Талисман для князя. Хо`шен императора

– И его будет столько, сколько потребуется! – с жаром заверил Стужев. – Однако я постараюсь, чтобы ты определилась, как можно раньше. – Потянулся ко мне и оставил невесомый поцелуй на щеке. Потом еще один, и еще, пока наши губы не соприкоснулись.
– Подожди, я хочу признаться кое в чем – Отстранилась, прерывисто задышала, и посмотрела на молодого человека. – Помнишь, после вступительного экзамена, ты вместе с дедом пришел навестить меня в лазарете академии? Так вот, – добавила поспешно, – Семен Павлович сделал одно предложение. Ты должен знать, что он попросил пробудить эмоции, которые ты запретил себе испытывать после несчастья с родителями. Я согласилась, заранее предполагая, к чему это приведет. Если бы ты был похож на своего деда, привыкшего брать, что пожелает, и руководствующегося только интересами рода, мне бы не было так тяжело сейчас. Но ты другой! Открытый, честный и благородный. Я не в силах избавиться от чувства вины, что использовала твою личную трагедию, чтобы привязать тебя к себе.
  
– Так, проблема в этом? – удивился Артемий. – Я догадывался, что дед договорился с тобой, и благодарен за бесценную услугу. В противном случае, не узнал бы, насколько ты чуткая, смелая и целеустремленная. Ты говоришь, что думаешь, не ищешь выгоды в знакомствах и оцениваешь людей не по титулам, а по личным качествам. Нина, ты – настоящая! В тебе удивительно сочетаются сила и решительность, вера в людей, доброта и отзывчивость. Ты без оглядки бросаешься на помощь каждому, кто в ней нуждается. И продолжаешь это делать, даже если в ответ получаешь черную неблагодарность.
– Ох, Тём, ты ведь многого обо мне не знаешь. Помогать людям и защищать их – особенность родового дара, я не могу иначе. А в остальном… у друзей и родных перечисленные тобой качества в порядке вещей. В тебе они тоже есть. Вспомни, как помог двум незнакомым барышням перейти улицу. Я согласилась на предложение Семена Павловича, чтобы вернуть того мальчишку, запомнившегося мне в первую встречу. Мы все кого-то потеряли и научились жить с этим. Я прошу, не прячься за ледяным панцирем, как бы ни было тяжело. Там ты избавишься от страданий, но останешься совершенно один. А в мире, где живы чувства, найдется место состраданию, дружескому участию и поддержке.
– Я постараюсь! Спасибо за эти слова, – вымученно улыбнувшись, Артемий бросил взгляд в окошко и машинально покачал головой в такт невысказанным мыслям.
Видно, что ожидал другого ответа, которого я пока не могла ему дать. А что тут ответишь, когда совсем не до любви?
Паромобиль въехал на территорию Кремля, минуя два кольца охраны, и остановился у парадного входа. Стужев безупречно исполнил роль кавалера, помог выбраться из салона машины и повел внутрь, придерживая под локоток. Следующий пост охраны проверил нас на наличие запрещенных предметов, к которым относились боевые амулеты. Исключение составляли лишь родовые артефакты. Начальник гвардейского караула предупредил, что на территории дворца запрещено пользоваться магией, первым приближаться к императору, нарушать протокол и так далее. Покорно выслушав длинный список правил, мы получили пропуск, позволяющий беспрепятственно покинуть дворец, и направились дальше. В затылок уже дышала следующая пара, к которой гвардеец обратился с той же речью.
Пока я там стояла, ощутила десяток сканирующих плетений. В нишах за стенами кто-то следил за каждым движением и проверял на лояльность. Не говорю уже о плетениях, покрывающих саму комнату. Не зря начальник караула предупредил о запрете магических действий. Система безопасности среагирует на малейшую угрозу и оставит от нарушителя горстку пепла.
Наши имена, объявленные зычным басом распорядителя, потонули в гуле голосов многочисленных гостей Его императорского высочества. За всеми волнениями забыла, что бал давался по случаю совершеннолетия Алексея Федоровича.
– А подарок? – «вовремя» спохватилась я.
– Не переживай, уже у имперских магов, – успокоил Артемий. – Такие вещи готовятся заранее. Никто не позволит передать наследнику непроверенный предмет. Бывали, знаешь ли, в истории случаи, когда дарили проклятые вещи или неисправные артефакты, взрывающиеся в руках именинника. Пойдем, поздороваемся с виновником торжества.
Цесаревича окружала толпа придворных, среди которых затесалась четверка сильных магов. Сам Алексей в алом церемониальном наряде, с отделкой золотом, выглядел величаво. Даже манера держаться на порядок отличалась от той, с которой он разгуливал по академии. Я мельком отметила знакомые лица, дернувшись только на злом взгляде Агнияры, красующейся в оранжево-красном наряде. Ее спутник – под стать, в темно-бордовом камзоле с серебряной обстрочкой и с ядовитой улыбочкой на губах. Ярослав Бельский собственной персоной. И смотрит так пристально, радуется чему-то.
– Алексей Федорович, – опустилась перед наследником в реверансе, – от души поздравляю вас с праздником!
– Княжна Леви? – припомнил меня цесаревич, которого тут же поправили, подсказав на ушко принадлежность другому роду. У молодого человека изумленно вздернулась бровь. – Нина Забелина? И даже глава рода? Постойте, ничего не понимаю. Вы ведь в этом году только поступили в академию? Экзамен еще вызвал переполох в столице. Вам же еще шестнадцати не исполнилось?
– Верно, Ваше высочество, – торжествующе улыбнулась. – И тем не менее, я прошла вторую инициацию в родовом источнике и намерена заявить сегодня, что род Забелиных не погиб.
– Невероятно! – ахнул кто-то из прихлебателей. – Вот так новости!
– В таком возрасте проходить инициацию опасно, – Алексей Федорович не зря славился теоретическими знаниями, и о таких нюансах рассуждал не хуже заправского мага. – Вы сильно рисковали. Выходит, у Каменной пади теперь появилась хозяйка?
– Так и есть, – кивнула.
– Тогда почему с имения до сих пор не снято охранение? – проявила осведомленность Агнияра. – Откуда нам знать, что княжна, или кто она там теперь, не прошла инициацию в другом месте, а печать подделала?
– Потому же, почему я включила охранную систему шесть лет назад, когда на имение напали, убили всех членов рода Забелиных и едва не уничтожили источник! Это было сделано для того, чтобы обезопасить родной дом от врагов!
– Судя по тому, что вы живы и здоровы, уничтожили не всех, – констатировал очевидное наследник.
– Вас это огорчает? – вырвалось с обидой. – Потому что врагов семьи этот факт беспокоит до сих пор, раз они регулярно подсылают убийц, – выразительно посмотрела на побледневшую Агнияру.
– Вовсе нет! Как вы могли такое подумать? Император заботится обо всех подданных. Я немало удивлен, что кто-то уцелел, ведь нам доложили о гибели всего рода, и вас в том числе.
– Слухи о моей смерти преувеличены, тем более, что убийца как раз и позаботился, чтобы их распустить!
– Вот как? Пожалуй, отец пожелает услышать эту историю целиком. Надеюсь, у вас имеются веские доказательства для обвинений? Есть свидетели, что обряд проводился в родовом источнике?
– Есть! Свидетельствую, что Нина Константиновна инициировалась в Каменной пади, – опроверг Артемий лживые обвинения Шумской. – Я лично присутствовал и клянусь, что она говорит правду.
– О чем спорите, господа? – вмешалась Ольга Орлова, незаметно присоединившаяся к компании. – Я тоже готова подтвердить, что Наами сегодня инициировалась в источнике, и что она чистокровная Забелина.
– В таком случае проблем с признанием княжны Леви главой рода Забелиных не возникнет. Артемий, а ты молодец! – усмехнувшись, цесаревич легонько стукнул кулаком по плечу парня. – Невесту с солидным приданым отхватил, да еще и сироту круглую. Когда только успел?
  
– Вот и мне интересно, Артемий Петрович, как ты умудрился на инициацию попасть? – раздался из-за спины вкрадчивый голос Стужева-старшего. – Я решил, что ослышался, когда распорядитель назвал имя твоей спутницы. Господа, позвольте на правах родственника украсть ненадолго эту влюбленную парочку. Хочу лично поздравить с инициацией. Раз уж детки за спиной сговорились.