Измена. Попаданка в законе 2 (СИ)

Утром я просыпаюсь от шума просыпающихся сотен людей. Кто-то и вовсе не спал ночью. Но большинство пытались отдохнуть.
У меня затекла спина от неудобной позы. Я полулежу на ткани от палатки прямо на земле, под головой какая одежда, сверху кто-то накинул на нас с Русей тёплый платок. Спасибо, позаботились.
Руся спит, тесно прижавшись ко мне. Да, она не Руся, а принцесса Люси, и мальчики — это принцы Тэрри и Вэлл. Они тоже спят еще неподалёку, около Барта.
  
Меня разбудило острое чувство беспокойства и боли. Маркуса рядом со мной не было. И его, похоже, давно уже нет здесь.
Улетел, как обещал, за сыночком. Как только начало светать. Что же, он молодец. А я совершенно зря волнуюсь, он драконьим чутьем обязательно найдёт нашего Алекса.
А боль была в груди и была более понятной. У меня в эти дни битвы, использования моей голубой магии совсем не было возможности сцеживания молока.
И сейчас грудь налилась, стала как камень и невероятно болезненной. Все признаки мастита налицо.
Да, так и до острых проблем легко можно дойти, надо разминать, через боль, и сцеживать, разминать и сцеживать. И магия мне в помощь.
Утро было в итоге хлопотное.
Надо было разбираться с очень многими вещами сразу.
Умыться, разбудить детей, как-то поесть, учитывая, что обозники с утра раздавали кашу и чай, а у нас и посуды никакой не было, две ложки на всех.
Ладно, Дэб помог, как всегда, он помогал и приходил на помощь. Еле справились с этим, ели по очереди.
Потом мы провожали уходящих через границу иглистых людей. Их старшие, что общались с нами вчера, утром долго беседовали с королем Арчибальдом, напрямую.
Видимо, договаривались о сотрудничестве и его формах.
Значит, будут теперь договорённости, посольства, визиты в обе страны.
А потом они уходили группами, семьями, отрядами. Рыжие, чёрные и коричневые группы людей-магов.
Тех, кто бок о бок жил с древней Вэлбитеррой в сотрудничестве и взаимопомощи. И эту сторону жизни и истории страны практически никто в современном королевстве не знал.
Им предстояло пройти несколько часов через безжизненное плато, разделявшее наши страны, и затем подняться в горы, в свои города и села.
Я видела, как нехотя расставался с магами король Арчибальд. Целая страна магов, при острой нехватке магов в Вольтерре. Особенно очевидно это стало, когда пришла очередь прощаться с нашими детьми-дикобразиками.
За ними снова пришли под купол.
Иглистые люди ночевали в более суровых условиях за пределами купола, залечивая магией свои раны. Снова обозники с походными котлами делили на всех кашу и чай.
А затем начались сборы и переходы через стену.
Магическая стена, восстановившая себя под действием купола, давала возможность им пройти и возвратиться к себе домой. И они уходили.
А мы прощались сквозь слезы с детьми, ставшими невероятно дорогими. Руся-Люси рыдала и никуда не хотела уходить, вцепившись ручками в меня.
Её родные дядя и тётя стояли напротив очень долго, что-то говоря и объясняя ей. Об этом же ей явно говорили и другие иглистые маги.
Но в ответ раздавался только оглушающий рёв. Сейчас Руся была просто маленькой девочкой, а не великим магом и будущей королевой Дарии. Она уже потеряла родителей, и не хотела терять теперь меня.
Мы расставались в слезах. У меня словно отдирали кусок сердца.
— Руся, милая, — шептала я ей, — мы обязательно приедем к вам в гости, мы ещё встретимся с тобой.
— Ааааа, ааааа, — и одни только вопли в ответ.
Ещё и мальчишки ей вторили. Все втроём они очень боялись расстаться и между собой, и с нами.
Мне, Мэлли, Дэбу и Барту представители Дарии с помощью нужных камней переводили слова наших детишек. Но можно было и не переводить. Я и так их чувствовала и неплохо понимала.
Выяснила только, что в горах Дарии у каждой подрасы иглистых людей были свои города, расположенные в крупных и плодородных долинах в окружении гор.
До этих мест Черная мгла не добралась.
У наших зареванных королевских отпрысков остались родственники в долинах, которые могли быть их опекунами до совершеннолетия, имелись замки и земли.
Все понимала это умом, а вот сердцем!
Очень хотелось оставить себе хотя бы Русю!
Я представляла себе, что с возрастом принцесса Люси превратиться в изумительно красивую девушку — синеглазку с прекрасной копной мягких русых игл.
И кто знает, может быть Тэрри или Вэлл будут просить её руки и сердца. Они ведь не родственники, и вон как сдружились втроём, как они всегда защищали свою маленькую подружку. Свою принцессу.
Боги, как тяжело расставаться с Русечкой!
Вдоволь наплакавшись, наговорившись через камни и без, наобнимавшись, пообещав обязательно встретиться, приезжать в гости, мы все-таки расстаемся.
Руся-Люси позволяет забрать себя своим родственникам и, видимо, терпеливо ожидавшим придворным. Её будут нести подошедшие мужчины, ей не придётся идти маленькими ножками по этому огромному плато.
Тэрри и Вэлл от такой помощи, как таскание на руках, отказываются. Они хоть и маленькие, но достоинства у этих будущих правителей не отнять.
Будущие короли Дарии.
Мы все тепло прощаемся с ними. Король Арчибальд и королева Мэлли рядом с нашей группой все время.
И тепло прощаются с королевскими отпрысками Дарии.
А вот генерала Джеральда нет рядом, он уже носится по делам границы, расставляя всех по местах. Ну и хорошо, что нет рядом. Представляю, как бы он себя чувствовал сейчас.
Ведь он их, этих детей, принимая за неизвестных попаданцев, готов был на казнь отправить.
— Так что тюремному суду над попаданцами-дикобразами так и не суждено было сбыться, — проходит у меня на краю сознания, и я проговариваю эти мысли в слух.
— Правильно мыслишь, — понимает меня и смеётся Дэб, — ты не дала этому осуществиться.
Мы еще долго прощаемся у стены, что магически расходится и пропускает группы уходящих иглистых людей.
— Сколько в них силы и мужества, — задумчиво говорю, глядя вслед последней группе.
— И сколько магии! — это уже слова Арчибальда.
Да, короля Арчибальда сильно беспокоит снижение магического потенциала страны.
Я ещё долго смотрю вдаль исчезающей группе жителей Дарии, возвращающихся домой.
И нам пора домой.
Я понимаю, что как-бы я не прикипела к Северу, Алексу лучше расти и воспитываться в своём родовом замке.
Скорее бы они вернулись.
Но время идёт, а Маркуса с Алексом все нет. К полудню я уже места себе не нахожу, и Дэб, и Мэлли меня успокаивают.
К вечеру я уже извелась настолько, что не могу ни есть, ни пить. Смотрю в одну точку непрерывно — на дорогу с гор, по которой обозники доставляют свои товары.
Хоть в повозке с Бертраном, хоть по воздуху драконом, но Маркус должен появиться оттуда.
Дорога с гор.
И у меня сердце пропускает удар, когда я вижу могучего чёрного Ворона — коня Маркуса, с лежащим на нем телом. Конь шатается и еле идёт.
Мы с Дэбом и Бартом кидаемся туда. И снимаем с коня раненого и находящегося в беспамятстве Бертрана.
А Алекса с ним нет…
  
Глава 38. Сила трех 
 
Мы с Бартом и Дэбом снимаем тело Бертрана с коня Маркуса. Ворон тяжело храпит, прядет ушами, весь в мыле. Он с всадником явно еле ушёл из какой-то переделки.
— Где Алекс, где мой сынок, где мой сын? — вопрошаю я у Бертрана, который без сознания.
Про Маркуса тоже надо узнать, но в начале про сына.
Бертран не приходит никак в себя. Похоже, он получил очень сильный удар по голове, на голове рана.
Каким образом он оказался верхом на Вороне, который был в обозной упряжке, где обозник, где вторая лошадь и повозка — все это тоже не ясно. Ни про сына, ни про остальных ничего неизвестно.
  
Стараюсь заставить себя не паниковать, а лечить Бертрана.
Сегодня целый день на границе все пытались восстанавливать строения. Госпиталь был большей частью разрушен, но в неразрушенной части Грегор уже организовал палаты и отправил туда раненых. Большей частью это оставшиеся в живых заключенные.