Повелительница тьмы в офисе
Несмотря на длинный и новый путь, в офис я приехала без опозданий. Села на свое законное место, с которого не намеревалась никуда переезжать. Хренушки тебе, кофейный автомат. Буду стоять до последнего! То есть сидеть. Это довольно легко, когда уже мысленно уволился. За аренду мне теперь платить не надо, могу не торопясь искать другую работу. Главное, чтобы меня не уволили до того, как напишу заявление… А то обидно будет.
– Хорошее было свидание, – насмешливо отметила из другого угла Диана, – раз ты сегодня в том же, в чем вчера ушла.
Язва! Между прочим, ее место подходит для кофейного автомата не меньше, чем мое. Но свою подружку Алиса пересаживать, конечно, не хочет.
Отвечать на выпад я не стала. Пусть и дальше завидует моей несуществующей личной жизни! С мужчинами-то у меня не ладится… Дальше нескольких свиданий дело не заходит. Ну всё не то и не те. Год за годом без перемен. Не могу сказать, что я безумно верила в любовь и ее ждала, но заводить отношения только ради того, чтобы они были, не стремилась. Всему свое время. К счастью, родители перестали пилить, что пора выходить замуж. Внуками их мой братец обеспечил за нас обоих!
Спокойно потрудиться удалось пять минут. Явилась Алиса – в эффектном платье, опасно балансирующем на грани дозволенного. Будь вырез немного глубже, а юбка короче, получился бы стопроцентный наряд для вечеринки. Она похлопала в ладоши, привлекая внимание, и объявила:
– Встреча с новым директором состоится чуть позже, он задерживается.
Угу. Задерживается. Опаздывают-то только обычные работники.
– Так… – Алиса деловито прошла мне за спину и поинтересовалась: – Ты почему еще не переехала к лестнице?
– Потому что, – выпалила я, разворачиваясь к ней на офисном кресле, – я остаюсь тут.
– Это несерьезный разговор, Валентинова.
– Разговора не будет. У меня полно работы.
Ух, как хорошо я это сказала! Как отрезала. Света поперхнулась, привстав из-за своего монитора. Никита удивленно приоткрыл рот и даже мышкой щелкать перестал.
– Поработаешь, – прошипела Алиса, нависая надо мной, – на новом месте, когда пересядешь.
Весь офис воззрился на нас неотрывно, побросав дела и затаив дыхание. Толпа жаждет крови и зрелищ! Что ж… Я выпрямилась и бросила в ее чрезмерно загорелое лицо:
– Только через труп.
– Глупо, – искривила она накрашенные розовым блеском губы, – умирать из-за какого-то места в углу.
– Твой труп, – уточнила я.
Ее лицо изумленно вытянулось, и мне на мгновение показалось: переборщила…
– Я поняла, – елейно пропела Алиса, – тебе нужна помощь.
И вцепилась в подлокотники моего кресла, потянув прочь от родного стола. Офигела? Я уперлась ногами в пол, но она ловко меня развернула и пихнула вместе с креслом за шкаф-перегородку. От неожиданности я зачем-то оттолкнулась и поехала. В направлении коридора! Двойное ускорение, волосы назад. А-а-а!.. Между столов коллег возникла рослая фигура. Резко, внезапно, перегородив мне путь. Бабах! Светин испуганный вскрик, аварийное столкновение. Закрутило, перевернуло и уронило… Оказалась плашмя на ком-то мягком, сверху упало чертово кресло. Под его тяжестью я приподнялась на локтях, с опозданием осознав, кто внизу. Ой. А живьем Виктор Варнавский выглядит не так, как на фото. На фото у него не было настолько выразительных и округленных глаз…
Глава 3
Наверное, первым делом мне следовало бы встать. Или вскочить, как ошпаренной, немедленно. Но я впала в такой глубокий ступор, что просто не могла пошевелиться. Лежала на новом управляющем директоре посреди коридора у всего офиса на виду и хлопала ресницами. Впрочем, было неплохо – удобно. Если не считать впившуюся в поясницу спинку кресла… Виктор недоуменно хмурил высокий лоб, глядя на меня более чем задумчиво. Пристально и изучающе, насколько ему позволял ракурс. Дело дрянь. Кажется, пытается получше запомнить виновницу «аварии».
Секунда, другая, третья. Видимо, он начал догадываться, что я прилегла на нем надолго, и перехватил инициативу. Крепкие руки взяли меня за плечи, осторожно надавливая. Кресло сползло и откатилось в сторону, я завалилась набок. Одна ладонь осталась на моем плече, другая переместилась на талию. Рывок, и Виктор поднялся, помогая и мне встать на твердый пол рядом с ним.
Подскочила Алиса, торопливо вернула креслу вертикальное положение. Я оторвалась от продолжающих сверлить меня директорских глаз и наконец заметила: вокруг толпа… Наша команда, соседние, уборщица наперевес со шваброй! Ощущение, будто весь этаж сбежался. Или так и есть?
Отпустив меня, Виктор отряхнул свой шикарный деловой костюм – чуть помятый, но по-прежнему идеально сидящий на его спортивной фигуре. Взгляда при этом от моей скромной персоны не оторвал. Я внутренне сжалась, ожидая по меньшей мере выговора.
– Вы не ушиблись? – спросил он обеспокоенно.
– Нет. – Я мотнула головой и добавила с благодарностью: – Мне кажется, вы замечательно смягчили удар.
– Это точно, – усмехнулся Виктор, потирая бок, в который я, очевидно, и въехала. – Вам повезло. Врезаться в стену больнее.
– Извините, ради бога! – вклинилась Алиса. В общем-то, правильно извиняется. Это ведь всё из-за нее. – Эльвира прямо сейчас объяснит свое неподобающее поведение.
Стерва… Сказать, что это она меня толкнула? Но это не совсем правда, да и прозвучит как-то жалко.
– У нас такое экстремальное корпоративное мероприятие, – неожиданно нашлась я, – для поднятия боевого духа. Гонки на офисных креслах.
Еще один плюс принятого решения об уходе из компании – можно нести любую чушь… Хорошо, что не существует увольнения сотрудника по статье за неадекватность. Не существует же, да?..
Алиса сжала губы в тонкую полоску, толпа возбужденно зашепталась, никак не опровергая мои слова. Вывод? Все любят бесплатный цирк!
– Вот как… – Виктор покивал, будто поверил. Но чтобы поверила я, ему стоило кивать менее издевательски. – А почему вы участвовали в гонках одна? Неужели конкуренты срезались на старте? Или в чем смысл заезда?
– Сшибать тех, кто не нравится, – выдала я, зло косясь на Алису, и тут же осеклась: – То есть не вас, конечно. Это случайно вышло.
– Выходит, я вам нравлюсь? – Усмешка на его губах стала выразительнее.
– Не могу сказать, – пожала я плечами, на которых все еще чувствовался теплый след от его пальцев. – Мы с вами не были знакомы лично.
– Верно, с этой целью я и назначил встречу. – Он одернул пиджак и невозмутимо обратился к толпе самым что ни на есть начальственным тоном: – Прошу команду сайта пройти в переговорную комнату, остальные могут возвращаться к работе.
«Могут» сказал так, что ни у кого не возникло сомнений в том, что прочие варианты отсутствуют. Ни следа от былой шутливости в нем не осталось. Народ послушно потянулся на рабочие места, наши – в переговорку вслед за Виктором, а я зачем-то села на свое стоящее посреди коридора кресло. По-моему, мне уже нет смысла никуда идти… Разве что в отдел кадров. С написанным заявлением.
Я попыталась грустно откинуться на спинку кресла, но за нее ухватились Светины шаловливые ручки и хорошенько дернули с явным намерением вытряхнуть меня на пол. Ничего у моей дорогой коллеги не вышло. Ух, как я в подлокотники вцепилась! Фиг оторвешь. Только вместе с ними, а это, между прочим, порча корпоративного имущества получится.
– Нет уж, нет уж, и не надейся тут отсидеться, – азартно заявила Света, – после того, что устроила. Пойдешь на встречу как миленькая.
– Не пойду, – я поджала ноги, демонстрируя полнейшую решительность в данном вопросе, – ни за что.
– Значит, поедешь, – упрямо сказала она и, подталкивая кресло, покатила меня вперед по коридору. – До переговорки довезу, не поленюсь, честное слово.
– Вези в отдел кадров…
– Не борзей, они на третьем этаже! Я тебя с нашего десятого не дотолкаю: и лень, и мотивация нулевая.
– Можешь скинуть, – милостиво разрешила я, – в окно.