Дариар. Статус-кво (СИ)

— А где все остальные? Если это безопасное место, почему тут нет Иельны и Дока? И почему с вами нет Айзека? — слишком много вопросов, очень много, и на них я еще не получил ответов. — Вообще, сейчас день или ночь? Сколько сейчас времени, хотя бы скажите?
— Сейчас ночь, точнее два часа ночи, — ответил на самый легкий вопрос Элойд и выдохнул. Понимаю, сейчас нужно отвечать на сложные, а он не знает как.
— То есть Дрисколл сейчас уже полноправный герцог Сомерсет? — я разглядывал свои ладони, думая о том, зачем я собственно так надсажался?
— Не совсем, — уклончиво ответил Морган и замолчал.
— Так, — я поднял голову, чувствуя, что еще немного, и начну звереть. — Вы будете рассказывать все от и до, не опуская всех самых смачных подробностей, или мне привязать вас к дыбе и поочередно выбивать информацию пока у меня в голове не сложится вменяемая картинка вашего чудесного спасения, которая будет сочетаться с появлением эльфа в доме Эриксона и почему, Доргон вас все раздери, Дрисколл все еще не герцог? — зарычал я, от злости даже перестав чувствовать боль в ногах, и вскочил с места, роняя стул. — Вы себе представить не можете, как мне осточертели ваши вечные недомолвки и недосказанности, и, кажется, забыли, что я могу просто вам приказать. И что вы, не сможете игнорировать мой приказ, потому что магические клятвы, Лорен, сами собой не рвутся. Для этого специальные ритуалы нужны, — он вскинулся было, но обмяк и поежился, словно ему на мгновение стало холодно. — И если я этого не делаю, то это совсем не значит, что я не могу сделать. А теперь соберите мозги в кучу и ответьте сами себе, кому от того, что я начну раздавать приказы станет легче?
— Айзек на попечении Льюиса и Иельны в центре Атраирсета. Это место полностью безопасно и скрыто от глаз не только людей, но и могущественных магов столицы. Сейчас весь эльфийский народ находится там, чтобы спастись от разрушений, которые несут в эльфийский лес люди, — Старбоэль начал говорить первым. Я несколько секунд сверлил его взглядом, потом, немного успокоившись, поднял стул и сел, внимательно слушая, что мне расскажет эльф, хотя бы со своей точки зрения. — Мое положение в Совете, давало определенные преимущества для моего народа, и когда было принято единогласное решение вопреки законам Дариара, проголосовав двенадцатью, вторгнуться в леса Дальмиры и закончить войну, которую не закончили их предки, я был готов принять определенные меры. Члены Совета подумали, что раз пришел срок и заклятье спало, то мы сами готовимся к войне и нападем на столицу в самое ближайшее время, как когда-то сделали наши предки. И чтобы этого не допустить, они решили начать действовать на упреждение, как они это охарактеризовали, ставя вопрос на голосование. Двух дней хватило, чтобы собрать всех эльфов, рассеянных по лесам, в одном месте и уберечь их от тотального геноцида. Я, как вы поняли, герцог, входил в группу так называемой зачистки. В Лиадре я не могу находится под личиной, из-за этих натыканных на каждом углу артефактов, поэтому в настоящий момент я записан героически погибшим, но выполнившим героически свое предназначение магом. Это конечно не входило ни в мои планы, ни в планы Карниэля, но мне пришлось тянуть время, чтобы решить, как вытащить ваших друзей. А самое главное, нужно было придумать, как вытащить вас, желательно живым и в здравом уме, потому что, когда работает маг разума, тот в чьем разуме он копается, может в конечном счете остаться неразумным, пускающим пузыри идиотом. Разум слишком тонкая вещь, чтобы туда безнаказанно запускали руки разные недоучки, — и он бросил презрительный взгляд на Эриксона.
— Понятно, что ничего не понятно, — я потер подбородок, надо же щетина выросла. Я так пока и не привык к своему слишком быстро повзрослевшему телу. — И что значит, «Айзек находится на попечении Льюиса»? Зачем Айзеку целитель? Он ранен?
— Ну, ему немножко досталось, — осторожно ответил Морган. — Как немножко: он получил сильные ожоги, очень сильные, но эльфы в один голос с Льюисом заявили, что прогноз относительно благоприятный, и он выкарабкается, и даже его морда практически не изменится, и женщинам он все еще будет нравиться.
 
— Стоп. — Я схватился за голову, которая снова начала болеть. Складывалось ощущение, что они просто надо мной издеваются. Или все-таки что-то не хотят мне поведать, ведь, если они начнут рассказывать внятно и подробно, то необходимо будет выложить все. Это как потянуть за ниточку, которая распустит в итоге весь клубок. — Ты, — я указал пальцем на Лорена, — как самый главный член нашего турпохода, рассказывай. У тебя это всегда неплохо получалось. Только без этих виртуозных па в обход конкретной сюжетной линии, а про погоду за окном и другие отвлеченные темы мы, пожалуй, поговорим в следующий раз. И да, тут есть какая-никакая одежда? — я поежился под своим одеялом, меня снова начало знобить.
— В дальнем шкафу есть одежда на все случаи жизни для Магистра и его ближайшего окружения, — тряхнув головой, словно отгоняя какое-то наваждение, наконец, произнес Лорен, как мне показалось с большим трудом сконцентрировавшись на мне и на том, что я его спрашивал.
Кивнув, я встал и побрел в указанном направлении, еле волоча ноги, которые снова налились свинцом, чтобы посмотреть на этот таинственный склад вещей на все случаи жизни, потому что ничего кроме оружия и каких-то книг я вроде не заметил. Всего шкафов, расставленных возле стен, было два. Открыв первый, я принялся разглядывать всевозможное оружие, которое аккуратно занимало определенным образом подобранные места. При этом как оказалось через прозрачную дверь была видна лишь часть склада, представленная таким разнообразием колюще-режущих штуковин, что мне даже на мгновение плохо сделалось. Чего тут только не было: и маленькие метательные ножи и не только ножи, но и различные металлические метательные приспособления в виде звезд. «Ух ты, сюрикены», — пронеслось в голове, но я не стал обращать на этот голос внимания, он проявлялся редко и еще реже приносил ощутимую пользу, просто вставляя какие-то непонятные мне выражения. Поэтому, отмахнувшись от своего внутреннего голоса, я продолжил изучать разнообразное оружие. Самой большой была коллекция мечей: от мелкой чинкуэды до огромного двуручного цвайхандера, чье волнообразное хищное лезвие притягивало взгляд, заставляя замереть от восхищения. Отдельно от всего этого великолепия висела самая настоящая сабля. Об этом виде холодного оружия не вспоминали уже очень давно, но я прекрасно знал, что это такое. Хотя зачем убийцам сабля? Это очень интересный вопрос, на самом деле. Дальше мой взгляд упал на боевые молоты. Тут были и маленькие молотки, предназначение которых я, если честно, с трудом себе представлял, и даже присутствовал вполне внушительный молот-артефакт, который стоял на специальной подставке и светился не слишком ярким синеватым светом. На всевозможных клевцах и других приспособлений для втыкания их в плоть врага, я даже не стал заострять внимание, а вот коллекция разнообразный пистолей меня удивила даже больше, нежели артефакт в виде молота. Пришлось помотать головой, чтобы уже привести мысли в порядок и оторваться от созерцания всего этого богатства. А вот оружие мне может пригодиться, меня наконец-то посетила вполне разумная мысль и я подобрал себе вполне удобный короткий одноручный меч в удобных ножнах и кинжал, чтобы иметь хотя бы видимость защиты, хотя меня терзали смутные сомнения, что этим выбранным оружием я при неблагоприятных обстоятельствах способен сам зарезаться. Но все равно, я буду чувствовать себя уверенней, ощущая на поясе вес оружия к которому я, как оказалось, уже привык.
Закрыв первый шкаф, я уже довольно спокойно открыл второй, в котором не видел ничего, что хоть отдаленно напоминал одежду. Когда же кажущаяся прозрачной дверца открылась, я почувствовал, что у меня челюсть падает на пол. Чтобы убедиться в своей догадке, я заглянул на дверь шкафа с той стороны, которая смотрела в зал в то время, когда шкаф был закрыт. Так и есть, дверь была не прозрачной, а просто выглядела так, а книги были или нарисованы, или как-то еще изображены, создавая видимость заполнения полок именно ими. На самом же деле шкаф оказался забит всевозможными костюмами, носками и нижним бельем. Так же в нем находились самые разнообразные платья разных фасонов и размеров для различных слоев населения: и для высокородной пэри, и для проститутки, которая ненадолго выпорхнула прогуляться из моего родного борделя. В нечто подобное я когда-то умудрился замотать Лорена и Льюиса, главное Лорену об этом не напоминать, потому что он очень близко к сердцу то переодевание принял. Отдельное место занимал облегченный доспех, среднего размера.