Сладкая как грех (ЛП)

— Ты ведь та самая девушка из нового клипа группы, верно? — Две другие модели согласно забормотали, оценивающе глядя на меня проницательными, расчетливыми взглядами. Взгляд Итана стал хищным.
— О? Ты модель? У тебя есть агент? — Он ухмыльнулся. — Я всегда ищу новые лица. И этот образ в стиле Кристины Хендрикс, — он махнул рукой, указывая на мою фигуру, — определенно снова в моде.
  
Боже правый, этот человек был просто невероятным. Он набирал моделей на поминках? Я перестала улыбаться и просто смотрела на него. Итан принял мой взгляд за выражение замешательства.
— Это та рыжеволосая красотка из телесериала «Безумцы».
— Я знаю, кто она. И мне не нужны представители, спасибо.
Три модели, казалось, были слишком рады это слышать. Я предположила, что они были клиентками Итана. Уверена, им не понравилось, что нулевой процент жира в организме, возможно, скоро выйдет из моды.
— Привет.
От грубого приветствия, раздавшегося позади меня, я подпрыгнула. До этого момента я даже не осознавала, насколько сильно был напряжена. Я обернулась и увидела Эй Джея, который стоял и смотрел на меня сверху вниз.
— Можно тебя на секунду?
Меня охватило облегчение. Спасена в последний момент.
— Конечно. — Я кивнула Итану и трем моделям, которые даже не удосужились представиться. — Извините. — Затем сжала руку Кенджи. — Поговорим позже, хорошо?
— Хорошо, милая. Как скажешь.
Он казался рассеянным, даже не улыбнулся мне и не посмотрел в глаза, и я почувствовала, что его настроение связано не только с трагичностью момента. Кенджи то и дело бросал взгляды на Нико, сидевшего в другом конце зала, а потом хмурился и качал головой, словно отвечая на какой-то безмолвный вопрос, который задавал сам себе.
Стараясь не думать о том, в чем может быть проблема, я в последний раз взглянула на Итана, мысленно помолилась, чтобы он больше не расспрашивал Кенджи обо мне, а затем повернулась к Эй Джею.
— Может, присядем вон там? — Я указала на ближайший диван. Эй Джей кивнул и ушел так же резко, как и подошел. Я увидела, что Нико наблюдает за нами, и пожала одним плечом. В этот момент он мог только гадать, что происходит, как и я.
Когда я подошла к дивану, Эй Джей расхаживал перед ним. Своими лохматыми светлыми волосами, размашистой походкой и крупным телосложением он напоминал мне льва. Нервного льва. Он остановился, уперев руки в бока, и посмотрел в пол. Он не стал надевать костюм. Как и Нико, если уж на то пошло. Я решила, что черный с головы до ног – это наряд для рок-звезды, даже если это джинсы и кожаная куртка.
Эй Джей перестал расхаживать взад-вперед и закурил сигарету. Он выдохнул облако дыма и пристально посмотрел на меня. Даже на каблуках мне приходилось задирать голову, чтобы посмотреть на него: этот мужчина был настоящим гигантом. С одной стороны его шеи над воротником черной футболки виднелась татуировка. Я не могла разобрать, что это было.
— Твоя подруга, — грубо сказал он. — Блондинка.
Я не знала, чего ожидала, но точно не этого.
— Хлоя? — Он коротко кивнул, его взгляд был суровым. Что-то в его поведении насторожило меня. Я вспомнила, как Хлоя говорила, что Эй Джей плохо с ней обращался в цветочном магазине, и приготовилась услышать что-то плохое. Неужели у него хватит наглости говорить гадости о моей подруге? На поминках Эйвери?
— А что с ней?
Он облизнул губы и обвиняющим тоном он спросил: — Что с ней не так?
О нет. Нет, только не это. Мне пришлось напомнить себе, что нужно держать себя в руках, потому что сейчас не время и не место для ссоры с угрюмым барабанщиком из «Бэд Хэбит».
Я заговорила тихо, не отводя от него взгляда.
— Дело в том, что она самый милый, добрый и преданный человек из всех, кого я знаю, и если ты хоть словом ее обидишь, я… я… я не знаю, что сделаю, но это будет неприятно.
Эй Джей удивленно вскинул брови. Он с силой затянулся сигаретой, выдохнул дым мне в лицо и скрестил руки на груди. Затем посмотрел на меня сверху вниз.
— Ты что, мне угрожаешь?
Я отмахнулся от облака дыма.
— Да, черт возьми, угрожаю. Никто не смеет говорить гадости о моих подругах. — Его глаза были великолепного золотисто-янтарного цвета, как выдержанное виски. Хотя его лицо было каменно-холодным, в этих глазах читалось тепло. Я подозревала, что он смеется надо мной.
— Я понял. Думаю, в будущем мне нужно будет быть осторожнее.
— Так и сделай. — Я приняла его позу, скрестив руки на груди.
Мы уставились друг на друга. Эй Джей сделал еще одну затяжку. Я заметила, что его костяшки были в шрамах и неестественно большими. На тыльной стороне каждого пальца была маленькая татуировка. Я смогла разглядеть только цветок с инициалами на каждом лепестке. Эй Джей заметил мой взгляд, переложил сигарету в другую руку и засунул руку с татуировкой в карман. Странно.
— Ты всегда такая вспыльчивая, или я удостоился особого отношения, потому что ты все еще злишься из-за того, что мы с Броуди застали тебя и Нико в его спальне?
Мое лицо залилось румянцем. До этого момента я неплохо справлялась с тем, чтобы не обращать внимания на то, что он видел меня обнаженной. С моей рукой, обхватившей член его друга.
Фу.
— На самом деле я не так уж сильно злилась из-за этого. Было очень неловко, но я не злилась. Я знаю, что вы это сделали не специально.
Изучая меня, Эй Джей задумчиво затянулся сигаретой. Как дракон, он выдохнул дым через нос двумя длинными струями.
— Так и было. И спасибо, что успокоила Нико. Думаю, если бы ты его попросила, он бы тут же перегрыз нам обоим глотки. И если ты не поняла, он без ума от тебя. Никогда раньше его таким не видел.
Именно тогда я это заметила. В голосе Эй Джея слышались едва уловимые славянские нотки, а его манера произносить гласные отдаленно напоминала акцент, как у выходцев из социалистических стран. Как интересно. Я подумала, что стоит сменить тему разговора.
— Просто из любопытства: откуда ты?
Его реакция была настолько неожиданной, что у меня перехватило дыхание. Эй Джей напрягся. Тепло в его глазах сменилось арктическим холодом. Ощетинившись, он наклонился ко мне, словно собирался схватить за шею.
— Из Невады. Какого черта ты спрашиваешь?
По крайней мере, у меня хватило ума испугаться. С этим человеком нельзя было шутить. Но я не отступила, хотя мне вдруг отчаянно захотелось это сделать.
— Твой акцент.
Эй Джей наклонился ко мне еще ближе.
— У меня. Нет. Гребаного. Акцента. — Он произносил каждое слово, каждый слог, сверля меня взглядом. Все волоски у меня на голове встали дыбом. В животе у меня расцвело предчувствие, что у Эй Джея есть свои темные, опасные секреты, и это меня встревожило.
— Ладно, — произнесла я, с трудом выдохнув. — Но даже если бы он был, я никому бы об это этом не сказала. Твое прошлое – это твое личное дело.
— Мы говорили не о моем прошлом. А о том, что ты слышишь то, чего нет.
В этот момент мы стояли почти нос к носу. Я подумала, что люди, наверное, начинают на нас пялиться. Я вышла из себя; ну и придурок же он!
— Вообще-то мы говорили о Хлое. И она была права насчет тебя.
Эй Джей моргнул. Злоба исчезла с его лица так же быстро, как и появилась.
— Она упомянула меня? Что она сказала?
Я подождала долю секунды, чтобы мои слова прозвучали еще более резко.
— Она сказала, что ты полный придурок. И я думаю, что это еще мягко сказано!
С бешено колотящимся сердцем я развернулась и направилась на кухню. На сегодня с меня было достаточно общения. Настало время «Маргариты». И о чудо, кого же я увидела, сидящим на мраморном островке посреди огромной кухни? Майкла, который потягивал скотч и угрюмо смотрел в пол. Когда я вошла, он вздрогнул и поднял глаза.
  
— О. Прости. — Я не знала, за что извиняюсь, но подумала, что, скорее всего, я была последним человеком на земле, которого он хотел видеть в этот момент. Оказалось, я ошибалась.