Остров ведьм

– Какая грустная история… – У Нелл пересохло во рту, однако ее бокал оставался нетронутым.
– Это еще не все, но на сегодня достаточно. История трех сестер была грустной, и жизнь их закончилась траги-чески, но каждая оставила потомство. Ребенка, который родил второго ребенка, тот – третьего и так далее. Было предопределено, что настанет день, когда потомки всех трех сестер окажутся на острове одновременно. И каж дый из них должен будет найти способ исправить ошиб-ку, сделанную триста лет назад. Если этого не случится остров утонет в море. Канет, как Атлантида.
– Острова не тонут в море.
– Но три женщины создают острова тоже не так уж часто, – возразила Майя. – Если ты веришь в первое, то поверить во второе легче легкого.
– Ты в это веришь. – кивнула Нелл. – Значит, ты одна из наследниц?
– Да. И ты тоже.
– Я не наследница.
– Это говорит он, а не ты! – вспылила Майя. – Извини. – Она схватила Нелл за руку, не дав ей встать. – Я сказала, что не буду соваться в твои дела, и сдержу слово. Но, увы, твои слова приводят меня в бешенство. Я не могу их слышать. Если хочешь, можешь забыть обо всем на свете, но не забывай, кто ты и что ты. Ты умная женщина, у которой достаточно характера, чтобы жить самостоятельно. И обладающая магическим даром… умелой поварихи. Я тобой восхищаюсь.
– Зато я лишена дара слова. – Пытаясь прийти в себя, Нелл потянулась к бокалу. – Мне очень жаль…
– У тебя хватило смелости отправиться в путь, приехать в незнакомое место и обосноваться в нем.
– Смелость не имеет к этому никакого отношения.
– Ты ошибаешься. Он не сломал тебя.
– Сломал. – Глаза Нелл невольно наполнились слезами. – Я просто собрала куски и убежала.
– Собрала куски, убежала и сложила их заново. Разве этим нельзя гордиться?
– Я не могу объяснить, что это было.
– И не надо. Но в конце концов тебе придется признать свою силу Если ты этого не сделаешь, то никогда не узнаешь покоя.
– Я ищу всего-навсего нормальную жизнь.
– Ты не можешь забыть о собственных возможностях. – Майя протянула руку ладонью вверх и принялась ждать.
Не в силах сопротивляться искушению, Нелл положила ладонь на ладонь Майи. И тут же почувствовала жар, безболезненный ожог силы.
– Это таится в тебе. Я помогу тебе. Я буду тебя учить, – заявила Майя, когда Нелл как завороженная уставилась на мерцающий свет, вспыхнувший между их ладонями. – Когда ты будешь готова к этому.
Рипли обвела взглядом берег и не увидела ничего необычного. Чей-то карапуз закатил истерику, и воздух огласился воплем: «Нет! Нет! Нет!» Наверное, пропустил дневной сон.
Люди рассыпались по песчаному пляжу, отмечая свою территорию полотенцами, покрывалами, зонтиками, огромными хозяйственными сумками, сумками-морозильниками и портативными стереопроигрывателями. «По-другому они не могут, – думала Рипли. – Собираются на пляж с таким количеством вещей, будто летят в Европу».
Это не переставало ее удивлять. Каждый день пары и группы вытаскивали свои пожитки из снятых дач и гостиничных номеров и устраивали на берегу временные лежбища. А потом все собирали и тащили назад, добавив к этому изрядное количество песка.
Отпускные кочевники. Летние бедуины.
Рипли махнула на них рукой и направилась к поселку. При ней самой не было ничего, кроме формы, швейцарского армейского ножа и нескольких долларов. Жить так было намного проще.
Она свернула на Хай-стрит, собираясь потратить эти доллары на еду. Рипли была свободна от службы – настолько, насколько они с Заком могли быть от нее свободны, – и предвкушала кружку холодного пива и кусок горячей пиццы.
Увидев Нелл, с ошеломленным видом стоявшую у входа в гостиницу, она остановилась. Похоже, на ловца и зверь бежал.
– Привет, Нелл.
– Что? Ах, привет, Рипли.
– Ты что, потерялась? – Нет.
«Я знаю, где нахожусь, – подумала Нелл. – Но куда шла, абсолютно не помню».
– Просто немного задумалась, – поспешно добавила она.
– Трудный выдался день, да? Слушай, я собираюсь пообедать. Конечно, еще рановато, но у меня живот подвело. Не хочешь пиццу? Я угощаю.
 
– Ох… – Нелл продолжала моргать, как будто только что проснулась.
– Лучшую пиццу на острове готовят в «Серфсайде». Правда, другой пиццерии здесь нет. Как идут дела в кафе?
– Хорошо. – Оставалось только подчиниться. Нелл ничего не соображала и могла поклясться, что у нее все еще покалывает пальцы. – Мне нравится там работать.
– Ты добавила этому кафе пару звездочек, – промолвила Рипли, наклонила голову и посмотрела на книгу, которую несла Нелл. – Читаешь про наш местный культ вуду?
– Вуду? – Нелл нервно хихикнула и сунула книгу под мышку. – Ну уж если я живу на острове, то хотелось бы знать… что тут происходит.
– Конечно. – Рипли открыла дверь пиццерии. – Туристы обожают всю эту мистическую муть. Когда мы отмечаем день летнего солнцестояния, тут яблоку упасть негде от сторонников движения «Новый век»… Привет, Барт!
Рипли помахала рукой мужчине за стойкой и быстро заняла свободную кабину.
Хотя час был не поздний, пиццерия отнюдь не пустовала. Музыка гремела во всю мочь, а из ниши, где стояли игровые автоматы, доносились шум и вспышки света.
– Тут командуют Барт и его жена Терри. – Рипли положила ноги на скамью. – У них есть кальцони, паста и ядда-ядда, – сказала она, сунув Нелл меню, запаянное в пластик. – Но по-настоящему хороша здесь только пицца. Ты как, за?
– Конечно.
– Вот и отлично. Есть такая пицца, которую ты не любишь?
Нелл уставилась в меню. Черт побери, неужели она действительно потеряла способность связно мыслить? – Нет.
– Еще лучше. Тогда возьмем большую пиццу с начинкой. А то, что останется, я отнесу Заку. Он слопает даже лук, да еще спасибо скажет.
Рипли поднялась.
– Пиво будешь?
– Нет. Нет, спасибо. Только воду.
– Будет сделано.
Рипли, считавшая, что ждать официантку нет смысла, подошла к стойке и сделала заказ. Нелл смотрела, как она шутила с высоким и худым мужчиной за стойкой, как прицепляла темные очки к воротнику рубашки, как протягивала за напитками поразительно загорелые руки и как подпрыгивали ее темные волосы, когда она возвращалась в кабину.
Звуки голосов ослабевали, как эхо во сне, пока не превратились в сплошной белый шум, напоминавший шум прибоя. Когда Рипли снова села напротив, Нелл увидела, что у нее шевелятся губы, но не услышала ничего. Ни одного слова.
Тут хлопнула дверь, и наваждение исчезло.
– …и так до самого Дня труда [2], – закончила Рипли и потянулась за своим пивом.
– Ты третья. – Нелл сжала пальцы, которые продолжало покалывать.
– Что?
– Третья. Ты – третья сестра.
Рипли открыла рот, затем поспешно закрыла его и сжала губы в ниточку.
– Ну, Майя… – проскрежетала она и одним глотком выпила половину кружки. – Лучше не начинай этот разговор.
– Я не понимаю.
– А тут и понимать нечего. Просто молчи, и все. – Она со стуком поставила кружку на стол и наклонилась вперед. – Конечно, Майя может думать что угодно, верить во что угодно и даже делать что угодно, пока это не нарушает закон. Но я на ее крючок попадаться не собираюсь. Если хочешь клюнуть – клюй, пожалуйста. Это твое дело. А я пришла сюда, чтобы выпить пива и съесть пиццу.
– Я сама не знаю, на что клюю. Тебя это злит, а меня сбивает с толку.
– Послушай, ты казалась мне разумной женщиной. Но разумные женщины не бегают по поселку и не заявляют, что они являются потомками ведьм, оторвавших этот остров от материка.
– Да, но…
– Никаких «но». Есть действительность, а есть фантазии. Будем придерживаться действительности, потому что все остальное отвлечет меня от пиццы… Так куда ты отправишься с моим братом?
– Отправлюсь… – окончательно одуревшая Нелл провела рукой по волосам. – Ты не могла бы повторить вопрос?