День, который никогда не настанет

— Да, — сказала Бриджит, — так и есть. Откуда вы узнали?
— Вы оставили пару телефонных сообщений его знакомому. И этот знакомый хотел бы встретиться с вами.
— Понятно, — ответила Бриджит, которая по-прежнему не понимала ничего. — Так почему вы здесь?
— Видите ли, проблема в том, кто именно этот знакомый.
  
Глава двадцатая
 
— В смысле «спустило колесо»? — спросил Фил.
  
Пол посмотрел на спущенную шину, потом на поток машин, мчащихся по трассе М50. Приходилось кричать в трубку, чтобы его услышали:
— Какое слово в этой фразе тебе непонятно, Фил?
— Но… У тебя не могло спустить колесо.
— Невероятно, но факт, — ответил Пол.
— А я скажу тебе, что это такое, — карма!
«Карма», на которую намекал Фил, была связана с тем местом, куда ехал Пол. Наконец-то он решился раз и навсегда решить проблему с Мэгги. Упомянутая проблема в настоящий момент высунула голову из заднего окна машины Банни и — Пол мог в этом поклясться! — безмерно наслаждалась его неприятным положением.
— Так тебе и надо! — сказал Фил. — Это за то, что ты пытался убить собаку.
Пол вздохнул. Он вез Мэгги в приют в Ратфарнеме [59], принадлежавший Дублинскому обществу по предотвращению жестокого обращения с животными. Там были широкие пространства, много живности и даже пруд. Самый настоящий пруд. Да что там собака — в таком месте с удовольствием пожил бы даже Пол, будь у него такая возможность. Но, к несчастью, он совершил ошибку, описав Филу эту прелестную сельскую пастораль.
— В последний раз говорю, я везу ее на хорошую ферму за городом. На настоящую ферму — там гуси и навоз!
— Ага, конечно, — не поверил Фил. — Тетушка Линн то же самое говорила мне о черепашке Роджере, попугайчике Веронике, песчанке Уилбуре, золотой рыбке Джери Халлиуэлл и бабушке Джоан.
Пару лет назад, вдохновленный какой-то телепередачей, Фил решил превратить относительно большой придомовой садик своей тетки в полезный огород. Именно тогда он обнаружил братскую могилу, в которую было зарыто его детство. Там лежали, по-видимому, все — ну, кроме бабушки Джоан.
— Слушай, я сделаю фотографию, если ты не веришь. Дай только добраться, — сказал Пол.
Посмотрев на часы, он понял, что, скорее всего, не успеет до закрытия. Ведь это наверняка непохоже на благотворительный магазин с ящиком, куда можно засунуть пожертвование.
— А что мне делать, если Хартиган куда-нибудь уедет? — спросил Фил.
— Следуй за ним. Я тебе за это плачу.
— Кстати говоря, ты не заплатил мне за последние два…
— Тебя не слышно, — сказал Пол и быстро отключился, пока Фил не начал торговаться о повышении зарплаты.
Мэгги посмотрела на него. Он посмотрел на нее. Пол не мог этого логически объяснить, но на глубинном уровне в нем сидело убеждение, что в случившемся каким-то образом виновна она.
— Я поменяю колесо, и ты… — он акцентировал мысль, вытянув палец, — отправишься на настоящую ферму в настоящую деревню. Я не позволю, чтобы меня чихвостила какая-то чертова собака!
Пол подошел к багажнику. Он еще ни разу не открывал его, а машина была такой старой, что для этого требовался ключ. После нескольких шевелений и толчка багажник открылся.
Пол посмотрел на его содержимое. В багажнике, словно в витрине, лежал только один предмет: клюшка для хёрлинга. Метровый ясеневый хёрл с металлическим ободом на басу. Каждой своей клюшке Банни давал имя, но эту Пол не знал. Последней ему известной была Мэйбл. Пол сломал ее о голову Герри Фэллона — бандита, который пытался убить их с Банни и Бриджит.
Пол пробежал пальцами по древку хёрла. Насколько ему было известно, Банни уже неделю никто не видел. А еще он знал, что Банни вряд ли бы оставил свою машину и клюшку, если бы куда-нибудь направился.
Мимо с воем промчался многотонный грузовик, сильно тряхнув «Порше» воздушной волной. Мэгги в ответ рявкнула.
— Ну ладно, приступим, — сказал Пол, отодвигая хёрл в сторону и приподнимая искусственное ковровое покрытие, где, как он предполагал, должна была лежать запаска.
У Пола перехватило дыхание. Поверх запасного колеса лежал пистолет. Пол видел достаточно фильмов, чтобы понять, что это револьвер. У него были рукоять с деревянными щечками и длинный стальной ствол. Один в один хреновина Грязного Гарри. Пол нервно огляделся. Пока Банни служил в Гарди, у него наверняка был пистолет, но Пол почему-то не сомневался, что это конкретное оружие совершенно незаконно. В Ирландии ведь нельзя просто так владеть револьвером, верно? Даже если ты бывший полицейский. До истории с «Рапунцель» Пол никогда не видел пистолеты вблизи, да и в тот раз он к ним даже не прикоснулся.
Наклонившись, Пол дотронулся до ствола. Металл оказался удивительно холодным. Как ни крути, но эта штука манила. Хотелось поднять ее и в то же время было страшновато. И все же он взял револьвер за рукоять, стараясь особо на него не смотреть, и почувствовал в руке тяжесть. И лишь подняв оружие повыше, он заметил желтую записку, прилепленную к его нижней стороне. На ней было написано имя «Симона» и мобильный номер.
Пол подпрыгнул от испуга и выронил пистолет, когда в его кармане завибрировал телефон.
— Господи!
Он выудил аппарат и посмотрел на дисплей. То, что это опять оказался Фил, не стало большим сюрпризом: в последние дни он был единственным человеком, который звонил Полу.
— Алло?
— Хало, диспэщер?
Голос в телефоне определенно принадлежал Филу, но был каким-то странным. Будто он говорил со смешным акцентом.
— Ты почему так разговариваешь?
— Доклядываю, щто я взял пассажир.
Кажется, Фил действительно изображал акцент. Плохой, но все-таки акцент.
— Ты о чем вообще?
— Аха, аха, тощно. В Сипойнте.
Пол закрыл глаза и мысленно досчитал до пяти.
— Пожалуйста, скажи мне, что ты подобрал не того парня, за которым мы следим.
— Тебя понял, диспэщер. Еду на Лисон-стрит покащто.
— Ты абсолютно ёбнутый… И почему ты так разговариваешь?
Но не успел Пол договорить свой вопрос, как уже знал правильный ответ. Лицензия такси принадлежала «дяде» Абдулу. Пол никогда с ним не встречался, но был готов поставить целую ферму на то, что Фил пытался изобразить его акцент. По логике мира, в котором жил Неллис, таким образом он обеспечивал себе легенду.
— Неважно, — сказал Пол. — Я приеду, как только смогу. Только… постарайся с ним не разговаривать.
— Нэт проблэм, диспэщер. Проявлу инисиативу.
Пол почувствовал, как по спине пробежали мурашки. В ряду самых страшных словосочетаний «инициатива Фила» находилась где-то между «поэтическим перформансом» и «любительской хирургией».
— Нет, нет… Не надо…
— Нэт проблэм.
— Только не потеряй его!
— Не могу поверить, что ты его потерял.
Прошло тридцать минут.
— Я не виноват. Мы застряли в пробке. Он сказал «выскочу здесь» и просто ушел. Чуть не сбил велосипедиста дверью.
Пол потер висок пальцами руки, в которой не было телефона. Он уже чувствовал нарастание жуткой головной боли.
— Почему ты не последовал за ним?
— Потому что я застрял в пробке!
— В какую сторону он пошел?
— О, это самое смешное. Он сказал, что ему нужно на Лисон-стрит, но я видел, как он остановил такси, ехавшее в другую сторону — за город.
Нет, не головная боль. Обширная мигрень.
— Я думаю, — продолжил Фил, — он хотел быть уверенным, что за ним не следят.
— Ага, — ответил Пол, — видимо, ты прав. А зачем ты его вообще подобрал?
— Он подошел и просто сел. У меня даже свет не горел. Но с другой стороны, он оставил приличные чаевые.
  
— Супер, — вздохнул Пол. — Вычту из твоей зарплаты. За то, что ты подвез в специальной машине человека, за которым должен был следить.
— А знаешь, — сказал Фил, — я понимаю, что ты не имел в виду ничего такого… но твой тон иногда может быть очень обидным.