Пепел ненависти. Часть 2

 
Алекса Хелл
 
Пепел ненависти. Часть 2
  
Пролог
 
Слезы иссякли. Сердце разрывается на части от тоски по Айскель и боли от потери Джейн. Моя душа страстно желает покинуть тело, но я держу ее всеми силами и не позволяю покинуть меня. Сколько раз задавалась вопросом, как много я могу вынести? Сколько раз получала ответ и доказательства того, что лимит бесконечен? Десятки. Поэтому сейчас, мчась в Саламан на бешеной скорости, которую способно выдержать сердце Норда, я не задаюсь вопросами о судьбе и не имею ни малейшего желания лить слезы. Я устала от вопросов без ответов. Устала терять и испытывать боль. Чертовски устала и жду того дня, когда Айскель станет совсем взрослой для того, чтобы продолжить свой путь самостоятельно. Моя дорога сквозь все то дерьмо, через которое меня протащила жизнь, надеюсь, скоро оборвется и приведет меня прямиком в никуда. Туда, где не болит. Туда, где никак. Туда, где меня просто не станет.
  
Но не в ближайшие лет двадцать. Моя малышка не останется одна в этом прогнившем мире. Нет. Я подготовлю ее ко всему, что может ждать за любым из поворотов, а затем осыплюсь пеплом и навсегда исчезну, надеясь на то, что дочь не повторит мой путь.
Шелест встречного ветра пытался заглушить мысли, но это невозможно. Последние полгода жизни крутились на повторе, царапая сердце, отчего появлялись все новые и новые шрамы. Я убила мать, которую не знала ни минуты своей жизни. Я отодвинула это воспоминание в самый потаенный угол разума и обходила стороной, но…не всегда. Я задавалась массой вопросов. Какой она была? Как бы мы с ней нашли общий язык? Какие советы бы она могла мне дать, если бы ее не уничтожили? Папа рассказал о ней немного. По его словам и отголоскам эмоций, что я считывала по нашей связи, она была удивительной, и он любил ее так, что я описать бы не смогла. Уверена, она была потрясающей, но к сожалению или счастью, мне не удалось это узнать. Я все больше убеждаюсь в том, что мое сердце черствеет, но оно и понятно. От него вообще не должно было что-то остаться, но, нет. Оно все еще цело и качает кровь. Удивительно…
Джейн. Мой первый свет, который я смогла полюбить. Из подруги по принуждению она стала настоящим другом. Ее яркий и теплый образ, свет зеленых глаз и рыжие кудряшки навсегда останутся в моем сердце. Она прошла через свой личный ад, но попав в мой, пала жертвой. Рыжик помогла Айскель появиться на свет и погибла в попытке защитить ее. То, что осталось от тела подруги, отпечаталось в моем сознании во всех красках. Это была показательная казнь. Послание. Так зверски не убивают просто так. Уж я то знаю. Осталось выяснить кто его передал и ответить. Коул всего лишь пешка.
Да, новость о том, что погибший отец моей дочери жив, не слабо меня поразила. Видеть его на записи было невыносимо. То, с какой легкостью и точностью он убил Джейн, его ухмылки прямо в объектив камеры, неторопливость. Все было спланировано, и работа выполнена мастерски. Мою дочь не просто так украли. Почти уверена, что ее и пальцем не тронут и скоро мне выставят требования для того, чтобы я могла вернуть ее. Дориан или Томас? Скоро узнаю.
Готова ли я убить Коула? Того, чью потерю я не смогла вынести и отдалась в руки гнева, став убийцей? Того, кого полюбила? Отца моей дочери? Да. Дрогнет ли моя рука? Скорее всего, но нанести удар мне это не помешает. Он больше не тот, кем был. То, во что он превратился не мой Коул. У меня есть время на то, чтобы вбить себе это в голову и принять. Теперь я могу понять отца. Могу, но я не он и не переложу эту задачу на кого-либо. За смерть Джейн, похищение Айскель и ради того, чтобы, возможно сохранившаяся часть его души не погрязла в крови и грязи, я оборву его жизнь окончательно. Лично.
Что по плану? Добраться до Саламана, путь к которому запомнил мой верный друг и несся туда на всех порах. Узнать у Сэма какого черта Коул остался в живых, а не погиб. Постараться выяснить где Дориан с Томасом, и понять у кого из них моя дочь, а затем решить, кто из них сдохнет первым.
Список номеров из восьми имен, каждое из которых мне дорого, сократился. Надеюсь я не доживу до того дня, когда мне некому будет позвонить. Когда последние семь имен исчезнут. Когда на мой звонок никто не ответит.
 
Глава 1
 
Я не могла поверить своим глазам. Стоя на краю пропасти, откуда был виден Саламан, пребывала в ужасе и пыталась отрицать очевидное. Города больше нет. Высотки, заводы, школы и садики, магазины и дом Сэма…все превратилось в груды камней и безликое кладбище города, который я успела узнать и полюбить. Сердце отбивало рваный ритм. Холодный пот струился по спине, пока я неслась по частично оставшейся в целости лестнице вниз.
– Нет, нет, нет, – шептала под нос, оказавшись на развалинах.
Воздух был свежим, но с примесью лёгкой гари и пыли. Подо всем этим скрывалось куда больше. Горечь обугленных деревянных досок, боль бетонных серых стен и агония всего города пахли ужасом и смертью. Трагедией.
Не желая верить в то, что вижу, начала идти вперёд. Знакомая крыша школы валялась на груде камней, что когда-то служили стенами. Вывеска магазинчика, где я с Фаером и Китом закупалась шторами и подушками, была воткнута в кусок земли меж камней как нож в сердце самого города. Подувший ветерок зашелестел клочками обоев в чьем-то полуразрушенном доме. Куски обгоревшей тюли зацепились за железные спицы торчащие из наполовину отвалившейся бетонной стены детского сада. Все это выглядело до боли жутко.
Начал накрапывать дождь, но я продолжала пробираться по руинам, что остались от места, которое я когда-то впервые успела посчитать домом. Мне нужно туда. К дому, где должны были быть все мои близкие. Гнев согревал меня, вернувшись и затаившись. Теперь мы снова одно целое, но даже с пламенем бегущим по венам я ощущала холод. В мыслях то и дело крутились вопросы. Как? Когда? Кто? Где все? Взгляд жадно бегал в поисках тел хоть кого-либо, но не находил. Не знала радоваться ли этому. Что, если их забрали? Нет, не могли. В городе было слишком много Душевников. Как бы их перевезли? Черт!
Добравшись до поваленного забора, который должен был защищать дом с моими родными и близкими, я сорвалась с места и понеслась вперёд по узкой извилистой тропинке, желая добраться до двери, которая уцелела. Стены первого этажа ещё боролись за жизнь, но были почти похоронены под тяжестью второго и третьего. Я рухнула на четвереньки и начала ползти вверх, чтобы пробраться на второй этаж в образовавшейся дыре в потолке. Карабкаясь к цели, ощущала, как под коленями и ладонями хрустят осколки стекла. Было плевать на боль и кровь, сейчас меня заботило только одно. Где моя семья?
Взобравшись наверх, огляделась и позволила себе сделать вдох. Руки слегка потряхивало, но я не обращала на это внимания, так как оно было обращено на болезненный спазм в груди. Лишится подруги и дочери, а затем найти Саламан в руинах, под которыми, скорее всего, были тела всех, кого я любила непередаваемо больно. Ужасно.
От моей комнаты ничего не осталось, кроме клочка пледа который смотрел на меня из под груды камней. Другие помещения превратились в фарш из бетона, дерева и пыли. Мне почти удавалось дышать ровно. Оглушительный рев бегущей крови по венам оглушал пока я не наткнулась взглядом на сломанную мужскую руку, застрявшую меж обвалившихся потолочных балок. Сердце рухнуло в пятки, а ком в горле не дал закричать от ужаса в полную силу, отчего я подавилась воздухом. Меня сорвало в пучину ужаса и страха.
  
– Сээээм! – мой крик эхом разлетелся по городскому кладбищу, огибая уцелевшие куски стен, и растворился в мертвой тишине.
Я не знала почему позвала именно его. Возможно, потому, что только он всегда приходил на мой зов и я молилась о том, чтобы и сейчас ничего не изменилось.
Прошло пару мгновений, но для меня они были вечностью. Над местом, где виднелась сломанная кость чьей-то руки, начала собираться тьма, и из чёрного дыма собрался знакомый силуэт. Я выпустила из легких весь воздух от облегчения.