Пепел ненависти. Часть 2

Сорвавшись с места, направилась к своей малышке, но врезать в невидимую стену. Мой мозг отключился. Перед глазами была лишь Айскель, отчего я зарычала и призвала гнев, чтобы уничтожить преграду между нами. Сердце отбивало имя дочери и рвалось к ней, желая ощутить тепло маленького тельца, втянуть в лёгкие столь желанный родной запах и коснуться мягких волосиков. Взревев, приложила ладони к барьеру и пустила по нему пламя, выжигая надежду кого бы то ни было.
  
– Остановись. Мы здесь не для того, чтобы сражаться, – голос Дора долетел до меня в то время как я преодолела расстояние до девушки, которая держала на руках мою дочь.
Глаза были прикованы к малышке, которая с интересом рассматривала небо.
– Отдай мою дочь, – приглушенно прорычала, протянув руки.
В повисшей тишине я оторвала взгляд от Айскель и перевела его на девушку с зелёными глазами. Она посмотрела куда-то мне за спину, и я обернулась. Дор выждал паузу, внимательно рассматривая меня, а затем кивнул. Моих рук коснулось мягкое одеяльце, и я сразу обрушила все внимание на дочку. Как только она оказалась у меня, я прижала её к себе так крепко, как могла, чтобы не причинить боль. Зарывшись носом в её маленькие волосики, втянула потрясающий лимонно-яблочный аромат и прикрыла глаза, стараясь впитать его до капли. Еле сдерживая слезы, начала покрывать её личико поцелуями, отчего она заулыбалась и мое сердце разбилось вдребезги. Встретившись с ней взглядом, поняла насколько Фаер был прав. Я снова хотела проявить слабость и покинуть этот мир, оставив мою девочку и всех своих близких. Ни за что не оставлю её. Буду рядом до тех пор, пока судьба не скажет хватит и даже тогда ещё поборюсь. Решение я изменила, но слишком поздно. Начав пятиться к друзьям, сдерживала эмоции как могла. Все будет как и задумано. Я сдамся Дору, а затем, выждав время, нанесу удар который позволит ослабить врагов, но не погубит меня. К черту слабость. Я буду бороться за жизнь и свою семью.
Поравнявшись с Фаером и Фрэей, которые целились в башку Дора, наставив на того пистолеты, оставила поцелуй на щеке малышки и подняла взгляд на того, кто слишком виртуозно играет моей жизнью.
– Сейчас? – глупый вопрос, но, казалось, я физически не могла разжать руки и передать Айскель Фрэе.
Дор молча кивнул. Меня напрягало его безмолвие и царившая вокруг нас атмосфера пустоты. Обведя взглядом десятки Душевников, кивнула и постаралась сделать то, отчего напрочь отказывалось сердце – проститься.
Опустив взгляд на дочку, нежно погладила её по щечке и улыбнулась, когда она схватила меня за палец. Моя жизнь. Моя душа. Мое сердце.
– Я сделаю все, что в моих силах для того, чтобы вновь встретиться с тобой, моя милая. Ты настоящий боец, – шептала своей малышке, всматриваясь в её глаза и личико. – Люблю тебя так, как ненависть любит гнев, как тьма любит пламя. Уникальной, ни с чем не сравнимой любовью которая родилась во мне благодаря тебе. Постарайся запомнить меня, хорошо? Хотя бы мимолетным образом, но прошу, запомни, чтобы никогда не сомневаться в том, что у тебя была мама и она безумно любила тебя. Всегда будет. Где бы я ни оказалась, моя любовь к тебе никогда не иссякнет и не исчезнет. Это неизменно.
Поцеловав дочь, скользнула по ней взглядом, впитав образ, а затем взглянула на Фрэю.
– Уходите, – глухо выдохнула, передав столь ценный сверток подруге. – Умоляю вас… – начала, но она помотала головой.
– Мы защитим ее, – опустив взгляд на Айскель, Фрэя улыбнулась ей так нежно, так искренне, отчего я смогла вдохнуть полной грудью.
Я верила друзьям. Знала, что они будут беречь её и ни за что не бросят, но увидев взгляд Фрэи, направленный на Айскель, убедилась в надёжности своего выбора.
Фаер притянул к себе девочек и бросив на меня слегка осуждающий взгляд с долей смирения, начал уводить их в сторону лесу, прикрывая спину Фрэи. Я послала другу все свои эмоции и чувства, которыми хотела поделиться, и в ответ получила неиссякаемый поток любви. Дождавшись, когда их фигуры скроются в лесном массиве, развернулась к Дориану и поняла, что мы остались одни. Искра безрассудного желания убить его была потушена в зародыше. Мы точно не одни, да и Айскель ещё слишком близко.
– Что я должна сделать? – перешла к делу, всматриваясь в синие глаза чудовища, которого не до конца понимала.
Дор устало выдохнул, задрав голову к ночному небу и, выпустив облако пара в небо.
– У нас есть минут десять на поболтать, – удостоив меня вниманием, уселся на часть уцелевшей лестницы. – Вопросы? Обвинения? Прожигающий взгляд твоих красных глаз я уже видел. Не теряй время попусту.
От его будничного тона, будто мы друзья, и лёгкости общения, будто сейчас мне не приходилось всеми силами держать остатки разрывающегося сердца вместе, стало тошно. Но он прав. До чего бы он ни отсчитывал время, пока есть шанс лучше им воспользоваться.
– Ты испоганил мне жизнь, но помог раскрыть шпионов Тома. Выкрал мою дочь, приказал убить Джейн, но сейчас сидишь и делаешь вид, будто не ненавидишь меня. Никакие оправдания не изменят моего отношения к тебе, но объясни, в какие игры ты играешь. Зачем изредка помогаешь и не тронул мою дочь, чтобы причинить боль или отомстить?
Я всматривалась в глаза напротив, и пыталась понять его цель. Он всегда причинял боль и вред чужими руками, а свои оставлял чистыми. Почему? Дор не стал медлить с ответом.
– Я не ненавижу тебя, огонечек, а люблю.
Из меня вырвался истерический смешок, отчего я прикрыла рот ладонью и помотала головой.
– Большего бреда не слышала.
– Ты просила, я отвечаю, – совершенно спокойно продолжил, не обратив внимание на мою реакцию. – Не только Сэм растил тебя с песенок, скажем так. Я незримо был рядом и следил за тем, чтобы никто не перешел черту, причиняя тебе боль и страдания, – мои глаза так широко распахнулись, что Дор поднял указательный палец вверх, призывая меня не впадать в истерику от нелепости его слов. – Я горжусь тобой, восхищаюсь и делаю ставку на то, что именно ты изменишь мир. Да, я приложил руку ко всему через что ты прошла, и мне правда жаль, но выбор я сделал верный. Поставил на самую сильную девушку, что когда-либо знал. Даже не так. Сделал из тебя ту, что сможет окрепнуть, а не сломаться, погрузившись на дно океана боли и страданий. Я закалил в тебе бойца, помог окрепнуть твоему стержню, который не сломить именно для этого дня. Дня, когда ты погрузишься так глубоко, что вынырнешь из пучины ада не чудовищем, а той, кто принесет победу.
– Кому?
– Тем, кто достоин жить в этом мире. Тем, в ком есть сама эта жизнь, надежда, вера и любовь. Я не тронул твою дочь, но в замен подвергну тебя последнему испытанию. Решающему. Ты увидишь истинное обличие каждого, кто населяет этот мир и решишь, кто останется в нём жить, а кого ты уничтожишь как вид. Я делаю это ради нас. Ради Душевников, которые рождены, чтобы их души сияли и указывали им верный путь, но мрак, который преследует нас в обличии простых людей силен и не даст достигнуть моей цели.
Я понимала к чему он ведёт, отчего слегка содрогнулась.
– Ты готовил из меня оружие массового поражения целого вида.
– Именно, – спокойно кивнул и, глянув на наручные часы, поднялся на ноги. – Я подготовил тебя ко всему, чему мог. Почти, – задумчиво почесал бровь. – Дальше сама и заранее прости.
– Я не собираюсь уничтожать целый вид по твоей просьбе, – сжала кулаки, пытаясь утихомирить гнев в жилах.
– Пока нет. Но все изменится. А даже если нет, то пусть так, – Дор пожал плечами. – Война неизбежна, и хотя бы большую часть людей ты отправишь в ад, а остальными займусь я.
  
– Что они тебе сделали? За что ты так их ненавидишь?
– Я знаю каждую скрытую мысль этих тварей, каждый секрет и желание. Они тёмные, уродливые и ужасные. Тот взрыв дал нам шанс очистить землю от вида, которой изжил себя, взамен создав нас. Разве это не очевидно?
Я смотрела на него как на умалишенного.
– Среди Душевников тоже есть мрази, насильники, воры, убийцы… – попыталась вразумить его, не знаю зачем. Он слишком радикален.