Противостояние Риперу (ЛП)

Мне захотелось укусить его.
Да, я определенно превысила свой лимит по вину — за эти выходные я выпила больше, чем за последние два месяца вместе взятые. Как жаль, что я не переживала об этом.
«Укусить Риза Хейза не будет проблемой, если ты бросишь парня», — коварно шептал мой разум. Я решила, что мой мозг прав. Если бы Нейту было не наплевать на наши с ним отношения, он бы не был таким козлом.
Оооо, теперь я и мысленно ругалась.
Чудненько!
— Заходи, — сказала я Ризу, внезапно проголодавшись. Этот пакет с маленькими белыми картонными коробками пах фантастически, и я не могла дождаться момента, когда смогу в них вгрызться. Его глаза расширились.
— Кажется, у тебя хорошее настроение, — пробормотал он. Я подняла свою бутылку вина, чтобы он увидел.
— Я решила, что мне нужно отвлечься, — сказала я ему прямо. — Я позвонила своей кузине Эмбер. Она сука, и я ее ненавижу… а еще, Джессика у нее. Она в порядке, в полной безопасности. Прилетела туда вчера, и они не потрудились сказать мне. Я умываю руки от общения с ними обеими.
Я попыталась потереть руки вместе, как будто я их мою, и уронила свою бутылку в процессе.
Риз сделал выпад и поймал ее в воздухе. Это движение вывело меня из равновесия, и я упала на задницу, смеясь. Он уставился на меня, медленная усмешка расползлась по его лицу.
— Ты пьяна, — сказал он.
— Ни хрена подобного, — сказала я ему. — Просто мне очень хорошо.
— Тебе завтра нужно на работу?
— Я босс, — гордо сообщила я ему. — Я сама составляю свое расписание.
— Понятно, — пробормотал он, затем потянулся вниз, поймал мою руку и поднял на ноги. Я прижалась к нему, потираясь лицом о твердые мышцы его груди.
— Ты очень хорошо пахнешь, — сказала я ему. — Очень хорошо.
— У тебя есть кофейник?
Я подмигнула ему, проведя руками по его плечам. Они были красивые и твердые, словно шелк, натянутый на… что-то твердое. Я хихикнула, потому что не могла подобрать подходящее слово.
— Кофейник? — спросил он снова.
— Зачем?
— Пора протрезветь, я думаю. Что это за запах, черт возьми?
Я улыбнулась ему, чувствуя себя довольной.
— Цикл самоочистки в духовке. Мне нравится убираться, когда я расстроена, и нет ничего лучше сверкающей духовки. Ты просто ставишь ее на миллион градусов, запекаешь, а потом пылесосишь. Газ делает всю тяжелую работу за тебя. Очень успокаивает.
— Ты меня погубишь, — пробормотал он, проводя пальцем по моей щеке. — Давай выпьем кофе и поедим. Больше никакого вина.
Я надулась, потому что вино было моим любимым. Потом я перестала соображать, потому что он так аппетитно пах, и я хотела проверить, так ли он хорош на вкус, как пахнет.
Если бы я только могла поймать его губы и узнать…
Риз
Официально это было самое хреновое свидание за всю мою жизнь.
Лондон «все зовут меня Лони, Риз, но я ненавижу это прозвище. Мне нравится, что ты используешь мое настоящее имя… Могу я потрогать твой живот?» была пьяна в стельку, и у меня было очень плохое предчувствие, если я ее трахну, то ничем хорошим это не кончится.
Обычно это не имеет значения для меня, правда. У меня не было цели заводить постоянные отношения с женщинами.
К сожалению, карма — та еще сука, и у нее было много чего на меня.
Я уставился в телевизор, делая вид, что смотрю фильм, в то время как Лондон отключилась на мне. Ее сиськи прижимались к моей груди, ее ноги оседлали мое бедро, а ее рука лежала на моем животе, ровно в шести дюймах от головки моего напряженного члена. Я знал, так как ровно каждые шестьдесят секунд отводил взгляд от экрана, чтобы убедиться, что он не проделал дыру в моих штанах. Затем я снова начинал отсчет, потому что только подсчет удерживал меня от того, чтобы не перевернуть ее и не засунуть свой член так глубоко в ее киску, что он ударился бы о заднюю стенку ее горла. Да, это бы ее разбудило…
Почему я не делал этого? Хороший вопрос.
Не потому, что я хороший парень, или она была слишком пьяна, или еще что-то в этом роде. Я никогда не был порядочным человеком и не видел особых причин менять что-то на этом этапе игры.
 
Порядочность — не мой конек. Речь шла о стратегии.
Лондон вздохнула во сне, притянув меня немного ближе, когда ее рука скользнула вниз. Я застонал, и каким-то образом мой член стал еще тверже, что я готов был поставить сто долларов на то, что это вообще невозможно. Было очень больно, и запах ее волос, доносившийся до моего носа, точно не помогал.
От нее пахло ванильным печеньем.
Я снова спросил себя, почему я сейчас не трахаю ее. Она была в моей власти — она была без ума от меня. Я должен был просто взять то, что она предлагала, и наслаждаться этим. Стратегия была переоценена.
«Она может сделать тебя счастливым», — сурово сказала мне Хизер. — «Не испорти это, придурок».
Чертовы призраки в моей голове.
Хизер нужно было отвалить на хрен, потому что я не терпел этого дерьма. На самом деле я не умер вместе с ней, несмотря на то, что иногда мне так казалось. Она оставила меня растить наших девочек в одиночку, и иногда я ненавидел ее за это.
К счастью, мысли о моих девочках заставляли меня улыбнуться.
У меня даже не было слов, чтобы описать, как много они для меня значат. Где-то на этом пути я вернулся к жизни, если не ради себя, то ради них. Самая большая битва в моей жизни — не сползти в могилу вместе с женой. Лондон вела такую же борьбу, но по-своему. Когда все пошло наперекосяк, она бросилась навстречу жизни, приняла Джессику и боролась за нее, несмотря на то что у нее был простой выбор. Никто бы не винил ее, если бы она отдала Джесс в социальные службы. Я уважал то, как она бросила все силы ради своего ребенка, хотя формально Джесс ей не принадлежала. Она понимала, что такое преданность, семья не всегда связана с кровью.
Как бы мне ни было неприятно это признавать, но именно такая сила и преданность нужны, чтобы стать хорошей старухой… Затем я покачал головой, потому что был чертовски уверен, что не собирался снова повторять это.
Заявить на нее права? Ладно. Но никто никогда не смог бы занять место Хизер, не говоря уже о том, чтобы носить ее нашивку.
Может быть, я смогу найти золотую середину, и вот тут-то мне и пригодится Лондон. Если я трахну ее сегодня, это усложнит ситуацию так, что она возненавидит меня. Я всегда думаю, и я серьезен, когда принимаю решение. Я хотел Лондон и определенно планировал оставить ее у себя на некоторое время.
Это означало, что я должен начать делать все правильно.
Во-первых, убрать мудака помощника шерифа из ее жизни, не напугав ее до смерти. Если для этого мне пришлось бы потерпеть некоторое время, я не сомневался, что впоследствии она все восполнит.
Таким образом, я обнаружил, что лежу на диване и смотрю какой-то дурацкий фильм с членом тверже алмаза, а счастливого конца не видно.
Лондон снова пошевелилась рядом со мной, издав тихий храп.
Боже, ее рот прямо возле моего соска.
Я почувствовал жар ее дыхания через тонкую ткань футболки, и что-то похожее на панику подступило к горлу. Мне нужно было убираться отсюда к чертовой матери, потому что я ни за что на свете не смог бы долго держать свои руки подальше от нее. Так далеко я зашел, только из уважения.
Братья бы надорвали свои задницы от смеха, если бы увидели меня сейчас.
— Хорошо, милая, — пробормотал я, обнимая ее, когда неловко сел. — Давай уложим тебя в постель.
Лондон прижалась ко мне еще теснее, издавая протестующие звуки. Она была не очень большой, несмотря на эти потрясающие сиськи. Я легко поднял ее и понес в спальню. Ее дверь была не закрыта, открывая взору аккуратно застеленную двуспальную кровать. Комната была обставлена мебелью, вероятно, из комиссионного магазина, но она была отполирована и расставлена так, что выглядела в едином стиле.
Совсем не так, как в моей спальне.