Письма в пустоту (СИ)
— Он не обречен, я спасу…
— Диего, ты не бог!
— А я и не соперничаю с ним, я лишь жалкая букашка, которая пытается защитить то, что ей дорого. Я виноват перед Алем, — Диего нахмурился, — Я искуплю свою вину!
— Ах, Диего, Диего, — начал нараспев Рауль, — Ничего хорошего из твоей затеи не выйдет. Уж поверь…
— Посмотрим, учитель. Но я не могу по-другому, я хочу быть рядом с Альентесом! — молодой брат ударил себя в грудь кулаком, демонстрируя всю решительность горячей юношеской крови.
— Ладно, трактору я не противник, — Рауль поднял руки вверх, — Сдаюсь! Обещаю поговорить с Лигой Старейшин о твоем дальнейшем участии в задании.
— Спасибо, Учитель! — Диего учтиво поклонился, при этом унимая дрожь радости, прокатившуюся по всему телу.
— Пустяки… Главное, чтоб ты потом на меня не злился, если все выйдет худо. А так и будет!
— Рауль, я…
— Да ну тебя! — Рауль картинно скривился, — Ты о Данте подумал? Как он отреагирует?
— А что Данте? — Диего даже как-то растерялся.
— Вообще-то, если ты не забыл, он твой названный брат. Он огорчится, и вы точно поссоритесь! Думаешь, я вас просто так вместе растил, как же…!
— На его месте должен был быть Альентес.
— Пути неисповедимы, я пытался… Но, ладно, ты все и сам знаешь. Однако Данте расстроится, он ведь любит тебя как родного брата.
— Он должен понять…
— Нет, твой побег выглядит, как предательство вашей с Данте дружбы. И как ему объяснять? — Рауль задумчиво постучал пальцем по кончику носа, — Он ведь тоже непослушный мальчишка с несносным характером…
— Моим единственным другом был Аль, — с силой проговорил Диего, — Данте никогда бы не смог его заменить.
— Эх, плохой из меня воспитатель, — заключил Рауль.
— Я… — проговорил Диего, — Я никогда не позволю Альентесу превратиться в Слепого Скитальца и также без вести исчезнуть!
— Хм? — Рауль с интересом приподнял бровь и долго не спускал с воспитанника взгляда.
— Аль мне напомнил Скитальца, — то же одиночество в каждом штрихе его образа. Вот почему мне так больно…
— Его звали Пабло.
— Кого?
— Того, кого вы так упорно называете Слепым Скитальцем.
— Так ты знал его? — изумился Диего.
Рауль отвернулся. Его взгляд блуждал по горизонту, рождая на синем дне глаз печальный огонек ностальгии.
— Конечно, он же был живым человеком, а не призраком. Мы выросли вместе, — после паузы, наконец, отозвался Рауль, — Он был неплохим товарищем. Я хочу заставить себя верить, что Пабло не умер, а бежал, и сейчас где-нибудь живет, радуясь тихим прелестям быта простого человека. Ладно… — наставник горько усмехнулся и потер лоб, как бы сгоняя с себя невеселые воспоминания, — Я подумаю, чем можно тебе помочь!
КАМНИ ВОПИЮТ
Пробраться в здание компании «Эконет» было несложно. Любые постройки в центре города, особенно если речь идет о старых домах, таят в себе массу лазеек и ходов, которые даже самая лучшая служба безопасности не в состоянии полностью контролировать.
Так вот, туристическая компания «Курортное приключение» базировалась как раз в таком доме. Официально она занималась туристическими перевозками в юго-восточном направлении, по факту же владелец компании Юрий Соломонович Штольц активно сотрудничал с террористами и перманентно поставлял им оружие, используя свою фирму как прикрытие. Седовласый бородач в аккуратных очках, так задорно смотрящий на меня с фото из личного дела и стал моей сегодняшней мишенью. Он был опасен, один из ферзей Акведука очень мешал ордену. Но, если бы Учитель Игнасио не приказал мне уничтожить Штольца, меня бы здесь не было.
Как-то я слишком сухо начал свое письмо, Диего.
Ну не обращай на меня внимания, ты должен был уже привыкнуть за столько лет. Моя экспрессия немного поражает, но все же будь снисходительным и не забывай, что я пишу в мыслях, а они не бумага, они имеют тенденцию сбиваться.
Так уж вышло.
Я научился думать письмами, все мое мышление — нескончаемое сочинение тебе, Диего.
А пока я пишу ментальное послание, я успеваю двигаться к цели. Я пролез по крыше и попал в здание через чердак. Реновацио застрял в узком коридоре старой постройки, пришлось немного пошуметь.
Как думаешь, Диего, мои враги заметили?
Полагаю, что нет.
Я дошел до конца коридора, впереди крутилась спираль винтовой лестницы. Металл ступенек обещал создать ненужный шум. Закусив губу, я прыгнул вниз, минуя пролет за пролетом. Почти у самого пола, я схватился за парапет и, сбивая скорость, спрыгнул на мраморный пол враждебного здания.
Диего, погоди минутку, я слышу голоса и мне, видимо, в срочном порядке придется разбираться с их обладателями.
— Эй! Смотри, это роза!!! — заорал один охранник, указывая на меня.
— Держи его! — отозвался криком его спутник.
Ну, вот, и первая стычка!
Розами нас называют сокращенно от розенкрейцеров. Должно быть, у адептов Акведука страсть к упрощению. Хотя, согласен, в экстремальных ситуациях куда проще кричать «роза!» нежели тщательно выговаривать помпезное «розенкрейцер!».
Охранники выхватили свои пистолеты, кажется, ТТ. В России вообще живут одни патриоты, уж очень здесь любят отечественного производителя, но мне вот больше нравится Берета, куда эстетичнее. Хотя не могу не признать, в огнестрельном оружии я полный профан.
Расчехляю Реновацио, он уже скучает по зною боя.
Мне эти простачки в камуфляже не соперники, это понятно… У них класс ниже, да и глупо это, сражаться с трясущимися от страха людьми. Тот, кто боится смерти никогда не победит.
Укладываю обоих. Реновацио сегодня в ударе, он разит без сострадания, разбрызгивая кровь по белизне мрамора.
Ну, вот, изгадил чужой дом. Как нехорошо.
Диего, это только начало, погоди чуть-чуть. Мы с Реновацио работаем, а потом, я сразу вернусь к тебе. Как ты думаешь, это ведь нормально, что я веду с тобой постоянный диалог?
Или я немного свихнулся?
Ну, да ладно. Мое психологическое состояние не столь сейчас важно.
Беспрепятственно отключаю камеры слежения, за пультом наблюдения никого нет… Уже. Хах.
Теперь у меня будет пять минут, прежде чем поднимут тревогу. Надеюсь, Акведук не приготовили нам подарок на подобии вчерашнего. Ладно, не проблема.
Врываюсь в приемную.
Главное, внезапность. Человеческий мозг соображает две первые секунды после нападения, лихорадочно стремясь рационализировать происходящее. Люди наивны, они никогда не верят в смерть. Так вот, внезапность дает преимущество в две секунды, за которые можно нанести решающий удар. Поэтому я предпочитаю ураганные атаки. Ведь как бы я отлично не владел Реновацио, против огнестрелки в руках Акведука мой класс проигрывает. Но хорошо, что пули не самое излюбленное оружие врага.
Итак, приемная…
Белые стены, золотые рамы и оправа мебели, ковры, дубовая стойка для секретаря. Секретарь, очкастая девушка в зеленой блузке.
Она не причем. Она так молода…
Но на зеленом фоне красные пятна смотрятся гармонично. Я убил ее быстро. Без боли. Хотя я склонен обходиться без ненужных жертв, у меня нет указаний оставлять свидетелей. Ненавижу кровь, но раз Учитель считает необходимым уничтожать лишние глаза, я повинуюсь его желанию, как верный слуга. Все же жаль девушку…
Выбиваю дверь кабинета.
Троица.
Два бойца Акведука и сам Штольц.
Неожиданно. Плохо.
Но времени на раздумья у меня нет. Одному парню из вражеской организации сразу сношу голову. Он не успел подготовиться к удару. Что ж за ошибки надо платить.
Второй, рыжий с веснушками мужчина получает фору. Он готов меня уничтожить. В его руках блестит катар, значит, ему необходимо подобраться ко мне ближе, иначе клинку никак не достать моего тела. У меня явное преимущество длинной в Реновацио.
С помощью Реновацио отталкиваюсь от земли и перепрыгиваю стол. Моя жертва прячется за спиной у веснушчатого мужчины. Сначала надо убить его.