Великий и Ужасный - 2 (СИ)
— Разгребаете весьма прилично, — кивнул Воронцов. — Молодцы вы. Веришь, нет — наш полк в городе зашился, там люди и нелюди с ума посходили, бунты, мародерство, убийства… В Хтонь вчера-позавчера и отправить некого было! А вы тут целую спасательную операцию развернули! Молодцы, говорю!
— Впрочем, ничего нового, — я втянул носом воздух, принюхиваясь. — Шаурма с бараниной сегодня. Отведайте, а? Мы можем попросить — вам ножик с вилкой принесут, если что — организуем приборы шести разных размеров, от карда до скальпеля. У аристократов же так положено?
— У аристократов как угодно положено. Что хочу — то и ворочу, князь я, в конце концов, или не князь? Нет такого Государева указа, чтоб князьям шаурму не есть, Государь пока и вовсе про вашу шаурму не знает!
— Еще узнает, — в сторону бросил я.
— А! А? Тьфу на вас, ну откуда… Впрочем, какая разница? Узнает и узнает… Пусть несут шаурму, я голодный как… Да как солдат после недели боев!
В общем, мы с князем сидели и ели шаурму, и пили нулевочку. А потом — еще кофе, с эклерами. Прохожие и завсегдатаи на нас поглядывали искоса, камеры со всех окружающих столбов и дроны из поднебесья зорко пялились мне в самую душу — а ну, как все-таки решу испортить светлейший организм? Это было бы несусветной глупостью: я уже видал, на что способны автоматы Татаринова, душераздирающее зрелище.
— Уф, — сказал князь. — Это было вкусно, признаю. Не дефлопе с семечкам кациуса и соусом «си фиеста», но тоже — очень и очень!
— У вас шматок мяса на подбородке, — сказал я. — И капустка на вороте.
— Ять! — совсем не аристократично высказался князь и принялся вытираться салфетками. — Я чего пришел? Не шаурму же есть! Я про ваш нейтралитет поговорить хотел…
— Вот как? — это было что-то новенькое.
Я-то думал, про эту идею все забыли! В конце концов — Щербатого я подмял, Игельшнойцхен — в психушке, «Надым» теперь пляшет под музыку, которую заказывают в Орде… Такой себе нейтралитет.
— Ну да. Слух прошел — у самого дна, в полусвете, скажем так. Мол, хозяин Аномалии и звезда Сети, некий черный урук Бабай Сархан готов предоставить площадку для переговоров и гарантирует безопасность…
— Настолько, насколько можно гарантировать безопасность в Хтони, — поднял палец вверх я.
— Само собой разумеется! — отмахнулся князь. — Тут, понимаешь ли, такая ситуация — нам с… Эм-м-м-м… Ну, с некоторыми важными людьми нужно встретиться тет-а-тет. Обсудить насущные вопросы, слишком уж много их накопилось. И, с одной стороны, утаить такую встречу мы не можем — фигуры слишком заметные. А с другой — организовать саммит или там — прием у кого-нибудь в юридике, — это дать дополнительные карты в руки хозяину. А попросить кого-то еще, нашего круга — так или родственник чей-то будет, или за подставу принять может. Ну, просто представь — собрались как-то главы сильнейших семей Кавказского наместничества и напросились в гости к кому-нибудь, например, из Тьмутаракани.
— Я бы подумал — наехать хотят. Или убить.
— Именно! А если мы соберемся здесь — то это будет красиво. С одной стороны — я инициатор и координатор встречи. И Сан-Себастьян для меня город не чужой, у меня жена местная. А с другой — Хтонь есть Хтонь, она ни к чему формально не относится, ее и на карте-то нет, одно только черное пятно.
— И вы хотите поднасрать Ермоловым, да? Чтоб осознали и прониклись? Здесь ведь будут Ермоловы?
— Хо-хо! — он хлопнул себя по коленке. — Именно! И отказаться они не смогут. Потому что в таком случае мы порешаем всё без них.
— От вашего «мы» мне становится дурно, — усмехнулся я.
— Урукам не становится дурно, брось. Так что — организуешь встречу? Без изысков, в твоем стиле. Это будет интересный опыт для всех, кажется. Под организацией встречи я имею в виду — охрану, банкет, помещение?..
—…ковры, благовония, блудницы… — продолжил я. — «Надым» подойдет? Там стильненько.
— Это где ты с киборгом кулаками махался? Я видел этот бой… Нормально! — кивнул Воронцов. — Без лишней претенциозности, но прилично, никто не сочтет это оскорблением статуса. Сам понимаешь — тут за столиком мы посидеть не сможем.
— Тому, кто достанет пушку или применит экстремальные способности технического или магического свойства, я размозжу всю голову, это можете сразу пояснить своим очень важным дядям. И мне насрать будет на последствия, потому что если я этого не сделаю — то потеряю репутацию, а это худший результат из всех возможных.
— Резонно, — светлейший князь пристально посмотрел мне в глаза, прищурившись.
Я взгляд выдержал, думая о том, что влезаю в некоторое дерьмо. Но, с другой стороны — не этого ли я хотел, строя планы по обустройству в этом мире? Обосноваться, создать базу, добиться признания и относительной свободы действий и перемещений. Вот — еще один шаг в сторону намеченных целей.
— Ты ведь и вправду попробуешь убить любого из нас, да? Даже Ермолова?
— Особенно Ермолова, — прислушавшись к себе, я понял, что мне на самом деле было насрать на то, что старый глава рода — охренительно великий темный маг.
Урукская холодная ярость готова была полыхнуть со страшной силой, если кто-то посмеет поставить под сомнение мое слово и дело. А еще я подумал, что всё это походило на подставу: особенно после последней реплики Воронцова. Вот зачем он уточнил про Ермолова?
— Ваша светлость, — я поковырялся когтем в зубах и снова вспомнил про дантиста. — Подскажите, а почему вы со мной возитесь? Я ведь какой-то хрен с куста, невесть кто, орочий ублюдок и залетный гость в этом мире. Зачем это вам?
Воронцов уже поднялся со своего места, и озоном тоже пахло, и гром гремел где-то вдали, возвещая о том, что скоро они все исчезнут во всполохе телепорта.
— Любопытство, — сказал аристократ. — Я очень долго живу на свете, и меня мало что может поразвлечь. Вы — очень занимательный тип, Бабай.
И исчез вместе со всеми своими опричниками.
— Ишь ты! Любопытно ему! А за шаурму расплатиться — не любопытно? — в пустоту поинтересовался я.
Глава 16
Плов
Они тут не готовили плов. Ну, то есть, наверное, где-то в районе Казахского мелкосопочника, который тут так не называли, потому как там располагалась одна из самых древних Аномалий, кто-то в казане и варил это великое блюдо, но в целом, такого культового статуса как на Земле плов не получил. Когда я попытался объяснить местным, чего мне такого-эдакого захотелось, на меня смотрели непонимающе, а Хуеморген даже козью морду скорчил:
— Каша с мясом? Ты хочешь удивить нас кашей с мясом?
— Ять! Ну да! А пельмени — это мясо с тестом! Слушай, чего ты такой нудный? — на самом деле это гном был во всем виноват. Он привез откуда-то некую смесь приправ на основе куркумы, кумина и чабера, и спровоцировал во мне приступ гастрономической ностальгии, распространив эти пряные ароматы на всю «Орду».
— Это не я нудный, это ты какую-то хрень затеял. Аристократов будешь кашей с мясом кормить? Еще яичницы с салом нажарь и на стол поставь… — он снова взялся пессимиздеть, это у кхазада получалось потрясающе. Бородатый душнила!
— Посмотрим, — сказал я, заканчивая облачаться в урукский национальный костюм и цепляя на спину кард. — Где тут был мой рюкзак? Мне нужен рюкзак и трехлитровая канистра с водой.
— Ты куда это собрался? — гном был озадачен. — У тебя тут архиважное мероприятие на носу, такие знатные люди приедут… Подготовка должна быть!
— Люди — говно на блюде, — я продолжил собирать вещи. — Разберетесь с подготовкой. Вон вы какие умные-разумные! Девчонки за шоу-программу взялись, Эсси за дизайн интерьеров и общее наведение лоска, ты — за снабжение… Справитесь. Я вообще едва не налажал, попробовал тут деспотию ввести. Это не по-нашему, не по-ордынски. Цели определены? Задачи поставлены? Занимайтесь по своему собственному разумению. Нам инфантилы и безынициативные овощи не нужны.
— А если налажаем? — поинтересовался Хуеморген.