Дариар. Статус-кво (СИ)

— Ты долго будешь там стоять? — рядом со мной прозвучал шепот голосом Лорена, и я просто повернулся на звук. Идти вслепую по лестнице было чистым самоубийством.
— Скорее всего, потому что я отличие от вас, детей тьмы, ни черта не вижу, — так же зашептал я, на что сразу же получил по глазам зажегшимся крохотным пульсаром, направленным ко мне Луцианом. Пока спасительный огонек был рядом с вампиром я обратил внимание на его глаза, которые стали как у кошки, желтыми с вертикальным зрачком. Вопросы к Сапковскому встали в полный рост. Видимо старичок не так прост и жаден, как хотел казаться.
Луциан пустил пульсар у меня под ногами, чтобы я мог разглядеть хотя бы ступеньки, и пошел уже за умчавшимся наверх Лореном. Мы шли тихо, не разговаривая, стараясь приглушать каждый шаг. 
Взобравшись на последнюю ступень казавшейся бесконечной лестницы, я прислонился к стене, стараясь отдышаться. В боку кололо, а воздуха было настолько мало не только в легких, но и в затхлом застенке, что мне казалось, что смерть придет ко мне прямо сейчас и не от отравы, а от элементарной асфиксии. Глядя на бодрых Теней, мне было даже не стыдно, а учитывая то время, которое я провел в четырех стенах преимущественно валяясь не кровати, и того подавно. Луциан погасил пульсар, снова погружая нас в кромешную тьму, и подошел к тупиковой стене. Не знаю, как так получилось, но сейчас я мог различить все, даже не напрягая глаз. Глянув на руки, я заметил, что черный рисунок начал постепенно перекидывать на здоровые части тела. Скорее всего, реакция и зрение связаны именно с распространением заражения, хотя на физических кондициях это пока никак не сказывалось. Внимательно оценив мое состояние и способность к дальнейшему передвижению, Луциан кивнул Лорену, и они оба заняли позиции рядом с предполагаемым входом. Жестами показав, что у стены двое, вампир вновь приложил руку к поверхности и резко убрал под звук разлетевшейся в щепки стены. Я хотел было выйти вместе с остальными, но толчок от Лорена заставил сделать шаг назад, что, скорее всего, спасло мне жизнь. Эта мысль сразу посетила меня, когда я смотрел на арбалетный болт, пролетающий ровно в том месте, где я только что стоял. У входа послышалась возня и приглушенные крики. Я все же решил высунуться, чтобы оценить свои дальнейшие перспективы. Никакого ощущения беспомощности не было, несмотря на противный характер быть всегда первым и лучшим во всем. Все же, как говорил отец, многие дела следует отдавать в руки профессионалов, которые довольно проворно замочили двоих стражников и теперь исчезли из поля зрения. Подождав для проформы некоторое время и не заметив больше попыток ни обстрела, ни вторжения в тесный коридор, я поднялся на ноги и вышел из укрытия. В центре довольно большого зала, в котором мы очутились, шел настоящий смертельный танец. Увидеть вживую, как работает Луциан и чуть отстававший от него Лорен, дорогого стоило. Собрав вокруг себя с десяток человек, они методично выкашивали ряды обороны, с легкостью уклоняясь от довольно умелых атак и периодически летящих в них заклинаний. Я огляделся, замечая лестницу, ведущую наверх и понял, что мне нужно именно туда. Тихо, не привлекая внимания занятых делом граждан, я начал подниматься к конечной цели своего далекого от родного мира путешествия, где меня перед самой дверью встретили доброжелательно помахивающие кинжалом Тени. Я попятился, начиная спускаться обратно вниз в то время, когда они довольно быстро приближались ко мне. Почему они не спустились раньше, чтобы помочь своим товарищам мне было не совсем понятно, видимо свой пост покидать было нельзя, что бы не происходило в другом месте. Черная тень пронеслась мимо и, вставший между мной и Тенями, Лорен, несколько притормозил их приближение. Они остановились всего на мгновение, чтобы затем быстро пойти в наступление. Было видно, что Магистр хоть и отбивал их атаки, спускаясь все ниже и ниже под нарастающим прессингом, но едва за ними успевал. В зале все еще слышались звуки борьбы, поэтому Луциан вряд ли мог хоть как-то помочь нам.
 
— Да уходи же ты, — прокричал Лорен, делая обманчивый выпад, от которого ушел один из атакующих его, но на последующий захват и удар не смог среагировать второй. 
Я не стал просить себя дважды, и чуть ли не взлетел по ступеням вверх, резко распахивая двери.
Мужчина стоял ко мне спиной, даже не обратив внимание ни на шум внизу, ни на раскрывшиеся двери. Я подошел ближе, чтобы удостовериться, что это вообще тот, кого я ищу, да и поглядеть, что он делает такого увлекательного, что происходящее у него под боком его совершенно не волновали. Одну руку он держал на небольшом красном кристалле, активно пульсирующему бордовыми всполохами у него под рукой. Вторая была прислонена к огромному шару, в котором сквозь белую дымку даже я мог увидеть всплывающие цветные изображения. В этот самый момент шар показывал летящего дракона, извергающего пламя куда-то впереди себя. Кристалл начал пульсировать чаще, в конце полностью меняя свой цвет на более темный. Внезапно пульсация прекратилась, и в дракона словно из ниоткуда полетела огромная сеть, накрывшая полностью огромную тушу. Когда только сеть полностью оплела пытавшего ее разорвать и взлететь выше дракона, возникла небольшая вспышка, после чего дракон принял свое второе обличие, и камнем рухнул вниз в виде человека. Не долетев до земли, в него с двух сторон устремилась неоформленная черная субстанция, которая, достигнув своей цели, вспыхнула вместе с ней, прогорев за мгновение. 
Я ошарашенно смотрел на происходящее, не понимая, как вообще такое возможно и был ли у меня шанс спасти его? Белый дым заклубился в шаре, трансформируясь в новые смутно узнаваемые очертания.
— Эй Вуппи Голдберг не подскажешь, как пройти в библиотеку? — кашлянув несколько раз, громко осведомился я. Красный кристалл резко потух, а белое марево опустилось снегом на дно хрустального шара. Мужчина очень медленно повернул свою голову в мою сторону. Я собрал все силы в кулак, чтобы не отшатнутся, глядя на абсолютные белые белки глаз и терпеливо ждал, пока он вернется из своего странного состояния, и вернет нормальный взгляд карих глаз. Что-либо делать с находящимся в астрале магом я не решился, слишком это было непредсказуемо, ведь не просто так хорошую охрану он не поставил, когда начал заниматься своим своеобразным спиритическим сеансом.
— Ты? — он несколько раз моргнул, пытаясь окончательно сбросить пелену со своих глаз, а затем вскинув руки, одновременно запустил в меня ледяным копьем и довольно упитанным пиробластом. Я не стал уклоняться, надеясь, что все сработает как надо. Блямс. Бульк. Я открыл глаза, глядя как подо мной растекается лужа, посыпанная пеплом.
— Да, мимо проходил, решил зайти, должок взыскать, — в меня полетело что-то розовое, не поддающееся даже описанию, от которого я решил попытаться уклониться, но заклинание все равно задело меня краем шипа, чтобы лопнуть как мыльный пузырь. Так, больше рисковать нельзя, непонятно сколько выдержит защитный артефакт, который состряпали Нордэшан и Старбоэль, используя нестандартную эльфийскую магию и чешую золотого дракона, чтобы защитить от шального заклинания. На темную магию, он, конечно, не распространялся, но от стандартных файерболов защитить был должен, что я и проверил на себе лично. Я очень рисковал, но хоть какое-то преимущество хотя бы в моральном плане я должен был себе обеспечить. Правда, дракониха предупредила, что у артефакта имеется заряд прочности, сколько не известно, потому что раньше такими щедрыми дарами она не разбрасывалась, а из золотых драконов она осталась только одна. — Карточный долг он священный, знаешь ли. Если ты не помнишь, то проиграл мне дважды, хотя с упорством считал, что справишься. Услуга на услугу, помнишь? И ты не справился даже с карточным покером, чтобы обыграть обычного смертного, какая ирония.
— Ты болен, — он внимательно меня разглядывал, словно пытался понять, что защищает меня от его трах-тибидохных заклинаний. — Я могу тебя вылечить.