Талисман для князя. Хо`шен императора

– Смелые? Я же труси-иха! – плаксиво протянула Ирина. – Как увидела, что чуть человека не убила, так и пошевелиться больше не смогла.
– А больше и не надо было, там защита сработала. Граф ничего бы тебе не сделал. – Я подала очередную стопку салфеток, которых расстроенная девушка извела уже полпачки. – Кстати, не одолжишь сережки? Как раз и посмотрим, как все происходило. Запись избавит тебя от обвинений и послужит доказательством, что граф Шереметьев повел себя недостойно.
  
– Наами, я думала, вместе посмотрим? – Орлова проводила драгоценности с магической начинкой тоскливым взглядом.
Я сразу, как получила серьги от Кочетковой, припрятала их за пазухой.
– Извини, – покачала головой и взглядом указала на участницу недавних событий. Ни к чему бередить свежую рану. – Я должна как можно быстрее передать запись нашим юристам, чтобы они сняли обвинения с Варфоломея. Думаю, представители рода Шереметьевых тоже зашевелились. Кстати, Ир, переночуй сегодня у нас. Я домой собираюсь и вернусь только утром, а тебе не стоит оставаться одной. Оль, ты же не против?
– Я? Это когда я от компании отказывалась? – удивилась княжна. – Ты вон целыми днями где-то пропадаешь, потом сваливаешься на голову с ворохом проблем, быстренько их решаешь и исчезаешь в поисках новых.
– Эмм, – виновато потупилась. – Ну, что я могу с этим поделать? Кто бы знал, как я хочу просто учиться и не задумываться ни о чем другом! Но я теперь глава рода, и на мне лежит ответственность за людей.
– Вот-вот! Надо уже что-то делать с этой ответственностью, – пробурчала подруга. – А то так жизнь пролетит, не заметишь.
– И я тебя тоже люблю! – Подошла к девушке и крепко ее обняла. – Присмотри за Ириной, а то еще наделает глупостей.
– Куда ж я денусь? Но и ты там не рискуй сильно и возвращайся поскорее. – Ольга в ответ чмокнула меня в щеку на прощание и добавила ехидно. – Мне тебя очень не хватает на утренних тренировках у господина Чернецкого.
– Ну, так у нас скоро ожидается пополнение состава. Ир, ты же собираешься посещать факультатив по мечному бою?
– А? – Пока мы болтали, Кочеткова притулилась у стеночки и задремала. – Собираюсь, конечно. Вот только экзамены сдам, и сразу приступлю к занятиям. – Девушка широко зевнула, прикрыв ладошкой рот, и сонно посмотрела на нас. – Где тут ванная комната? Я бы освежилась перед сном. И мне бы еще во что-нибудь переодеться?
Я молча подошла к шкафу, достала сорочку, банный халат, полотенце из собственных запасов. Учитывая, что я частенько ночевала дома, то этими вещами не пользовалась. Размер только маловат. Но не критично, если одежда для сна будет чуточку короче принятых стандартов.
– Вот! – вручила вещи Ирине. – Оставишь себе, я не обеднею.
– Все! Иди уже, благодетельница! – фыркнула Орлова. – Мы тут дальше сами разберемся.
Прежде, чем отправиться домой, заскочила на Егоркин чердак, где меня дожидался Ванька. И уже вместе с ним переместилась в особняк. Алим вызвал двух ушлых адвокатов, которые только и ждали отмашки, чтобы вцепиться в господина Преображенского бульдожьей хваткой. Пока они сдерживали прыть из-за невыгодной позиции, в которой оказался Ромка. Поступал он в академию под фамилией Гладьев, как простолюдин. А набил морду цельному графу! С другой стороны, в академии нет титулов – студенты равны между собой. И все же некоторые ровнее, это приходилось учитывать.
Просмотр событий глазами Кочетковой оставил гнилостный осадок. Шереметьев без прикрас описал судьбу одаренных, присягнувших на верность сюзерену. Мужчины клялись служить князю и выполнять приказы, а женщины соглашались на роль прислуги или племенных кобыл. Воспитывать собственных магов выгодно, ведь они будут повязаны клятвами и не уйдут на сторону. Для Ирины возможность стать боевым магом – шанс на лучшее будущее. Каждый род придерживался подобной политики, но не каждый глава обращался с людьми, как со скотом. К сожалению, Евгений был прекрасно осведомлен, что у Ирины и ее сестры разные отцы, а младшая девочка родилась вне брака. Выставлять эти подробности на разбирательстве, означало еще раз вывалять имя Кочетковых в грязи.
– Нужно найти другое решение, – высказался Полозьев-старший, за которым я смоталась в Каменную падь. – Раз внук за Ирину заступился, значит, достойная девушка.
– Но эта запись избавит Варфоломея Никитича от серьезных обвинений, – возразил адвокат. Алим вместо ответа недоуменно повел бровью, и тот сразу же исправился. – Понятно, поищем другие варианты. Позвольте уточнить тогда, к какому сословию принадлежит молодой человек?
– Полозьевы из рабочих людей вышли, – ответил Савва Никитич, – дворянство ненаследное удалось получить. Но теперь и рода, как такового, не существует, так что…
– Отчего же? – резонно возразила я. – Забелины – древняя фамилия, хоть и в медную книгу записана. Официальная церемония принятия в род для Ромки не проводилась по иным соображениям, но упущение легко исправить. Теперь это даже необходимо сделать, чтобы брата защищало не только имя, но и магия рода.
– Нина, а ты сможешь ненадолго вытащить нашего гения из карцера? – уточнил Алим.
– Эмм, почему нет? Не знаю только, насколько плотно следят за пленниками. И нет ли в камере магических сигналок, сообщающих, что обитатель его покинул.
– Если такие и есть, то их наверняка можно обойти. Ромка справится! – с жаром заверил артефактор. – На крайний случай, место внука займет кто-нибудь другой. – Мужчина выразительно посмотрел на Ивана.
– Согласен! – не моргнув глазом, тут же ответил парень.
– Тогда идем в лабораторию, наложу иллюзию, да и из одежки чего-нибудь подберу, – Полозьев вскочил с кресла и рванул к двери.
– Подождите! Принятие в род не означает автоматическое получение дворянства. Для этого потребуются подтверждающие документы из Дворянского приказа, внесение в реестр и прочие бюрократические заморочки, которые не решишь за один день. Вспомните, сколько пришлось обойти инстанций, чтобы восстановить меня в правах наследования! А результат нужен утром, Шереметьевы ждать не будут.
– Что же, господа, – Алим выразительно посмотрел на адвокатов, – Наами права. Поэтому готовьтесь вызволять из карцера княжича Полозьева-Леви.
– Алим Осипович! Да как же это? Такая честь! – заохал Савва Никитич, хватаясь за сердце. – Неужели сделаете Ромку князем?
– А чем он не князь, раз Наами кровным братом приходится, а она мне кровной сестрой? Мы давно уже породнились, только повода официально оформить это не находилось, – ответил ашкеназец. – Вы тоже собирайтесь, если не возражаете стать частью ашкеназского народа.
– Да я… – расчувствовался артефактор. – Я мигом! Уже собран. Такая честь! Не думал уже на старости лет сподобиться.
– Спасибо! – просияла лучезарной улыбкой и подошла к Алиму. Обняла его, прижавшись к груди. – Спасибо за все, что делаешь для нас, для семьи.
– Иван Игнатьевич, пойдемте же скорее, – Полозьев сразу повеселел, заторопился.
Не размыкая объятий, я посмотрела на парня, который не спешил отзываться на приглашение. Ванька, прищурившись, глядел на меня и Алима. Когда наши взгляды встретились, парень отмер и размашистым шагом направился к выходу. Старший Полозьев, пританцовывая, поспешил следом за ним.
– Мне необходимо переодеться, – отстранилась от мужчины, испытывая неловкость в первую очередь перед ним.
– А мне – связаться с поверенным в Вене, – ашкеназец с грустным вздохом выпустил меня из рук.
Помощников князя разместили в специальном кабинете, где они работали во внеурочное время. К их услугам были курьеры, магпочта и слуги, готовые выполнить любой приказ. Я отправилась к себе, где посетила ванную комнату и переоделась в дорожный костюм. Спрашивается, когда тут учиться, если каждую ночь приходится решать жизненно важные дела?
  
Вернувшись в гостиную, я оторопела, наткнувшись на обоих Полозьевых, мирно беседующих за чашкой чая. Только потом сообразила, что в кресле слева сидит не брат, а Иван, примеривший иллюзию друга.