Талисман для князя. Хо`шен императора

– Защищайте императора! – расслышала призыв Стужева, который при первом же залпе устремился к его ложе.
– Надо вывести людей! – Ванька ринулся к трибунам, и я побежала за ним.
Однако за границей рухнувшего купола я ощутила резкий отток сил. А еще привкус гнили на губах и знакомое ощущение грязной мерзости, разлитой вокруг.
– Там темники, стой! – вцепилась Ивану в предплечье и тут же отпрянула, как ужаленная. Одно прикосновение к парню вытянуло четверть немаленького резерва. – Что происходит? – опустила непроницаемый щит, о который он расшиб лоб с разбегу, и осторожно обошла Бельского по кругу, чтобы заглянуть ему в глаза.
  
А в них творилось странное: радужка потемнела до черноты, затем покраснела и под конец вспыхнула фиолетовым цветом. Вены под кожей противно вздулись, выпирая и бугрясь, будто черви. В магическом зрении ситуация выглядела еще необычнее. В районе солнечного сплетения у Ваньки бурлила воронка, в которую, как при урагане, затягивало все, что находилось поблизости. Воронка вбирала в себя темную, стихийную, защитную магию. Без разбора. Мой щит тоже затягивало, но я поддерживала его и не давала схлопнуться ценой жуткого перерасхода сил.
– Остановись! Ты что творишь? – попыталась докричаться до парня. – Если останемся без защиты – погибнем оба!
В какой-то момент щит все же лопнул, и нас тут же сшибло с ног разрядом молнии. Голову снова сдавило чужой волей, будто кто-то целенаправленно пытался до меня добраться. Однако и десяти ударов сердца не прошло, как атака захлебнулась, а меня подхватили на руки.
– Цела? – Алим прижал к себе крепко и потащил к ложе. – Этот урод тебя задел?
– Какой именно? – поморщилась, ощущая тяжесть в плече.
Из-за ментальной атаки сразу не поняла, что ранена. В ход пошел целительский амулет, принесший значительное облегчение. Ашкеназец усадил меня в кресло и принялся хлопотать над раной. В это время Игнат с Артемием затащили Ваньку, которому тоже досталось.
– Да что с ним такое? Еле донес, – брат устало отдышался и потянулся за накопителем.
– Погоди! – остановила Игната. – Отойди от него подальше. Все отойдите! Он втягивает в себя магию, как… как пылесос! Тьфу! Бездонная воронка. Щит потому и разрушился, что не выдержал двойного напора.
  
Глава 16
 
– Втягивает магию, говоришь? – Алим посмотрел на Григория Климентьевича, затем на Николая Георгиевича и Игната. – Вы понимаете, что это значит?
– Антимаг? – ахнул Демидов.
– Но как? Разве так бывает? А как же источник? Инициация? – загалдели остальные, и я была с ними солидарна.
– Мальчишка родился одаренным сверх меры, – принялся рассуждать Алим. – Первенец, в котором соединилась кровь двух золотых родов. Не удивлюсь, что проявились стихии обоих родителей. Такую силу следовало беречь и ограждать, чуть ли не с пеленок воспитывать в наследнике самоконтроль. Но что случается, когда на глазах ребенка гибнут близкие? Выплеск! И выплеск такой силы, что можно навсегда перегореть. Вот он и перестал быть магом, а последствия за столько лет исчезли. Внутренний источник схлопнулся, магические каналы истончились, теперь их не рассмотреть. Однако единожды осознав себя магом, невозможно смириться с участью быть обычным человеком. Думаю, парень не зря изнурял себя тренировками и укреплял тело. Он готовился и ждал своего часа, ведь в жилах бурлила кровь золотого рода. Вторая инициация пробудила бы исчезнувший дар или убила, но вместо этого магия открыла в нем иную способность.
– Мечи! – догадалась я, указав на рукояти в ножнах на поясе Ивана. – Помните, Ярослав ранил его, прежде чем упасть в источник? Это родовые артефакты, и они вытягивают силу противника даже из крошечной ранки.
Игнат потянулся было к чужому оружию, как Ванька перехватил его за руку и открыл глаза.
– Не нужно к ним прикасаться.
Морщась от боли, Иван приподнялся и сел, прислонившись спиной к стенке ложи. Обвел взглядом присутствующих и запнулся на мне.
– Прости, Нин! Я не хотел причинить тебе боль. Просто еще не научился управляться с новой способностью. Ощущение такое, будто земли с червями наелся. Тяжесть в животе и во рту привкус гнили.
– Хм, – присмотрелась к Ивану еще раз. – В данную минуту ты не тянешь магию. Но там, – указала глазами за пределы ложи, – будто не в себе был.
– Спасибо, что не бросили и спасли, – вымученно улыбнулся и, постанывая, поднялся на ноги. – Не знаю, насколько хватит защитного барьера, нужно вывести людей.
– Думаю, им ничего не угрожает, – высказался князь Демидов. – Если собрать факты, что мне тут пересказали, то целью был император и великие князья, способные оспорить власть. Хорошо, у нас при себе надежная защита имелась, а та, что установил прежний хозяин, разрушилась вместе с куполом.
– Темники! – процедила с ненавистью. –  Сразу за барьером, ограждающим источник, их гнилостная магия! Когда щит разрушился, ударили таким же импульсом, как и при прошлом нападении. Чуть мозги не спеклись. Алим, ты видел, кто напал?
– Слишком много людей и магических возмущений, – покачал головой ашкеназец. – Я почувствовал, что ты в беде, поэтому ринулся на помощь. Сама посуди, как в этом дыму можно что-либо рассмотреть?
Оглушающий треск магического удара заставил невольно пригнуться. Мне казалось, прошла вечность, когда мятежный князь отдал приказ «к бою!», а на самом на деле не больше пяти минут. Маги прощупали друг друга на слабые места, скоординировались и оценили обстановку. Для этого по громадному помещению пронесся воздушный ураган, развеявший дым. К Юсуповым подтянулись вассалы, не смеющие нарушить клятву, что давали сюзерену. Другие великие князья, защищая жен и детей, врубили щиты, которые теперь пушкой не пробьешь.
– Внук, ты как там, живой? – крикнул Голицын из своей ложи.
– Да! – отозвался Иван, чем вызвал волну недовольства со стороны повелителей молний.
Одна такая, сверкнув в воздухе, тут же ударила по стенке нашего укрытия. В каменной кладке появилась зигзагообразная трещина.
– Это ненадолго! – выкрикнул Юсупов.
– Виктор, не дури! – попытался приструнить мятежника Андрей Иванович. – Дай нам семьи вывести, а после поговорим по-мужски.
– А вашим семьям никто и не угрожает, – огрызнулся князь. – Сидите себе тихо и не мешайте.
– Не мешать чему? Вырезать род за родом? Вчера – Забелины, сегодня – Бельские, а завтра кто на очереди?
Пока главы родов переговаривались, мы решали, как быть дальше. Императорскую ложу накрывал непроницаемый купол, за которым не разглядеть, что происходит внутри. На трибунах для менее знатной публики тоже произошли изменения. Женщин и подростков оттеснили на дальние ряды, тогда как впереди расположились защитники. Двери, как и следовало ожидать, заговорщики заблокировали магией. Я разглядела элементы темных печатей, о чем тут же сообщила ближникам. За пределами защитных барьеров змеились потоки темной магии, соприкасаться с которыми человеку крайне нежелательно. Эта сила, как маркер, помечала жертвы, давила мощью и негативом, побуждала к агрессии и импульсивным поступкам. Подпадая под такое влияние, маг допускал ошибки и становился уязвимым. Несколько буйных гостей, в панике бросившихся к выходу и попытавшихся пробить путь на свободу, уже валялись в отключке. Имелись и раненые, но тем уже оказали первую помощь. Пока что жертвой заговора пали непосредственные участники – Ярослав и Ксения. А единственный человек, способный осадить Юсупова, ушел в глухую оборону. Князья же не давали клятвы не враждовать между собой.
  
– Что-то не так! – всполошился вдруг Артемий. – Я чувствую, в ход пошла родовая магия. Это дед, и он применил бы ее только в крайнем случае. Там император и наследник!
Мы все прикипели взглядами к ложе, вокруг которой висела непроглядная завеса.
– Император в опасности! – выкрикнул кто-то, так же почуявший угрозу. – Это покушение! Бунт!
Каким бы правителем ни был Федор Алексеевич, но все давали присягу или клялись в верности. Тут уже князья не имели права рассиживаться. Николай Орлов первым бросился к ложе, чтобы сломать защиту и пробиться внутрь. Его примеру, последовали князья других родов. Артемий тоже рванулся следом, но отшатнулся, когда по защитникам ударили маги Юсупова. Несладко пришлось тем, чьи щиты разрушились под разрядами молний. Окутавшись ледяным панцирем, Стужев снова ринулся к цели.