандалы, а Гарди и правительство, похоже, не в силах это остановить. Мы с моим коллегой посчитали нужным высказаться, поскольку у нас больше нет веры в «Гарда Шихана». По нашим сведениям, полиция более суток назад определила подозреваемого в смерти Крейга Блейка и советника Бэйлора, но не предпринимает ничего, чтобы его задержать. Причина этого в том, что человек, о котором идет речь, ранее был одним из них.
— О господи, — проговорила Бриджит, ухватив Пола за руку.
Теперь слово взял Хартиган, посмотрев прямо в камеру.
— Наш вопрос к Гарди очень прост: где находится человек, известный как Банни Макгэрри, и почему он до сих пор не арестован?
— Ну, — сказал Пол, — по крайней мере, теперь полицию будет несложно заинтересовать.
  
Глава сороковая
 
Джерри: «Теперь я могу сказать вам, что сообщения о беспорядках в Международном центре финансовых услуг подтвердились и к данному часу волнения распространились по всему городу. Наша студия находится недалеко от моста О’Коннелла, и, когда я смотрю в окно, я вижу большие толпы, растущие с каждой минутой. Было несколько столкновений протестующих с полицией и… отсюда видно, что гардам, похоже, приходится отступать из-за огромного числа людей.
И еще… я могу… С большой печалью я могу объявить, что несколько минут назад источники подтвердили, что преподобный Фрэнкс, к сожалению, мертв. Подробностей мы пока не знаем. Есть неподтвержденные сообщения о каком-то штурме "Ковчега". Мы все расскажем, как только получим более детальную информацию».
Пол бежал.
Его беседа с Бриджит прошла не очень хорошо. Приступая к разговору, он боялся, что она рассердится, но теперь хотел бы, чтобы она в самом деле рассердилась. Вместо этого она слушала его с видом разочарованного бессилия — примерно так, как в школе Пола учителя разговаривали с умственно отсталыми детьми. Худшим моментом, несомненно, стал вопрос «Ты согласился взять работу, даже не зная имени заказчика?» и то, каким тоном она его задала. Рассказ о том, как он не пошел в Гарди со своими подозрениями, прозвучал еще глупее. К концу короткой беседы, которую они провели, быстро шагая по Доусон-стрит, он почувствовал себя самым никчемным человеком на свете.
До того как они расстались, Бриджит изложила план.
Кем бы ни была эта Дьяволица в красном платье (как хорошо, что он не назвал ее так при Бриджит!), она что-то знает о том, что происходит. Его утренний, так сказать, план состоял в том, чтобы встретиться с ней вечером и дать отчет о тех действиях Хартигана, которые он видел лично. Возможно, ему бы даже заплатили, хоть это и не совсем то, о чем она просила узнать. Однако теперь, после того как стало ясно, что Хартиган подставил Банни, визит дамы в красном мог быть попыткой этот план сорвать, не так ли? Иначе зачем бы ей приходить к Полу? В любом случае, каковы бы ни были ее истинные намерения, мысль о том, что его случайно наняли следить за человеком, который неделю спустя обвинил Банни в жестоких убийствах, казалась чертовски маловероятной. Во всяком случае, им нужны ответы, и у Пола имелся лишь один способ связаться с работодателем — во что бы то ни стало явиться на встречу, назначенную на восемь вечера. Единственная проблема состояла в том, что между тем местом, где он был, и тем, где должен был оказаться, теперь кипели беспорядки. Судя по новостям, они перекинулись уже от Международного центра финансовых услуг на О’Коннелл-стрит и продолжали распространяться дальше.
  
Бриджит, в свою очередь, побежала в противоположном направлении — к своей машине. Если предположить, что трекер Банни еще работает, то он пришлет ей свои координаты через несколько минут.