День, который никогда не настанет

— Этот цветочек есть на фотке у меня в телефоне. Среди тех, на которых фигурирует мой бывший.
Диана с минуту таращилась на Бриджит, после чего подняла глаза к небу.
— Да ёб твою мать… Лучше бы я не бралась за эту работу. Больше нервов, чем выгоды.
— Выгоды? Ты испоганила мне…
Бриджит вдруг швырнула в Диану телефон, и тот с мерзким хрустом врезался в ее переносицу. Когда Диана отшатнулась назад и ухватилась за нос, доктор Синха бросился вперед и выхватил из ее руки пистолет. Бриджит снова рванула к Диане.
  
— Хватит! — вскричал доктор Синха, направляя пистолет на Диану и одновременно закрывая ее телом от Бриджит. — Кто-нибудь, пожалуйста, объясните мне, что происходит. Прямо сейчас, немедленно! Я очень не хочу, чтобы меня арестовали в квартире проститутки! — Повернувшись лицом к Диане, закрывавшей обеими руками окровавленный нос, он добавил: — Только без обид.
Диана ничего не ответила.
На мгновение воцарилась неожиданная, хотя и весьма желанная тишина. Доктор Синха достал из кармана носовой платок и протянул его Диане, направляя пистолет чуть в сторону от ее тела. Взяв платок, она прижала его к ровной струйке крови, вытекавшей из носа.
— Мне сказали, что это такая шутка, — сказала Диана. — Ко мне обратился один парень и сказал, что хочет подшутить над своим другом.
Доктор Синха посмотрел на Бриджит, которая выглядела еще более растерянной, чем он.
— Что? — спросила она.
— Парень, который меня нанял, сказал, что это шутка для мальчишника. Предложил две тысячи всего лишь за то, чтобы сделать несколько снимков. Когда он объяснял, это звучало безобидно, но… я пришла на место встречи, и там лежал другой парень без сознания, а с тем первым парнем были еще двое, но, видите ли… — Диана посмотрела на носовой платок, который теребила в руках, — это не было похоже на мальчишник. Это было чем-то другим. А те двое больше походили на нанятых головорезов. Мне сказали, чтобы я сделала все по-быстрому и убралась вон. Ну и…
— О господи! — проговорила Бриджит и плюхнулась на диван. — Он был без сознания.
Синха опустил пистолет и взглянул на двух женщин по очереди.
— Мне очень жаль. Я вообще ничего не понял.
Бриджит подняла на него глаза, наполненные холодной яростью.
— Кто-то накачал Пола наркотиками, а потом заплатил ей за фотографии с ним в голом виде.
Доктор Синха потрясенно посмотрел на Диану.
— Это правда?
Диана кивнула.
— Слушайте, я бы не стала этого делать… В смысле, если бы знала, но… Я пыталась забыть об этом и никогда не вспоминать, но… тут появился здоровенный вахлак и принялся задавать вопросы.
Доктор Синха достал из кармана фотографию Банни Макгэрри и показал ей.
— Ага. Это он.
Бриджит откинулась на спинку дивана.
— Господи боже мой, — проговорила она. — Выходит, Банни считал, что Пол ни за что бы не стал… Я ведь сразу поверила, а он дал ему шанс. И пошел искать объяснение, которое не включало бы в себя то, что он…
— Я ничего ему не сказала. — Диана указала на фотографию. — Он задал кучу вопросов, на которые я не ответила, и ушел. Я тут же позвонила тому, кто меня нанял, и рассказала, что очень боюсь. Он предложил мне пять тысяч за молчание.
— Ага, — ответила Бриджит, — даже не сомневаюсь.
— Значит, — сказал доктор Синха, — вы никогда больше не видели нашего здоровенного провинциального друга?
— Нет, — ответила Диана.
— Он никого не шантажировал, — проговорила Бриджит, глядя в пол. — Банни искал доказательства невиновности Пола.
Бриджит резко встала. Доктор Синха приготовился к худшему, но она, кажется, не собиралась возобновлять военные действия.
— Когда он приходил?
Диана неопределенно помахала рукой в воздухе.
— Не знаю, я…
— Подумай, — сказала Бриджит.
— Ну хорошо, — сдалась Диана. — Ваш друг приходил в четверг неделю назад… Да, точно — в четверг.
— А значит, с парнем, который тебя нанял, ты встретилась в пятницу, верно? — спросила Бриджит.
Диана кивнула.
— Ага, в пабе в Долки. Я специально выбрала людное место…
— Есть один неприятный момент, дорогуша, — сказала Бриджит с нескрываемым ядом в голосе. — Человек на фотографии — бывший полицейский. И он бесследно исчез именно в ту пятницу.
Кровь, которая уже не текла из носа Дианы, вдруг отхлынула от ее лица.
— Я ничего об этом не знаю…
— Если бы я была на твоем месте, — сказала Бриджит, — и не хотела бы, чтобы меня обвинили в соучастии в убийстве, то я бы быстренько начала вспоминать. Как зовут того парня, который тебя нанял?
— Я не знаю, — запинаясь, пробормотала Диана. — Он заплатил наличными, но у меня где-то остался номер. А может, даже адрес или…
— Как он выглядел? — спросила Бриджит.
— Не очень высокий, — ответила Диана, — аристократический южнодублинский акцент. А еще у него были волосы, как…
Диана поводила рукой по лобной части своей головы.
— Господи! — воскликнула Бриджит. — Как искусственный газон?
— Ты его знаешь? — спросила Диана.
— Вроде того, — ответила Бриджит. — Я чуть не выскочила замуж за этого козла.
  
Глава тридцатая
 
— Я соучастник убийства! — возопил Фил.
Пол даже не оторвал голову от стола.
— Нет, это не так.
Пол немного поразмышлял, но остался в девяностопятипроцентной уверенности, что он прав.
Было семь часов вечера воскресенья, и за весь день никто из них ни разу не вышел из офиса «Сыскного агентства МКМ». Начав пить в час ночи, они так и не закончили. Вернее, не закончили сознательно, пока не потеряли это самое сознание. Пол вспомнил, как любовался в окно восходом солнца. Итак, теперь он официально «присел на стакан». Но чувство было такое, будто этот стакан раздавил его, как таракана. В какой-то момент он даже обнаружил бутылку бурды, которую давным-давно купил в пабе «Сломанный прут» и благополучно о ней забыл. Название, состоявшее из букв с щедро разбросанными над ними точечками и штришками, выговорить было решительно невозможно. Продавший ему бутылку бармен клятвенно уверял, что это лучший напиток, который когда-либо производила Албания. Почему-то он был слеп на один глаз и всех вокруг называл «Диего». Пол вспомнил, что, перед тем как отключиться, он долго стенал о своей печальной личной жизни и почему-то планировал уехать в Южную Америку. Фил тем временем читал стихотворение, которое он посвятил своей несуществующей подруге, а Мэгги, выпив героическое количество непроизносимого пива, двадцать минут атаковала картотечный шкаф. Затем, когда они оба уже завалились под столы, она подбежала, лизнула руку Фила и мешком рухнула в угол. Издаваемые ею храп и пердеж, по крайней мере, убеждали, что она еще жива.
Впрочем, с тем ужасным похмельем, которым страдал теперь Пол, он даже собственную смерть принял бы за благословение.
Фил вынул телефон, чтобы проверить, нет ли новых сообщений от Да Синь, и только тогда наткнулся на новость. Он принялся читать ее медленно и вслух:
— В Гарди заявили, что тело мистера Бэйлора было обнаружено вчера ночью, но, по предварительным данным, смерть наступила в пятницу вечером. Гарди просит всех, кто, возможно, видел советника Бэйлора накануне, сообщить любую имеющуюся информацию. Хотя источники в полиции отказались это подтверждать, но имеются все основания полагать, что смерть советника связана с так называемой «Пукой» — организацией, которая взяла на себя ответственность за убийство известного застройщика Крейга Блейка в начале недели. — Фил перестал читать, и они посмотрели друг на друга. — «В пятницу вечером»…
— И мы не знаем, где в это время был Хартиган, — напомнил Пол.
  
— Да.
Они посидели немного в немом созерцании, пока неприятные факты, подозрения и жестокое похмелье боролись за почетные места в головах.
Затем Фил встал, чтобы распахнуть окно, поскольку задница Мэгги разразилась королевским артиллерийским салютом.
После этого они провели большую часть остатка дня, гоняя по кругу одни и те же мысли, поскольку одну и ту же новость крутили по радио каждые пятнадцать минут.