Особое требование

– Вот как? Тогда зачем вы сюда пришли?
– Я пришла сюда потому, что это был единственный шанс попасть в «Санберри». А я мечтаю работать здесь с самого первого курса.
Ну вот и всё. Последний гвоздь в крышку моего карьерного гроба забит.
Нечаев смотрит на меня, как царь на холопа.
И ладно.
Я сказала правду.
Я ведь действительно мечтаю работать здесь, сколько себя помню. С того самого первого митапа, что проводился на нашем факультете. Тогда к нам пришла директор по брендингу «Санберри» с неземным именем Эвелина, и открыла для меня, вчерашней провинциальной школьницы, новый дивный мир бизнеса. Я только-только поступила в университет и переехала в Питер к бабушке, и такую Эвелину видела впервые – роскошную бизнес-богиню, сияющую ярче солнца. Разумеется, в тот же миг «Санберри» превратился в Олимп. И я грезила, что однажды тоже на него вскарабкаюсь.
  
Сглатываю образовавшийся в горле комок. Медленно закрываю ежедневник – здесь он мне уже не понадобится.
Нечаев тем временем произносит:
– Всем спасибо за участие. Кристина свяжется с вами сегодня и объявит результаты.
Поднимается и выходит из кабинета.
Следом, сказав несколько формальных и напутственных фраз, переговорку покидают Кристина Владимировна, Егор как его там и… мои многолетние надежды.
 
Глава 5. Розовые пончики
 
Аля
– Ты сейчас куда?
– Зайду в «Галерею».
– О-о, мне тоже туда нужно. Пойдём вместе? Там, кстати, рестик новый открылся. «FLY» называется. Очень классный… Викуль, ты с нами?
– Нет, девоньки. У меня дела.
Мои недавние соперницы непринуждённо болтают, будто знают друг друга вечность. Лишь я для них невидимка.
Ну и ладно.
Не больно-то хотелось.
Им неинтересно со мной, а мне – с ними.
Просматриваю в ежедневнике что-то чрезвычайно важное – одну страницу, вторую. Напускаю на себя задумчивый вид и вывожу пометку очень аккуратным, почти каллиграфическим почерком: «Прийти домой и лечь спать». Вот. Пусть думают, что я занятая птица и у меня есть дела поважнее, чем посещать «новый рестик». Хотя здравый смысл кричит во всё горло, что я интересна им так же, как букашка на подоконнике.
Не проходит и минуты, как в переговорке остаюсь я одна.
Фуф…
Убираю ежедневник в сумку. Бросаю прощальный взгляд на ядерно-жёлтую жидкость в злосчастном стакане – виновницу моих бед.
Ну почему, почему мне не молчалось?
Вздыхаю.
Встаю медленно, без энтузиазма, и по мягкой зелёной травке направляюсь к двери. С грузом на сердце в последний раз осматриваю светлую переговорную комнату. В воображении проносятся картинки, как я, вся такая модная и красивая, килограммов эдак на двадцать худее, сижу за этим самым белоснежным столом и участвую с коллегами в мозговом штурме. И смотрят они на меня с восхищением, аплодируя очередной гениальной идее.
Эх, мечты-мечты.
Повторно вздыхаю и выхожу.
Попетляв по коридорам второго этажа, натыкаюсь на укромную офисную кухню-кафешку. Решаю заглянуть одним глазком – вряд ли в будущем представится новый шанс. Тихонько открываю дверь и ныряю внутрь. От хлынувших в нос ароматов желудок начинает урчать. С утра он сосал только палец – у Вальки дома шаром покати. Осторожно осматриваюсь, не решаясь ни зайти внутрь, ни выйти. В помещении темно, уютно и пусто, лишь в углу притаилась одинокая девушка с ноутбуком.
– Ты новенькая? – обращается она ко мне. Приглядываюсь и заворожённо рассматриваю её длинные светло-розовые, как сахарная вата, волосы. – Здесь всё можно брать. Не стесняйся. Кофе там.
Показывает пальцем в сторону стойки, на которой пристроилась до блеска начищенная кофемашина.
– Мне нельзя, – отвечаю нерешительно, переминаясь с ноги на ногу. – Я тут нелегально. Всего лишь приходила на собеседование.
– О-у. И как ты? Жива?
– Скорее, живой труп. Из меня выпили все соки.
– Ну тогда ты пришла по адресу. Можешь отомстить и съесть всё, что не приколочено.
Девушка встаёт и лёгким шагом направляется в сторону стойки. Смотрю на тонкую мальчишескую фигуру в белой майке, клетчатой рубашке нараспашку и джинсах. Она решительным движением извлекает из стопки десертную тарелку, накладывает на неё кулинарными щипцами пончик с розовой глазурью и протягивает мне. Дохожу до новой знакомой и беру тарелку.
– Макиато?
– В самый раз, – машу свободной рукой в знак согласия.
Розововолоска улыбается, изящно переносится к кофемашине, ставит на поддон кружку и выбирает кнопку из списка. Машина начинает фурчать, изрыгая обильную молочную пену.
– Я Лера, – говорит она. – В отделе дизайна работаю.
– Круто. А я Аля. – Улыбаюсь как могу. – Я тоже хотела бы здесь работать. Но, похоже, уже не буду.
Лера смотрит, пристально изучая:
– Тебе уже отказали?
– Пока нет. Но мои шансы близки… – подсчитываю в уме, – … к нулю.
– Тогда рано отчаиваться. Съешь лучше пончик, – показывает пальцем на тарелку в моих руках. – Он лечит любые раны.
Судя по моему внешнему виду, я залечила уже много ран. Может, розововолосой Лере метод пончиков и подходит – ей явно не помешает набрать все те лишние килограммы, что прилипли к моему телу, а вот я обязана быть аккуратной.
– Ладно, один кусочек, и всё.
За праздной болтовнёй с Лерой время пролетает незаметно. Тем же путём – незаметным – исчезают и латте макиато, и пончик.
Ёлки-моталки!
Стоило отвлечься на минуту, называется.
Моей неслучившейся коллеге звонит начальник. Проговорив с ним секунды три, Лера встаёт и поспешно закрывает ноутбук.
– Мне пора бежать. Рада была познакомиться, Аля!
– И я. Спасибо за пончик!
Лера подмигивает. Уже у выхода говорит:
– А знаешь, мне кажется, мы с тобой ещё встретимся.
И махнув розовой гривой, выпархивает из комнаты-кофейни.
Смотрю на закрывшуюся дверь, затем на опустевшую, как моя нынешняя жизнь, тарелку. В очередной раз вздыхаю. И решаю, раз такое дело, позволить себе закопать горе в ещё одном пончике.
Изредка можно.
С достоинством, не торопясь, подхожу к стойке. С подноса мне подмигивают десятка два блестящих красавцев: шоколадных, розовых и белоснежных в крапинку. Поскольку я однолюб, прошлому выбору не изменяю. Погрузив поклажу на тарелку, чинно возвращаюсь к столу. Элегантно присаживаюсь, прикрываю глаза и откусываю маленький кусочек розовой глазури.
М-м…
Вкусно.
Пончик-целитель немного облегчает мои страдания, и жизнь потихоньку обретает краски.
Что же… Сегодня случился провал, не поспоришь. Но вдруг именно этого мне и недоставало? Пинка хорошего, чтобы начать действовать. Значит, пройду дополнительные курсы по брендингу, поработаю годик по специальности в менее престижном месте, фамилию, может, сменю – на что не пойдёшь ради великой цели, а там, глядишь, в «Санберри» обо мне и забудут. И вот тогда я явлюсь во всей красе.
Ну красота же, красота, а не план!
Раздаётся звонок. Опознаю звонящего безошибочно – Кристина Владимировна. Сердце ухает вниз, к почкам. Вот вроде целый час мысленно готовилась к прощальному общению, а как-то… недоготовилась. Похолодевшим пальцем нажимаю «принять звонок».
– Алло?
– Это Кристина Владимировна. Вам удобно сейчас говорить?
Смотрю на пончик, на пустые столы в полумраке – мешать явно никто не собирается. Все мы почти готовы к горькой правде.
– Конечно.
– Прежде всего, позвольте поблагодарить вас за участие в сегодняшнем групповом собеседовании. Знаю, это всегда непросто и требует от кандидатов большой выдержки. Отмечу, что из всех кандидатов вы сегодня были самой… яркой, – пытается быть любезной Кристина Владимировна. Да-да, яркой – подходящее слово. Настолько яркой, что каждый из них меня надолго запомнит. – Более того, мы с Макаром Сергеевичем по достоинству оценили ваше умение выходить из сложных ситуаций. Пусть и необычным способом.