Слабейший Аристократ с Системой Биолога (СИ)

Она кивнула, признавая свою ошибку. Затем её рука нырнула в карман мантии.
— Спасибо, — тихо сказала она. — Ты спас меня. Я… я не знаю, как отблагодарить.
— Мне не нужно ничего, — ответил я. — Я просто проходил мимо.
Она вдруг шагнула ко мне, взяла мою руку и вложила в ладонь что-то тяжелое и бархатистое.
— Возьми. Этого мало, но… больше у меня нет. Пожалуйста.
Прежде чем я успел возразить или спросить имя, она развернулась и выбежала из укрытия, растворяясь в сумерках так быстро, словно за ней гнались демоны.
  
— Странная особа, — заметил Кот. — Но вежливая. Чекни лут.
Я раскрыл ладонь. Это был небольшой кошелек из темного бархата, вышитый серебряной нитью. Он был тяжелым. Гораздо тяжелее того, что украл у меня воришка.
Я развязал шнурок. Внутри тускло блеснуло золото.
— Талеры? — я присвистнул. — Тут монеты две. И серебро.
— Ого, — Кот заглянул внутрь. — Да тут полугодовой бюджет небольшой страны… размером в несколько квадратных метров. Твоя потеря окуплена с процентами, Виктор. Кармический кэшбэк в действии.
Я взвесил кошелек в руке. Два талера. Это двести марок. Плюс еще горсть серебра. На эти деньги можно было не только питаться мясом неделю, но и купить пару полезных книг или реактивов.
— И правда странная девчонка. — задумчиво произнес я, пряча неожиданное богатство во внутренний карман куртки. — Для простой студентки она достаточно богата, раз отдала столько денег.
— Может, дочка купца? Или просто копила на новый посох, — предположил Кот. — Какая разница? Главное, что мы в плюсе. А теперь пошли домой, в общагу. Мне не нравится этот район.
Мы выбрались из развалин и направились в сторону Верхнего Города. Ночь вступала в свои права, зажигая редкие магические фонари на улицах. Я шел, ощущая тяжесть золота в кармане и странное чувство удовлетворения. Я потерял последнее, погнался за призраком, ввязался в драку, но в итоге вышел победителем.
Возможно, этот город не так уж сильно отличается от Пустошей. Просто хищники здесь носят другие маски.
  
Глава 19
 
Воскресное утро в Академии «Эфирный Шпиль» было единственным временем, когда каменные коридоры не гудели от голосов студентов и шарканья подошв. Тишина была плотной, вязкой, нарушаемой лишь далеким звоном колокола в часовне города.
Я открыл глаза задолго до рассвета. Мой биологический будильник сработал безукоризненно. Лукас, мой сосед, спал, разметавшись на кровати и что-то бормоча во сне — наверное, сдавал экзамен по алхимии.
Я бесшумно сполз с койки, натянул простые тренировочные штаны и свободную рубаху. Мой путь лежал не в библиотеку и не в столовую, а на старый спортивный плац за хозяйственными постройками. Туда редко заглядывали «Белые» — аристократы предпочитали дуэльные залы с климат-контролем и зеркалами. А для «Черных» вроде меня грязь и щебень были привычной средой обитания.
Утро встретило меня сырым туманом. Воздух был холодным, пробирающим до костей, но мне это нравилось. Холод бодрит.
— Ну что, кадет, — Кот материализовался на перекладине турника, потягиваясь. — Готов к гринду? Сегодня мы будем ломать твой лимит. В буквальном смысле.
— Я готов, — кивнул я, разминая запястья.
Идея, пришедшая мне в голову вчера перед сном, была безумной, но логичной. Биомантия позволяет ускорять процессы. [Железа Гальвани] дает энергию. Что, если объединить это с экстремальной физической нагрузкой?
Обычно мышцы растут, когда микроразрывы волокон, полученные при нагрузке, заживают, делая ткань плотнее. У обычного человека это занимает дни. У меня, при наличии биомассы и магии, это могло занять секунды.
Я подошел к лежащему в углу площадки огромному валуну, который использовали для тренировок маги Земли. Он весил килограммов тридцать, не меньше.
— Поехали, — выдохнул я.
Я поднял камень. Мышцы напряглись, сухожилия затрещали.
— Присед! — скомандовал Кот. — И держи спину, не то позвоночник в трусы высыпется.
Я присел. Встал. Присел. Встал.
На двадцатом повторении бедра начали гореть. На пятидесятом — мышцы забились молочной кислотой, превратившись в камень. Обычный человек остановился бы. Я же только начал.
— Лечение, — мысленно приказал я.
Я направил поток маны, смешанный с электрическим импульсом, прямо в ноги. Вода вымывала токсины усталости, ускоряла обмен веществ. Разряд тока заставлял волокна сокращаться еще жестче, разрывая их и тут же спаивая обратно, но уже более плотными, более сильными.
Боль была специфической. Словно мне в ноги залили кипяток и пропустили через него ток.
— Еще! — рявкнул Кот. — Твоя стамина просела, но ХП на месте. Жми! Это спидран по бодибилдингу!
Я продолжал. Приседания сменились рывками. Рывки — бегом с камнем в руках. Я довел себя до состояния, когда перед глазами поплыли круги, а сердце билось где-то в горле.
— [Абсорбция: Резерв] — я «сжег» сто граммов биомассы из запаса, мгновенно превратив её в глюкозу и белок, вкачивая их прямо в кровь.
Усталость отступила рывком, словно я принял сильнейший стимулятор. Я снова был свеж.
— Сложно… — прохрипел я, переходя на отжимания на кулаках. Щебень впивался в кожу, раздирая её в кровь, но ранки тут же затягивались.
Проблема была не в боли. Проблема была в контроле. Мне приходилось делать три вещи одновременно: выполнять упражнение на пределе сил, контролировать поток магии, чтобы не сжечь себя, и следить за распределением биомассы.
Это было как жонглировать горящими факелами, стоя на канате.
В какой-то момент я сбился. Подал слишком много тока в бицепс. Руку свело чудовищной судорогой, я рухнул лицом в гравий.
— Концентрация! — голос Кота был безжалостен. — Ты маг или где? Держи поток! Если потеряешь ритм, у тебя сердце остановится от перегрузки!
Я зарычал, заставляя мышцу расслабиться усилием воли и магии. Поднялся. Снова.
Вскоре мир вокруг исчез. Осталось только мое тело, превратившееся в гудящий механизм.
Удар — разрыв — боль — лечение — рост.
Удар — разрыв — боль — лечение — рост.
Я вошел в транс. Это было странное состояние, похожее на медитацию, но динамическое. Я не чувствовал холода, не слышал ветра. Я был машиной, которая сама себя пересобирала на ходу. Мана текла по каналам широким, бурлящим потоком. Железа Гальвани вибрировала, посылая разряды в каждую клетку.
— Эй… Эй, Витя! — голос Кота пробился сквозь пелену транса как-то издалека. — Виктор! ТОРМОЗИ!
Я не реагировал, делая очередной рывок.
— ДА ОСТАНОВИСЬ ТЫ! — Кот прыгнул мне на плечо и больно укусил за ухо. — Ты светишься как новогодняя елка в Припяти!
Боль от укуса вывела меня из транса. Я замер, уронив камень. Он гулко ударился о землю, но я даже не обратил внимания.
Я смотрел на свои руки.
Зрелище было пугающим и завораживающим одновременно.
Под кожей, там, где проходили вены и артерии, пульсировал яркий, неоново-голубой свет. Он был настолько интенсивным, что просвечивал сквозь плоть, делая мои руки похожими на анатомическое пособие из стекла и света. Вены вздулись, став толщиной с мизинец, и по ним, вместе с кровью, бежали видимые разряды электричества.
— Что за… — я попытался сжать кулак. Свет стал ярче, а по коже пробежали статические искры.
— Ты переборщил с разгоном, — констатировал Кот, спрыгивая на землю и опасливо отходя подальше. — Твоя проводимость повысилась до критических значений. Ты сейчас не человек, ты — ходячий проводник под напряжением. Еще немного, и тебя разорвало бы от напряжения.
Я плюхнулся на землю, чувствуя, как внутри всё дрожит. Сердце колотилось так, что отдавалось в ушах.
  
— Система! Статус! — мысленно приказал я. — Есть повреждения?
Строки логов побежали перед глазами.
[СТАТУС ПОЛЬЗОВАТЕЛЯ]
[Физическое состояние: Утомление]
[Целостность тканей: 100 %]
[Патологии: Не обнаружено]
[Активные эффекты: Остаточный заряд (Высокий), Гипертонус мышц]