Адмирал Империи 27 (СИ)
Не знаю, может я напридумывал все это, и накручиваю себя сейчас. Ведь если по честному, так это я первым начал заварушку в конференц-зале, когда рассматривалось мое дело. Ладно, разберемся позже. В любом случае я точно не собираюсь здесь подыхать и сделаю все возможное, чтобы выжить и вернуться. Должником оставаться не хотелось, так что ребята ждите, я скоро буду и всем воздам по заслугам.
Ха-ха-ха, а государю-императору тоже будешь долги возвращать? Ведь, если так прикинуть, то без него и без его отмашки ничего бы этого не было. Это наш незабвенный Константин Александрович все затеял, а эти сошки, которых я упомянул, всего лишь послушные исполнители царской воли. Мда, как-то я папашу Таси и позабыл совсем. Как я его-то наказывать буду? Ну, ничего, придумаем. Конечно, не такого жесткоча император от меня получит, как Красовский и Гуль, но тем не менее, запомнит на всю оставшуюся жизнь.
Вот это я размечтался! Старший сержант Бялко же тем временем продолжал давить в стоящих перед ним дезертирах, тунеядцах и хулиганах всякой сопротивление.
— Все из присутствующих знают, почему я называю вас «запахи»? — ехидной усмехнулся он, уже не стесняясь а просто пиная красную пыль, что летела нам в лица. — Потому что вы смердите вашими прежними званиями, казенными мундирами и камбузами кораблей, на которых вы отсиживались все это время, наедая морды и зазря получая жалование. Теперь же вы никто, кем и были всегда. Вы даже не духи, потому, как не прошли крещение огнем, вы просто «запахи»…
— Запахом звался лет восемь тому назад, до присяги государю-императору, — из второй шеренги послышался рык Лютого, которому все это время не нравился тон старшего сержанта, и который, похоже, только и ждал, чтобы его наказать.
— Эх, попался, — тихо произнес я, заранее жалея Лютаева, так как знал, что Балко только и ждет свою первую жертву.
Старший сержант между тем, победной улыбаясь, медленно развернулся всем корпусом, будто танк башней. Угольки глаз полыхнули нехорошим огнем. Набычился, распрямил плечи и хищно выдохнул, расплывшись в ухмылке.
— Это кто тут у нас такой дерзкий выискался, а? А ну, вышел из строя!
Шеренга дрогнула, словно ударенная штормовой волной. Расступилась, явив взорам исполина под два метра ростом. Лютаев действительно был шкаф! Ручищи-кувалды, кулаки с мою голову, литая броня мышц, едва прикрытая майкой. Недаром этот великан носил кличку, она же позывной, Лютый — в самую точку!
Громила, чувствуя в себе силу, вразвалочку выдвинулся вперед. Выпрямился во весь рост прямо перед старшим сержантом.
— Ааааа, 106-я КДВ, — Бялко подошел вплотную. — На базе которой и формируют наши прекрасные батальоны… Итак, дровосек, говоришь ты не запах⁈
— Никак нет, — Лютый воинственно посмотрел на своего начальника, теперь уже и сам провоцируя Бялка не действия. — А ты сержант?
Бялко аж передернуло от злобы. Полукровка мгновенно сбросил армейскую куртку, обнажив бугрящийся татуировками торс. Сплюнул смачно под ноги и прошипел, обводя взглядом всю шеренгу:
— Все видите этого стероидного? Запоминайте, потому, как прежним он уже не будет… — старший сержант перевел хищный взгляд на своего противника. — Ща я тебя размажу по плацу, даже мокрого места не останется…
Строй нарушился и мгновенно превратился в толпу, которая загомонила, забурлила, подалась вперед. Еще бы не каждый день лицезреешь драку двух громадин. Поединок не по уставу, мать его так! Но какой, к дьяволу, устав на этой каторге? Из всех законов тут лишь один — закон силы.
Лютый хрустнул бычьей шеей и одним рывком переход крики своих товарищей разорвал майку на груди, обнажил литые мышцы. При этом покосился на меня, подмигивая, мол не беспокойтесь господин контр-адмирал, сейчас я покажу этому зарвавшемуся, оплывшему жиром инструктору, как ему нужно себя вести.
Я не поддержал оптимистичного настроя своего нового приятеля, хотя, чего греха таить… Меня самого подмывало сейчас рвануть вперед, зарядить Бяше промеж глаз и хорошенько отвести душу. Но я сдержался, понимая, что не та диспозиция. И что все эти варианты проигрышные заранее. Старший сержант хоть и был полукровкой, а не чистым новгородцем, но, как я знал заранее, сломать его в рукопашном бою на кулаках выходцу с обычной планеты, каким являлся Лютый, было практически невозможно. Понимал ли это сам Лютый? Не знаю. Судя по тому как пошел на обострение — навряд ли…
Дальше все понеслось, как в ускоренной съемке. Противники сошлись, и закружили, подбирая удобный момент. Обменялись несколькими ударами несильно, пока на пробу. Ну, как несильно, от одного такого у меня бы голова оторвалась, а этим двум хоть бы что. Толпа между тем взвыла, забесновалась, подбадривая Лютого как своего представителя на этом поединке. Рядом со мной парни вовсю голосили и улюлюкали, и чуть ли не ставки делали…
Наконец, Лютый, подстегнутый своими же, не выдержал, взревел во всю глотку и попер на Бялко будто носорог. Раскинул граблищи в широких и быстрых замахах, целя прямо в харю старшему сержанту — мол сейчас посмотрим, кто тут альфа-кобель.
Я лишь обреченно вздохнул, заранее понимая, чем вся эта авантюра закончится. Наивный такими финтами тебе только с портовыми пьянчужками силой меряться. Бялко, хоть и оплывший от лишнего веса, но тертый калач, обладающий невероятной силой и ловкостью, как все представители Новгорода-4 с ее двукратной стандартному значению силой притяжения, к тому же отмороженный на всю голову…
Ну вот, что и требовалось доказать. Увернулся, гад, от кувалды Лютого. Поднырнул ему под локоть, впечатался лысой башкой в незащищенный бок. Дыхалка у Лютаева тут же сбилась, тот аж присел от боли. Однако на ногах удержался, молодчина! И снова ринулся на своего соперника — вот это уже зря…
Бялко такие удары на завтрак хавает. Принял кулачища Лютого лбом и хоть бы хны. Только ухмыльнулся паскудно своей неприятной физиономией. И в то же мгновение сам хрясь, ответочку зарядил, аккурат в челюсть моего приятеля. Вот и все, кранты чемпиону. Рухнул Лютый кабаньей тушей на плац, только пятки сверкнули, мордой прямо в пыль, умываясь кровью. Мне аж самому больно стало.
Толпа разочарованно выдохнула и стала постепенно вновь превращаться в ровные ряды шеренги.
Бялко же победно осклабился и жестоко пнул поверженного под ребра.
— Ну чо, запахи, уяснили кто здесь папочка⁈ — обвел он суровым взглядом притихшие ряды штрафников. — Кто не понял — прибью, как собаку паршивую! Глаза в пол суки!
Старший сержант медленно сканировал своим колючим взглядом присутствующих, ища новую жертву. Ага, кажется, нашел того единственного, кто глаз не опустил. Прищурился мерзко так, будто гадюка перед броском.
— Ага, Васильков… Шаг вперед!