Сладкий дикий рай

– Доброй ночи – выпалила Молли и поспешно удалилась.
Джесси заинтригован но прислушалась, как Молли и Джейми обменялись в коридоре приветствиями и как Молли спускается вниз. Тем временем отворилась дверь, и в спальню вошел Камерон, весь облепленный снегом. Он небрежно скинул плащ, не сводя с Джесси возбужденного, лихорадочного взгляда.. Так же на ощупь он принялся стаскивать башмаки, и ДЖЕССИ встревожилась. Неужели он снова разозлился на Роберта? Он заставил их прощаться в такой спешке, а ее чуть не силой отправил наверх…
  
Джейми кое-как расправился с камзолом, буквально содрал с себя рубашку, подвязки и чулки на пути к кровати и с каким-то варварским кличем бросился па перину, крепко прижал к себе Джесси и поцеловал что было сил. Она воспротивилась поначалу, но недолго оставалась равнодушной к волшебной истоме, растекавшейся по телу от его поцелуев и нежных ласк. Когда наконец Джейми нашел в себе силы отодвинуться, чтобы перевести дух, в его глазах плясали бесенята, а на губах играла лукавая усмешка.
– Что это значит? – поинтересовалась Джесси, облизнув припухшие губы.
– Это? Это называется страсть и неутоленное желание, мадам, которое я более не в силах подавлять, тем паче что мы наконец-то одни в этом доме!
– Джейми, ну что за грубость…
. – Это не грубость, мадам, – возразил он, вылезая из панталон. – Это щенячий восторг.
– Роберт – твой друг!
– Хм. И твой друг тоже. Скажи-ка, ты все еще только о нем и думаешь?
– Что?! – опешила Джесси.
Джейми ласкал ее грудь, прижимаясь к ней всем своим сильным, горячим телом.
– Ты все еще вздыхаешь по нему? Все еще жалеешь, что я так грубо и нахально поймал тебя в танце на Майский день?
– Что тебе нужно от меня? – хрипло спросила Джесси, побледнев при виде того, с каким напряжением давалось Джейми каждое слово. – Я вот-вот рожу тебе ребенка, а ты по-прежнему бранишь меня! Чего же ты хочешь?
Джейми смотрел на нее долго-долго, и пламя в его глазах стало совсем темным, почти черным.
– Возможно, я мечтаю получить вашу душу, миледи. Ту самую, к которой у меня нет доступа до сих пор.
– Ни одному мужчине не дано полностью завладеть женской душой! – в отчаянии вскричала Джесси. А про себя подумала, что в таком случае несчастная женщина будет полностью подчинена.
– А как насчет женщины, миледи? Дало ли хоть одной Женщине полностью завладеть душой мужчины?
– Ты говоришь загадками, и я ничего не понимаю. По-моему, ты и так имеешь все, что пожелал.
– Что пожелал… – с восторгом выпалил он. И приник к ней в страстном поцелуе, заставив загореться ответным Желанием.
В эту ночь он был удивительно нежен и сумел разбудить Джесси невероятную чувственность. Каждый раз ей казалось, что нельзя, невозможно испытать большее блаженство, однако Джейми возобновлял ласки, и оказывалось, что это ошибка, что есть новые, неизведанные высоты. Когда он наконец затих, Джесси совершенно вымоталась, но была на седьмом небе от счастья и прижалась к Джейми едва ли не с благоговением. Его рука немедленно легла на то место, которое некогда считалось у нее талией. Она напряглась, ожидая какой-нибудь колкости по поводу того, что является его собственностью и он все равно отучит ее смотреть на сторону.
Однако Джейми долго молчал, а потом вздохнул и ласково погладил огромный живот.
– Увы, моя милая, я сильно запоздал с плотскими утехами. Мне не следовало делать это нынче ночью – со страстью или без. Чувствуешь? Малыш дерется. Его возмутила моя грубость. Джесси, тебе не было больно?
– Нет. – Она обрадовалась, что темнота скрывает ее смущенный румянец. – Мне не было больно.
– Ну что ж, моя супруга, отныне и на несколько месяцев вперед вы будете свободны от меня. – И Джейми снова надолго замолчал, ласково поглаживая ее грудь. А потом внезапно вскинулся – темный силуэт в ночном мраке – и спросил: – Скажи-ка, Джесси, ты будешь рада? Или все же тебе будет не хватать этого… хотя бы немного?
– Джейми, пожалуйста…
Он резко отвернулся и соскочил с кровати, хрипло прошептав:
– Спи, Джесси.
– Джейми…
– Спи.
Чувствуя себя абсолютно несчастной, Джесси следила, как он отошел к камину. Камерон так и не обернулся в ее сторону, а неподвижно стоял возле огня.
Джесси хотела его окликнуть, но не посмела. Стоило открыть рот – и слова польются сами отчаянным, безумным потоком. И тогда он завладеет не просто ее душой, в его власти окажется ее трепетное, обнаженное сердце. А рисковать этим она не могла. Джесси устало зажмурилась и провалилась в забытье.
Утром все в их доме казалось каким-то необычным. Ленор с Робертом забрали с собой Кэтрин, и Чарити также отправили работать к новоселам, пока не найдут подходящую прислугу. Элизабет предложили остаться, если, конечно, Джейми не против. Джейми ничего ни имел против Элизабет – он стремился отделаться только от Роберта. Итак, Элизабет с Джесси с самого утра отправились навестить Ленор в ее новом доме, и сестра с радостью встретила их и провела внутрь так торжественно, будто приглашала во дворец.
– А вот этот уголок, – показывала она тесную каморку на втором этаже, – мы приготовим для детской.
– Ох, Ленор, неужели и ты?.. – радостно восклицала Элизабет. – И на каком ты месяце?
– Пока ни на каком, – хихикнула Ленор. – Разве что после вчерашней ночи… ну, Роберт был просто переполнен решимостью. – И она заговорщически улыбнулась Джесси. – Ах уж эти мужчины… Обычно он ведет себя мягко и ненавязчиво. А прошлой ночью заявил, что нам немедленно нужно обзавестись ребенком. Напомнил, как хорошо переносишь беременность ты, Джесси. А еще напомнил, как быстро ты понесла. – Она задумчиво потеребила свой золотистый локон, не спуская с сестры глаз. – Но чему же тут удивляться, ведь ты вышла замуж за Джей-ми Камерона, а он настоящий дьявол, когда… когда дело касается определенных вещей.
– Ленор!.. – смущенно охнула Элизабет.
– Ох, да хватит тебе притворяться невинной церковной мышкой! – засмеялась Ленор. – Ведь если говорить на чистоту, Джейми собирался жениться на мне. И время от времени я не могу не задавать себе некоторые вопросы.
Джесси уже давно залилась краской, однако Ленор решила выяснить все до конца.
– Это ведь не назовешь простым исполнением супружеского долга, верно? Ты чувствуешь удивительное возбуждение и истому, и ты…
– Ленор! – возмутилась Элизабет. – Посмотри, Джесси так неловко тебя слушать!
– Я вполне довольна, Ленор, – улыбнулась Джесси.
– Нет, Джесси, это про меня можно говорить вполне довольная, – добродушно засмеялась Ленор. – Я полагаю, что ты должна испытывать нечто большее.
Возможно, так оно и было, однако в последующие дня трещина, возникшая в ее отношениях с Джейми, угрожающе расширилась. Он покидал ее затемно, и постоянно был занят чем-то днем, и даже поздним вечером подолгу засиживался за рабочим столом.
Как и предполагал Джейми, Ленор с Робертом по-прежнему проводили у Камеронов большую часть дня – как будто и не было переезда в новый дом. Уже на третий день они явились к Джейми на обед. Молли сказала, что отец Стивен разрешил Джону Таннену обвенчаться, и Джесси с радостью сообщила эту новость всем сидевшим за столом.
Джейми с сомнением изогнул бровь и задумался: сама мысль о подобной свадьбе была слишком неожиданной. Во всяком случае, в Англии Джона наверняка сочли бы святотатцем, ведь не прошло и шести месяцев с того дня, как тело бедняжки Джоан предали морской пучине. Но здесь, в колонии, необходимость такого поступка диктовал здравый смысл, потому что Джон не мог справиться с хозяйством один – Сладкий дикий рай
  
– Отец Стивен согласился их обвенчать? – уточнил Джейми.
– Да. – Джесси замялась, но все же добавила: – Я бы хотела после церемонии устроить праздник здесь, в нашем доме.
За столом повисло неловкое молчание.
Наконец заговорила Ленор – быстро и решительно. Прежде всего такое событие станет вызовом правилам приличия, существующим в Англии. На что Джесси незамедлительно возразила, что они давно уже не в Англии. Стоя в углу, возле камина, сложив руки на своем округлившемся животе, Джесси негромко напомнила, что там, в Англии, ее тоже вряд ли станут принимать в так называемом приличном обществе.