Слабейший Аристократ с Системой Биолога (СИ)
— Одно ядро, — констатировал он с нескрываемым пренебрежением. — Стихия Воды. Каналы… О, великая Бездна. Что с твоими каналами, парень? Они выглядят так, будто их жевали собаки, а потом сшивали гнилыми нитками. Рубцы, микроразрывы, спайки.
— Травма, — выдавил я сквозь зубы. — Последствия выживания в Пустошах.
Магистр вернулся за свой стол, что-то черкая в бланке. Потом вдруг замер и посмотрел на меня поверх очков.
— Знаешь, — его голос стал скрипучим и задумчивым. — Ты мне напомнил кое-кого. Жил тут в городе не так давно один неудачник. Наследник Штормвальдов. У него тоже было одно ядро, позор для Великого Рода. Но знаешь что?
Он подался вперед.
— Даже у того бездаря ядро было хотя бы целым. А ты… ты внутри похож на разбитую вазу, которую склеили соплями. С такими каналами ты никогда не откроешь второе ядро. Твой предел — фокусы с водой.
Эти слова должны были задеть, но я лишь мысленно усмехнулся. Он не увидел главного. Он не увидел электричества.
— И куда меня? — спросил я.
— Поток Черных, — он шлепнул печать на бланк. — Группа 1-В. Самый низ. Если не вылетишь после первой сессии — считай, тебе повезло. Иди на склад, получи форму.
Я взял лист. Группа 1-В. Худшая группа первого курса. Дно пищевой цепи.
— Идеально, — шепнул Кот мне в ухо. — Никто не будет искать угрозу среди неудачников из группы «В».
Склад находился в соседнем коридоре. Угрюмый завхоз, даже не глядя на меня, швырнул на прилавок комплект формы: черные брюки и черную куртку с нашивкой Академии. Ткань была грубой, но прочной. Никакого шелка или бархата, как у «Белых».
— Обувь своя, — буркнул он. — Следующий!
Я переоделся в кабинке. Черный цвет мне шел. Он резко контрастировал с моей новой бледной кожей и белыми волосами. Я выглядел не как студент, а как жрец какого-то мрачного культа.
Сверившись с расписанием, я направился на лекцию. Моей группе предстояло слушать «Введение в Артефакторику». Аудитория 305, крыло Б.
Коридоры Академии жили своей жизнью. Студенты в белом (явно обладатели двух ядер чуть ли не с рождения или огромных денег) шли по центру, гордо задрав носы. «Серые» держались уверенно, но скромнее. А «Черные», вроде меня, жались к стенам, стараясь не отсвечивать.
Повернув за угол к нужному крылу, я услышал шум.
— …и что ты мне сделаешь, грязь?
Впереди, в нише у окна, трое парней в серой форме зажали в угол щуплого паренька в черном.
— Я сказал, проход платный, — ухмылялся высокий блондин в «сером», держа первокурсника за грудки. — У тебя одно ядро, у нас — почти по два полных. Ты дышишь нашим воздухом, это оскорбляет мои легкие.
— У меня нет денег… — пищал паренек, роняя учебники.
— Тогда плати натурой, — хохотнул второй, попинывая упавшую книгу. — Почисти нам ботинки. Языком.
Кот на моем плече выпустил когти.
— Типичный буллинг, — прошипел он. — У этих ребят, судя по ауре, ядра заполнены под завязку, вот и борзеют. Варианты: пройти мимо или заработать проблем?
Я остановился. Максимилиан фон Эверт мог бы пройти мимо. Но Виктор Штормвальд помнил, каково это — быть слабым, которого пинают сильные.
Я поправил воротник своей черной куртки и шагнул вперед.
— Кажется, вы что-то перепутали, господа, — громко сказал я.
Троица обернулась. Блондин отпустил жертву и с интересом посмотрел на меня.
— О, еще один мусорщик из «Черных», — оскалился он. — И какой… Беленький. Альбинос? Хочешь присоединиться к чистке?
— Я хочу пройти на лекцию, — спокойно ответил я, чувствуя, как внутри, в районе желудка, начинает гудеть Железа Гальвани, откликаясь на мою злость. — И мне не нравится, когда проход загораживают мусором.
Блондин перестал улыбаться. Его кулаки сжались, и вокруг них начала формироваться легкая дымка — признак активации магии Воздуха.
— Ты кого мусором назвал, урод?
— Тех, кто нападает стаей на одного, — я встал в расслабленную стойку, опустив руки к поясу, где висели фляги с водой. — У вас, может, и почти по два ядра, но мозгов явно не хватает даже на половину.
Воздух в коридоре заискрил от напряжения.
Глава 16
Трое в серых мантиях обернулись синхронно, как по команде. Тот, что держал паренька за грудки, высокий блондин с надменным лицом, разжал пальцы. Жертва мешком осела на пол, выронив сумку, из которой посыпались перья и свитки.
— О, смотрите, рыцарь в сияющих… тряпках, — протянул блондин, окидывая меня презрительным взглядом. Он увидел мою черную форму — клеймо неудачника с одним ядром — и его губы растянулись в ухмылке. — Заблудился, мусорщик? Хозблок в подвале.
Его приятели загоготали. Тощий паренек на полу, которого они только что прессовали, поднял на меня взгляд. В его глазах не было надежды, только страх и какая-то обреченная усталость.
— Я сказал, — произнес я ровным голосом, делая шаг вперед, — что вы загораживаете проход. И не забудьте вернуть книгу владельцу.
Блондин пнул учебник носком дорогого сапога. Книга, «Теория Эфирных Полей. Том 1», отлетела к стене, ударившись переплетом.
— А ты заставь меня, — он шагнул мне навстречу, нависая сверху вниз. От него пахло дорогим одеколоном и озоном — признак мага Воздуха. — У тебя одно ядро, убогий. У меня — почти два. Я могу сдуть тебя в окно одним чихом. Вали отсюда, пока я не решил, что ты тоже дышишь слишком громко.
Кот на моем плече зашипел, но я не шелохнулся. Максимилиан фон Эверт должен быть гордым и эффективным.
Я не стал отвечать на оскорбления. Я просто прошел мимо блондина, словно он был пустым местом, наклонился и поднял книгу. Отряхнул обложку от пыли.
В коридоре повисла тишина. Игнорирование — это пощечина, которая бьет больнее кулака.
— Держи, — я протянул учебник парню на полу.
Тот потянулся дрожащей рукой, но взять не успел.
— Ах ты гниль! — взревел блондин у меня за спиной.
Я услышал свист воздуха и шорох ткани. Он атаковал сзади — подло, как уличная шпана, привыкшая к безнаказанности. Его рука тянулась к моему воротнику, чтобы рывком развернуть меня и ударить.
Но он был медленным. Для аристократа, который тренировался в зале с манекенами, он был быстр. Но для меня этого мало, его движения были как в замедленной съемке.
Я не стал использовать магию.
В тот момент, когда его пальцы коснулись ткани моей куртки, я резко ушел влево, перехватывая его запястье. Используя инерцию его собственного рывка, я подставил подножку и слегка, почти нежно, потянул его руку вниз и на себя.
Законы физики в Пустошах и в Академии работают одинаково.
Хулиган потерял равновесие. Его ноги взлетели вверх, и он с глухим стуком, выбившим воздух из легких, рухнул спиной на каменный пол.
Я не стал его бить. Я просто отпустил руку и отступил на шаг, поправляя манжеты.
— Смотрите под ноги, коллега, — холодно произнес я. — Пол скользкий.
Двое его дружков застыли с открытыми ртами. Они не поняли, что произошло. Только что их лидер стоял, а теперь он лежал у ног «мусорщика».
Блондин вскочил. Его лицо пошло красными пятнами ярости. Весь его аристократический лоск слетел, оставив лишь уязвленное самолюбие.
— Ты покойник! — взвизгнул он.
Он вскинул руки. Воздух вокруг его ладоней задрожал, сгущаясь в полупрозрачный шар — «Воздушный Кулак». Это было боевое заклинание. Слабое, но способное сломать ребра.
— Стой! — пискнул парень с пола. — Нельзя магию в коридоре!
— Плевать! — рявкнул блондин. — Я размажу его!
Я вздохнул. Драться по-настоящему мне не хотелось — это привлекло бы слишком много внимания. Нужно было закончить это быстро и страшно.
Я чуть поднял правую руку. Пробка на фляге у пояса щелкнула. Тонкая струйка воды вырвалась наружу, повиснув в воздухе между мной и хулиганом.
— [Аква Вип]? — усмехнулся один из приятелей блондина. — Водичкой побрызгаешь?
Вместо ответа я активировал Железу Гальвани.
Короткий импульс прошел по моему телу и влился в водяную нить. Вода мгновенно изменилась. Она перестала быть просто жидкостью. Внутри прозрачной струны вспыхнули яркие, злые голубые искры. Раздался характерный сухой треск электрического разряда.