День, который никогда не настанет
— Ну-ну, не стоит так драматизировать.
Корт невесело усмехнулся и вновь поднял бокал.
Он осушил его до дна и стукнул им сильнее, чем намеревался.
— Представляешь, Банни, скольким людям в этом пабе я помог за эти годы?
— Многим, я уверен.
— Но ты не знаешь точное число. Я сидел сейчас и считал. Кажется, получилось семнадцать. Это только те, кому я помог напрямую, не считая того, что делал ради общей пользы. Я не был в отпуске восемь лет, представляешь?
— Ты хорошо потрудился, Ярлет.
Корт повернулся и впервые посмотрел Банни в лицо, помахав перед ним пальцем.
— Не смей… Не смей, блядь, звать меня по имени! Мы не друзья, ясно? Если бы ты был моим другом, то до этого бы не дошло!
— Слушай, остынь, а? — ответил Банни и кивнул Анто, который принес им напитки.
Женщины, привлеченные громким голосом Корта, стали бросать в их сторону удивленные взгляды.
Мужчины ничего не говорили, пока Анто не подал напитки и не вернулся на свое место.
Корт поднял бокал и тут же поставил его обратно.
— В свое время я помогал тебе строить клуб Святого Иуды и поддерживал тебя во всем. Я ездил с тобой в «Кроук Парк» и почти уговорил их вложить деньги!
— Ну да, — ответил Банни. — Ты покрасил пару стен и вытряхнул несколько ведер мусора. А еще ты организовал эту гребаную викторину для сбора средств на починку крыши.
— И я написал вопросы.
— И ты написал вопросы.
— Ивонна Уайлд до сих пор вспоминает тот вопрос о пятом «битле». Она прислала мне книгу с цитатой Пола Маккартни, в которой говорится, что это Брайан Эпстайн, а не Джордж Мартин. Книга стоит больше, чем наш призовой фонд! Та викторина обошлась мне в немало голосов.
Банни покачал головой и улыбнулся.
— Некоторые люди ничего не забывают.
— В отличие от тебя…
Корт провел пальцем по влажной стенке бокала.
— Да нет, советник, — ответил Банни. — Я помню все, что ты сделал ради нас. А еще я помню, что в прошлый четверг ты поднял руку, голосуя за то, чтобы все это снести.
Корт ничего не сказал — просто поднял пиво, которое ему больше не хотелось пить, и сделал пару глотков. Затем он вновь заговорил, в этот раз почти шепотом:
— Та видеозапись… У меня двое детей, Банни.
— А через клуб каждый год проходит пара сотен ребятишек.
Корт выпрямился на табурете, почувствовав, что его слегка качает.
— Это была… ошибка.
— Что именно? — спросил Банни.
— Я про запись, — ответил Корт, низко опустив взгляд. — Это… Это случилось сразу после того, как я провалился на вторых выборах. Она помогала мне в офисе и…
— Хватит, — перебил Банни. — Какая теперь разница? Важно, что видео было у них, а теперь оно есть у меня.
— У… — Корт ухватился за стойку бара, чтобы не упасть. — У тебя? Будто у них только одна копия. Они позвонили и предложили подбросить одну для пробы, чтобы я убедился, что копий достаточно. Они ухватили меня за одно полужопие, а теперь ты держишь за другое. Я в любом случае обречен.
— Значит, у тебя есть шанс поступить правильно.
— Ты до хуя высокоморален для шантажиста, Банни! — Анто и две дамы снова посмотрели в их сторону. Корт опустил глаза и смахнул невидимую пылинку с брюк. — Они знают, что ты задумал. И считают, что я смогу тебя переубедить.
— Мы оба понимаем, что это невозможно.
— Ну да, ну да, понимаем. Великий Банни Макгэрри — непреодолимая сила.
Корт ухватил свою пинту, пролив немного пива. Затем снова поставил, повернулся и посмотрел Банни в глаза, насколько это было возможно.
— Ты понимаешь, что ты не сможешь победить? Все это напрасно. У них есть Белоснежка, а за ним почти половина членов совета. Они проголосуют единым блоком, и ты ничего не сможешь с этим поделать. Ты хочешь заставить меня пойти против течения безо всякого толку, чтобы все равно погибнуть.
— А как насчет следующего раза? — спросил Банни.
— В смысле?
— Не обольщайся, советник. Это уже навсегда. Теперь, когда у них есть компромат, они будут сдавать твою жопу в аренду всему городу. Бляха-муха, только не говори мне, что ты действительно веришь, что они снимут тебя с крючка. Отныне ты их гребаная комнатная собачонка. Скольким людям ты тогда сумеешь помочь?
— Неужели ты никогда не ошибался, Банни?
— Много раз. Поэтому я пришел сюда, чтобы посмотреть тебе в глаза и сказать: исполнишь их приказ — и я сделаю то, о чем ты подумал.
— О, даже не сомневаюсь.
— Мне это не доставит удовольствия.
— Херов мученик.
Банни встал, бросил десятку на стойку возле своей нетронутой пинты и направился к выходу.
Корт смотрел, как большой человек открывает дверь, чтобы шагнуть в увядающий зимний вечер.
— Эй, Банни!
Банни обернулся. Корт чувствовал, что на него уставились несколько пар глаз, но ему было уже плевать.
— Напомни, в чем разница между ними и тобой?
Банни посмотрел ему прямо в глаза тем рассеянным взглядом, от которого многим становилось не по себе.
— Разница, советник, в том, что я собираюсь победить.
Глава двадцать четвертая
Джерри: «И мы опять в эфире. Напомню, что мы обсуждаем шокирующую смерть Крейга Блейка, одного из членов так называемой "Жаворонковой тройки". Что это было? Чей-то самосуд? Случайное убийство? Наш коммутатор уже разрывается, так что давайте устроим блиц. Клэр из Бланчардстауна [60], вы на первой линии, вперед!»
Клэр: «Да, Джерри. Я думаю, это ужасно. Никто такого не заслуживает. Нельзя, чтобы люди ходили и просто убивали других людей, это неправильно».
Джерри: «Окей. Филипп из Гласневина [61], вторая линия».
Филипп: «Этот человек мертв, но сколько людей погибло из-за него? Он обманывал простой народ, лишал их трудом заработанных денег. Я так скажу: пусть это станет предупреждением для всех остальных!»
Джерри: «Шон из Балбриггана [62] на шестой».
Шон: «Да здравствует революция! Мы — Пука! Нах…»
Джерри: «Эй-эй, полегче! Идея революции, выраженная такими словами, не будет транслироваться в эфир. Тереза из Блэкрока на четвертой линии».
Тереза: «Народ в гневе, Джерри. Однако никто не должен подменять собой закон, иначе это приведет к хаосу».
Джерри: «Согласен, Тереза. Но, возможно, мы нуждаемся в небольшом хаосе? Посмотрите, куда завел нас существующий порядок. Как вы считаете, Сара из Балбриггана на третьей линии?»
Сара: «Джерри, я была бы не против посмотреть, как их всех повесят, но сначала я бы хотела послушать новую песню Адель».
Джерри: «Да что б вас…»
— Не понимаю, как у тебя получается есть эту дрянь, — сказал Фил.
Пол засунул палочки обратно в контейнер с лапшой и посмотрел на него.
— Мне было бы гораздо проще, если бы ты не говорил под руку. Я, кстати, предлагал тебе взять пиццу.
— Я слежу за питанием. Мне еще предстоит влезть в свадебный костюм.
Пол избегал говорить нечто такое, о чем мог пожалеть, засовывая в рот лапшу. Они сидели вдвоем на переднем сиденье такси дяди Абдула, поскольку Пол ни за что бы не осмелился есть в машине Банни.
Фил снова посмотрел на заднее сиденье.
— Она все еще на тебя смотрит.
— Она может смотреть на меня сколько угодно, но я ей все равно ничего не дам.
— Я, кстати, погуглил: небольшой кусочек китайской еды ничем не повредит собаке.
— Именно поэтому она ничего не получит. Она наказана, — Пол взглянул на Мэгги, — и точно знает, за что.
Фил неодобрительно покачал головой.
— Вам двоим нужно поработать над вашими отношениями.
— Ну уж нет. Я не хочу иметь никаких отношений с чертовой псиной. Я могу только обещать, что она окажется в приюте при первой возможности. Без вариантов.