Слабейший Аристократ с Системой Биолога (СИ)

— У меня проблемы с тем, что меня используют как подопытную крысу без моего согласия, — я подошел к столу и с силой опустил ладони на столешницу. — Вы записали меня на Турнир.
Краус наконец поднял глаза. Его взгляд был холодным, изучающим.
— Я записал своего контрактного студента на аттестацию в боевых условиях. Вы забыли, что ваша учеба оплачивается Академией? А значит — мной. Я инвестировал в вас, Эверт. Теперь я хочу видеть… возврат инвестиций.
  
— Я первокурсник с одним ядром! — рявкнул я. — Против меня выйдут люди с двумя полными ядрами, артефактами и родовой подготовкой. Вы отправили меня на убой.
— Возможно, — Краус отложил книгу. — А возможно, я увидел на полигоне нечто, что заставило меня сомневаться в вашей бездарности. Ваша «водяная игла». Она была грубой, но плотность потока… Вы сжимаете воду так, как это делают Мастера.
Он встал и подошел к окну.
— «Черные» — это мусор, Эверт. Так считают все. Но иногда в мусоре можно найти алмаз. Если вы проиграете — значит, я ошибся, и вы действительно мусор. Вас просто спишут. Но если вы победите… или хотя бы достойно проиграете… это откроет вам путь из этой ямы. Кланы любят силу. Покажите им её.
— А если я сдохну? — прямо спросил я.
— Значит, Академия сэкономит на вашем питании, — равнодушно пожал плечами Краус. — Свободны. Готовьтесь к бою.
Я вышел из кабинета, сжимая зубы до скрежета. Старый ублюдок. Он просто бросил меня в яму со львами, чтобы посмотреть, успею ли я отрастить когти.
— Жестко, — прокомментировал Кот, материализуясь рядом. — Но справедливо. В хардкорных играх туториал заканчивается быстро. Теперь начинается настоящий геймплей. Тебе нужна тактика, Виктор. Ты не вывезешь на чистом дамаге. Тебе нужен «билд» под каждого противника.
— Мне нужна информация, — поправил я. — Я не знаю никого из этой таблицы, кроме Розенберга. Какая у них стихия? Какой стиль боя? Слабости?
Я спустился в общий холл, где студенты все еще толпились у доски объявлений. Элиас стоял там же, вчитываясь в списки с выражением ужаса на лице.
— Элиас, — я схватил его за плечо и оттащил в тихий угол. — Мне нужна твоя помощь.
— Макс? — он вздрогнул. — Я… я ничем не могу помочь. Я даже заклинание удержать не могу.
— Мне не нужна твоя магия. Мне нужны твои мозги, — я посмотрел ему в глаза. — Ты здесь дольше меня. Ты местный. Ты знаешь эти семьи, эти гербы. Мне нужно досье. На каждого, кто может выйти против меня. Стихия, любимые приемы, фобии — всё.
Элиас неуверенно поправил очки.
— Ну… я много читаю. И слушаю сплетни. Я знаю, что, например, Фридрих фон Брюкке из «Белых» боится огня после того, как в детстве обжегся… А Анна из «Серых» использует только дальние атаки…
— Вот! — перебил я. — Именно это мне и нужно. Составь мне список. До завтрашнего утра.
— Это опасно. — Сказал он. В его голосе промелькнула неожиданная твердость. — Если узнают, что я сливаю информацию «Черному»…
Я усмехнулся. Парень не был простаком.
— Хорошо, что я знаю твою проблему, Элиас. «Дырявое ведро». Помнишь?
Его глаза расширились.
— Я могу научить тебя контролю, — солгал я. Точнее, сказал полуправду. Я не мог расширить ему ядро без операции, но мог научить его использовать его чудовищные каналы для мгновенных, точечных ударов, как учусь сам. — Я покажу тебе, как не расплескивать воду, а бить ею. Ты поможешь мне выжить завтра, а я помогу тебе стать магом.
— Договорились, — выдохнул он. — Но… Макс. После турнира… я попрошу еще кое-что. Кое-что важное.
— Договорились, — кивнул я, догадываясь, что речь пойдет о его сестре.
— Я принесу всё утром. Перед началом боев, — Элиас засуетился, собирая книги. — Мне нужно в библиотеку и… в архив старых газет. Не скучай! И выспись! Тебе понадобятся силы!
Он убежал, смешно подпрыгивая на ходу.
До вечера оставалось несколько часов. Тренироваться было поздно — мышцам нужен был отдых для суперкомпенсации после утреннего разгона. А вот «топливный бак» нужно было залить под завязку.
Я снова направился в Нижний Город. В ту же мясную лавку.
— Опять ты? — мясник удивился, увидев меня. — Студент, у тебя там в общаге голодающий дракон живет?
— Растущий организм, — буркнул я, выкладывая на прилавок серебро из кошелька, подаренного таинственной незнакомкой. — Пять килограммов. Самого красного, с кровью. И костей добавь.
Я вернулся в свою комнату, запер дверь и сел перед горой сырого мяса.
— Приятного аппетита, — саркастично пожелал Кот, отворачиваясь. — Надеюсь, ты не начнешь рычать во время еды.
Я положил руки на мясо.
[АБСОРБЦИЯ]
Магия хлынула из моих ладоней. Волокна распадались, превращаясь в чистую энергию и строительный материал. Я чувствовал, как каждая клетка моего тела наполняется силой. [Железа Гальвани], получив приток питательных веществ, завибрировала, накапливая заряд. Мои мышцы, поврежденные утренней тренировкой, наливались свинцовой тяжестью мощи.
Когда от пяти килограммов мяса осталась лишь горстка сухой серой пыли, я чувствовал себя так, словно мог пробить стену кулаком.
[Запас биомассы: 4.8 кг]
[Энергетический статус: 100 %]
Я смахнул пыль в ведро, разделся и рухнул на кровать. За окном уже стемнело. Город зажигал огни, готовясь к празднику, на котором я должен был стать либо героем, либо жертвой.
— Элиас, не подведи, — прошептал я в темноту. — Без «пособия» я буду сражаться вслепую.
Кот, устроившийся в ногах, тихо заурчал. Завтра будет день, когда Максимилиан фон Эверт покажет свою мощь.
  
Эпилог
 
Комнаты в общежитии «Белых» мало напоминали студенческое жилье. Это были роскошные апартаменты с высокими окнами, бархатными портьерами и магическими светильниками, настроенными на мягкий, теплый спектр.
Ингрид фон Айзенфауст, племянница главы клана, сидела перед трюмо, лениво расчесывая свои длинные платиновые волосы гребнем из слоновой кости.
— Отец снова прислал письмо с нотациями, — недовольно протянула она, глядя на свое отражение. — Говорит, напряжение на границах кварталов растет. Ваши огненные маги опять сожгли наш склад в Нижнем Городе, Катарина?
Девушка, сидевшая в кресле с книгой, подняла голову. Это была та самая незнакомка, которую Виктор спас в подвале — Катарина фон Драхенкрале. Сейчас на ней не было серой мантии, под которой она скрывалась во время своих тайных вылазок за ингредиентами. Она была одета в домашнее платье цветов своего клана — багровое с золотом. На ее запястье, скрытом длинным кружевным рукавом, все еще оставались синяки от хватки бандитов.
— Это была случайность, Ингрид, — спокойно ответила она, перелистнув страницу. — Утечка эфира. Мой отец уже принес извинения. Мы же союзники… пока что.
Ингрид фыркнула. Союз между Айзенфаустами и Драхенкрале держался на честном слове и общих врагах, но трещал по швам.
— Пока что, — эхом повторила она. — Кстати, ты видела списки на завтра?
— Турнир? — Катарина постаралась, чтобы её голос звучал безразлично.
— Да. Этот выскочка из 1-В. Максимилиан фон Эверт. Беловолосый оборванец, — Ингрид отложила гребень и повернулась к подруге, ее глаза блестели злым весельем. — Густав фон Розенберг все уши прожужжал. Он умолял моего дядю позволить ему «наказать наглеца».
Катарина замерла. Образ парня с холодными глазами, который в одиночку, без магии, раскидал бандитов, а потом ударил их молнией, вспыхнул в памяти.
— И что решил твой дядя?
— Он дал добро, — усмехнулась Ингрид. — Розенберги — наши вассалы, их честь — это наша честь. Если какой-то нищий «черный» смеет дерзить, его нужно поставить на место. Густав обещал не просто победить. Он обещал сломать его. Публично. Чтобы другим неповадно было.
  
Катарина закрыла книгу. Внутри нее боролись противоречивые чувства. Максимилиан спас её. Но он был чужаком, опасным и непредсказуемым элементом. А Густав… Густав был напыщенным идиотом с сильной магией воздуха.