Остров ведьм

Ивен судорожно стиснул стакан.
– Этого не может быть.
– На приеме она отвела меня в сторону и затараторила. Сказала, что сначала приняла ее за призрак. Но сходство было просто поразительным, и она решила, что это двойник. Спрашивала, нет ли у Элен сестры. Я сказала, что нет. Лично я думаю, что она встретила стройную блондинку того же возраста, что и Элен, и дала волю фантазии. Это вполне в ее духе. Я бы не хотела, чтобы какой-то дурацкий слух причинил тебе боль.
– Эта женщина – идиотка.
– Да нет. Просто у нее слишком развитое воображение, – ответила Барбара. – Ну а сейчас, когда мы с этим покончили, скажи мне, сколько человек ты собираешься пригласить.
– Человек двести – двести пятьдесят, – рассеянно ответил Ивен. – И где же Памела видела этот призрак?
– На каком-то острове у Восточного побережья. Названия и не запомнила, потому что изо всех сил пыталась сменить тему. Что-то про сестер… Торжественный или непринужденный?
– Что?
– Прием, милый. Торжественный или непринужденный?
– Торжественный, – пробормотал Ивен и отключился. Голос сестры жужжал у него в ушах, как гудение пчелы.
Домик Лулу, двухэтажный с фасада и одноэтажный с тыла (на острове их называли «солонками»), стоял в двух кварталах от Хай-стрит. Он сильно отличался от консервативных соседних домов с кроваво-красными крылечками и ставнями. На ее крыльце стоял диван-качалка, расписанный пятнами и полосами всех цветов радуги; этот безумный узор мог соперничать с холстами знаменитого абстракциониста Джексона Поллока.
На узком газоне разместился огромный пурпурный шар. В его тени сидела на корточках химера, показывавшая прохожим язык.
Конек крыши украшал зеленый крылатый дракон, игравший роль флюгера; рядом с ним вился на ветру полосатый вымпел. На короткой подъездной аллее стояли почтенный седан практичного черного цвета и оранжевый «Дей-Гло» образца 1971 года.
На его зеркале заднего вида висели бусы примерно той же эпохи.
Следуя полученным указаниям, Нелл припарковалась у соседнего дома и понесла заказ к черному ходу. Лулу распахнула дверь еще до того, как Нелл успела постучать.
– Скорее! – Она схватила Нелл за локоть и втащила в дом. – Я отправила всех на прогулку. Они вернутся через двадцать минут. Если повезет, то задержатся. Сил с самого рождения была у меня бельмом на глазу.
– Это же твоя сестра.
– Так говорят родители, но у меня есть большие сомнения. – Как только Нелл поставила коробку на круглый стол, Лулу сунула туда нос. – Мысль о том, что я состою с этой напыщенной, ограниченной, злобной маленькой грубиянкой в кровном родстве, доводит меня до белого каления. Я старше ее всего на восемнадцать месяцев, так что в шестидесятых мы практически были на равных. Но, в отличие от меня, Сил помнит это время, что говорит само за себя.
– Угу… – Нелл попыталась представить себе Лулу бродягой-хиппи, исповедующей свободную любовь, и поняла, что это не так уж трудно. Для семейного обеда Лулу надела бесформенный свитер, красноречиво заявлявший, что она не желает иметь ничего общего с женским полом и на том стоит.
«Хорошо, что предупредила», – подумала Нелл.
– Гм-м… И все же очень хорошо, что вы регулярно встречаетесь.
– Черт побери, она приезжает сюда каждый год распускать передо мной хвост. Согласно евангелию от Сильвии, если у женщины нет мужа и детей, если она не является членом какого-нибудь вшивого благотворительного комитета и не умеет быстро состряпать какой-нибудь шедевр кулинарного искусства из консервной банки, то она не женщина.
– Ну, тогда мы быстро утрем ей нос. – Нелл сунула мясо в духовку и включила ее. – Свинина в собственном соку, так что просто вынешь ее и положишь на блюдо. Сначала подашь осенний салат. А когда станешь вынимать пирог с сыром и тыквой, велишь им выйти из комнаты.
– То-то она вытаращит глаза… – Лулу быстро налила себе бокал красного вина, купленного специально для этого случая. – А муж у меня был!
Эти слова прозвучали так злобно, что Нелл повернулась и уставилась на Лулу во все глаза. – Да?
 
– Не знаю, что заставило меня вступить в законный брак. Я не была влюблена в него. Просто какое-то затмение нашло. Наверное, хотела что-то доказать и себе, и другим. Ничего хорошего в этом человеке не было. Смазливый, но совершенно никчемный. Считал, что семья – это место, куда можно возвращаться после очередной интрижки.
– Извини…
– Не за что. Учись на моем примере. Я выгнала его в восемьдесят пятом. И вспоминаю об этом лишь тогда, когда Сил приезжает и начинает хвастаться своим мужем, каким-то мелким клерком, детьми, сопливыми подростками в кроссовках за двести долларов, и домиком в пригороде, который составляет радость всей ее жизни. Я бы не согласилась жить там даже под страхом смертной казни.
Интересно, что развязало ей язык – вино или обида на Сил?
– Так вы с сестрой росли не здесь?
– Нет, черт побери. Мы обе родились в Балтиморе. Но в семнадцать лет я ушла из дома и примкнула к хиппи. Какое-то время жила в коммуне в Колорадо, путешествовала, накапливала опыт. Когда я приехала сюда, мне не было и двадцати. Я живу здесь уже тридцать два года. О боже…
Эта мысль заставила ее вновь наполнить бокал.
– Сначала я работала у бабушки Майи на подхвате, а когда родилась Майя, ее мать наняла меня в няньки.
Карли Девлин – женщина неплохая, но факт остается фактом: растить своего ребенка ей было неинтересно.
– Так вот оно что… А я и не знала.
«Ничего удивительного, что она так защищает Майю», – подумала Нелл.
– Что бы ни думала твоя сестра, а дочь у тебя все-таки есть. Хоть и не родная.
– Верно, черт побери, – Лулу слегка кивнула и отставила бокал. – Занимайся своим делом. Я сейчас вернусь. – Она пошла к двери, но на пороге обернулась. – Если эта зануда придет до моего возвращения, скажешь ей, что работаешь в книжном магазине и пришла ко мне по делу.
– Не волнуйся. – Посмотрев на таймер, Нелл вынула блюдо из духовки, сунула в холодильник салат и заправку и обложила кусок мяса мелкими картофелинами и зелеными бобами.
Заглянув в столовую, она увидела, что стол еще не накрыт, и стала искать тарелки и салфетки.
– Первая часть твоего гонорара, – объявила Лулу, вернувшись с мятым фирменным пакетом.
– Спасибо… Послушай, я не знаю, какую посуду ты хотела поставить на стол, но думаю, что эта подойдет. Простенько и непринужденно. Как раз для семейного праздника.
– А ничего другого у меня и нет.
Лулу дождалась, когда Нелл заглянула в пакет, и довольно улыбнулась, услышав радостный вздох:
– Ох, Лу!
Там лежал свитер с воротником «хомут», который можно носить с чем угодно. Но цвет у свитера был необычный – ярко-голубой, а ткань казалась мягкой, как пух.
– Ничего подобного я не ожидала. – Нелл быстро приложила к себе свитер и потерлась о него щекой. – Просто чудесно!
– Вся твоя одежда нейтральных тонов. – Довольная собой, Лулу подошла ближе, расправила свитер, пригладила его, потом немного отступила и полюбовалась результатом. – Они тебя убивают. А голубой, наоборот, подчеркивает прекрасный цвет лица. Я начала еще один – красивую длинную тунику, ярко-красную.
– Не знаю, как тебя благодарить. Ужасно хочется поскорее примерить и…
– Они возвращаются! – прошипела Лулу и подтолкнула Нелл к двери. – Уходи! Скорее!
– Не забудь заправить салат перед тем, как…
– Да, да! Все, счастливо!
Нелл едва успела схватить свитер, как Лулу захлопнула дверь перед ее носом.
– …подать на стол, – закончила фразу Нелл и, смеясь, пошла к машине.
Едва переступив порог коттеджа, она стащила с себя тренировочную куртку и влезла в великолепный свитер. Чтобы в полной мере насладиться зрелищем, она поставила перед зеркалом стул и встала на него.
Когда-то у нее были десятки свитеров – кашемировых, шелковых, из тончайшего хлопка и мягчайшей шерсти. Но ни один из них не доставлял ей большей радости, чем этот, связанный подругой.