Сладкий дикий рай
Джесси машинально кивнула, хотя вовсе не хотела соглашаться. У нее в голове не укладывалось, что Ленор может достаться такая роскошь, – гораздо проще было представить себя хозяйкой этого великолепного дворца. Стойло лишь зажмуриться, и перед глазами возникало очаровательное видение: несравненная Джесси, разодетая в пух и прах, не спеша спускается по полукруглой лестнице навстречу гостям. И они восторженно приветствуют ее и заверяют, что она самая очаровательная хозяйка во всех владениях короля Якова, та самая несчастная безродная девчонка на побегушках, которая сумела выбиться из нищеты и доказать, что простая девушка способна подняться над низменной простой жизнью и стать на равных рядом потомственными аристократами.
Пришлось одернуть себя: этот дом принадлежит Камерону.
– Пойдем выпьем кофе? – предложила Элизабет. – Голубая гостиная вон там. – И она кивнула в сторону Устной комнаты, где стены были обиты бледно-голубым шелком, а пол покрыт ковром того же оттенка. Перед мраморам камином с догоравшими углями стояли изящные полированные стулья. Потолок украшала искусная лепнина. Передвижной столик с серебряным сервизом был предусмотрительно подвинут к огню.
– Садись. А я буду разливать, – взмахнула рукой Элизабет. Но Джесси упрямо закусила губу и неловко улыбнулась:
– Элизабет, можно я налью кофе? – Этот напиток был ей неизвестен. Обычай пить кофе вывезли с варварского Востока, и только самые богатые люди могли позволить себе привозить его оттуда.
– Ну что ж, миледи, не стесняйтесь!
И пока Джесси наливала кофе, ей удалось довольно убедительно продемонстрировать свой актерский талант, вполне достойный таланта матери. Словно разыгрывая заученную роль, она принялась непринужденно болтать о некоем лорде таком-то, выступавшем в парламенте, и о леди такой-то, представленной королевской чете.
– …Только вот где это было? Ах да, ну конечно же, в Тауэре! А разве я не говорила, что леди Цветная Капуста Постоянно останавливается в Тауэре – конечно, по приказанию самой королевы – и всякий раз твердит, что в старом добром Тауэре блуждают привидения! И правда, если в Хэмптон-Корте можно услышать стоны Кэтрин Ховард, то почему бы Анне Болейн не слоняться по Тауэру с отрубленной головой под мышкой?
– Джесси! – Элизабет даже скорчилась от смеха – из те6я выйдет настоящая леди. Просто великолепная леди, если уж на то пошло!
– О да, совершенно верно! – раздалось с порога.
Джесси так и подскочила на стуле, разбрызгивая кофе. Элизабет от неожиданности выронила чашку. И обе уставились на Джейми Камерона. А он как ни в чем не бывало вошел в гостиную, на ходу стаскивая перчатки. По пятам за хозяином следовал Лаймон, готовый в любой момент подхватить перчатки и черный плащ. Джейми остался в жилете, алых панталонах и высоких сапогах для верховой езды. Протягивая слуге шляпу с плюмажем, он не забыл ласково поблагодарить его за расторопность.
Затем его внимание переключилось на незваных гостей, и хотя он весьма сердечно приветствовал Элизабет, в его манерах явно проскальзывало раздражение.
– Ты уж прости меня… – начала было Элизабет, но Джейми перебил ее, поцеловав в щечку:
– Элизабет, в моем доме тебе всегда рады!
Джесси молчала как рыба. Она стиснула до боли зубы и сжала кулачки. Опять он явился в самый неподходящий момент! Как всегда! Стоит ей размечтаться, и этот тип сбрасывает ее с небес на землю. И ей никуда не деться от грубой, несправедливой реальности, от его издевательской, наглой ухмылки! А кроме того, в памяти сразу всплыла их последняя встреча. Стоило посмотреть на него – и она затрепетала всем телом. Однако сейчас в его взгляде можно было прочесть только вежливое равнодушие: Джейми даже не потрудился поприветствовать ее!
– Я никак не ожидала, что ты сегодня вернешься.
– Заседание в Лондоне закончилось быстрее, чем предполагалось. Я вижу, что вы… хм… леди, пьете кофе? Надеюсь, меня простят, если я предпочту виски? – Камерон направился к буфету, где в хрустальном графине искрился ароматный янтарный напиток. Джейми налил себе виски и снова обернулся к девушкам, небрежно облокотившись на стойку. Джесси готова была провалиться сквозь землю под этим презрительным взглядом, сопровождавшимся ехидной улыбкой.
– Элизабет, нам, наверное, уже пора, – сказала она.
– Да, пожалуй… – согласилась та, но неловко повернулась, вставая из-за стола, и задела пышной юбкой свою чашку, так что ее содержимое вылилось на платье. – О Боже! Генри будет вне себя, его и так не уговоришь лишний раз купить ткань из Фландрии!
– Я не сомневаюсь, Лаймон выведет пятно в два счета, так же как Генри не станет злиться на тебя, Элизабет. – И Джейми позвал своего слугу. – Вот взгляни, Элизабет, пятно совсем небольшое.
– Леди Элизабет, если вы соизволите проследовать за мной, мы мигом все устроим.
– Джесси, я сейчас вернусь.
– Ох, Элизабет, может, тебе понадобится моя помощь…
– Мисс Дюпре, я уверен, что там обойдутся и без вас, – заявил Джейми. И с улыбкой преградил ей путь, не давая Джесси выскользнуть из комнаты. Она не посмела протискиваться мимо него, отвернулась, зашелестев юбками, и с преувеличенным вниманием принялась изучать рисунок на стенной обивке.
– А ты хороша, Джесси. Очень хороша, – негромко промолвил он.
– Да неужели? – Пожалуй, лучше все-таки повернуться к нему лицом. Бог его знает, что он может выкинуть у нее за спиной. – Ив чем же именно я так хороша?
– Абсолютно во всем, ты значительно повысила ставку.
– Я не делаю никаких ставок, лорд Камерон.
– Возможно, «миледи», – издевательски расхохотался он. – Вполне возможно. Твоя мать была актрисой. И ты унаследовала ее талант. Пожалуй, если бы я решил представить тебя ко двору, мне не пришлось бы опасаться, что ты выдашь себя отсутствием манер. Но ты все еще пичкаешь себя пустыми мечтами, Джесси.
– Вы действительно так считаете?
Он двинулся вперед, и Джесси инстинктивно попятилась, но вынуждена была замереть на месте. Он загнал ее в угол. А потом нагнулся почти вплотную, опираясь руками о стену у нее над плечами, и ухмыльнулся:
– Ты позволишь мне выразить словами то, что написано в твоих прекрасных, пронырливых и ох каких коварных глазках? Тебя привела в восторг элегантность этого дома, и ты вообразила себя его хозяйкой. Ах как жаль, что в придачу к дому пришлось бы повесить себе на шею столь скверного типа, как я! Но нет, как же я забыл! Конечно, это все должно принадлежать Роберту, ведь он никогда не посмеет склонять тебя к чему-то неприличному – напротив, он забудет о богатстве и положении в обществе, запросто пожертвует милостью принцев и королей ради сомнительной возможности стать твоим супругом. Вы с ним рука об руку будете править этим поместьем…
– Вас вполне могут убить на дуэли, – пропела Джесси елейным голоском. – А Роберт Максвелл вполне может влюбиться сильнее, чем вы думаете.
Джейми отвернулся, не спеша проследовал к камину и уселся на один стул, небрежно закинув ноги на другой. На Джесси, так и застывшую возле стены, Камерон посмотрел со снисходительной улыбкой:
– Роберт ни за что на тебе не женится. Но жениться ему в любом случае необходимо, да побыстрее. Он нуждается в невесте с хорошим приданым, потому что промотал в карты практически все, что имел.
– Вы лжете. Вы бессовестный и бессердечный, и такой же дикий, как те язычники из забытых Богом земель, которые приводят вас в такой восторг.
– Нет, Джесси, – медленно покачал головой Камерон. – Роберт – мой друг, и я не стремлюсь его опорочить. Напротив, мне пришлось сегодня поехать в Лондон, чтобы помочь ему выпутаться из беды.
– Вы были там по делам своего отца. – Думай, как тебе угодно.
– Но лучше бы я просто смирилась и сама залезла а вашу постель! Так, что ли? – возмутилась Джесси.
– Если уж на то пошло – да. Ты можешь сколько угодно тешить себя иллюзиями, можешь даже вообразить, что собственноручно отправила меня на тот свет, что полноправно распоряжаешься этим особняком и правишь моим поместьем ничуть не хуже благородной королевы!