Расписание моей судьбы (СИ)

Тем временем Киран, продолжавший делать вид, что все еще крепко спит, вздохнул и сменил позу — перекатился на спину, будто бы приглашая Ноэль верховодить и дальше. Его еще больше напрягшийся член тяжело проехался по животу и замер в окружении смоляных кудрей. Ноэль полюбовалась на него и, не удержавшись, все-таки провела кончиками пальцев от основания к уздечке, а после еще и пощекотала ее невесомо — уже языком.
  
Киран вздохнул громче, но глаза так и не открыл. «Ах ты так!» — подумала Ноэль и улыбнулась хищно. Теперь хотелось не долгих прелюдий, не игр, а быстрого жаркого секса. И чтобы Киран кончил, а она сама после смогла заснуть у него в объятиях, с удовлетворением думая о его семени внутри своего тела… И о том, к чему это может привести…
От этих мыслей сразу бросило в жар. Ноэль нетерпеливо приподнялась на колени, а после оседлала Кирана, направляя его вполне готовое к соитию естество внутрь своего тела.
Это подействовало: до этого момента их сексуальные контакты всегда были защищенными. Памятуя о незаконности их любовной связи и о строжайшем запрете магикам заводить детей от обычных людей, Киран всегда использовал кондомы. Вот и сейчас он придержал Ноэль за бедра и совершенно несонным голосом заговорил о необходимости…
— Уже нет, — перебила его она и опустилась до конца.
— Ты…
— Там на комоде лежит одно крайне любопытное официальное письмо, которое…
— Я его прочел, но…
Ноэль замерла. Но? Если Киран прочел написанное и теперь выглядит таким неуверенным, то, может, Ноэль в очередной раз что-то не так поняла, в чем ошиблась?
— Но я должен прежде спросить: ты… ты действительно согласна принять участие в этом эксперименте?
— Глупый, — мгновенно успокаиваясь, выдохнула Ноэль и, наклонившись, с удовольствием поцеловала Кирана в губы, а после прямо в растерянный глаз, почувствовав, щекотное прикосновение ресниц, опустившихся в последний момент.
— Я не глупый. Просто я отдаю себе отчет в том, какая пропасть между нами!
— Пропасть? — Ноэль шевельнула бедрами, а после напрягла внутренние мышцы, сжимая внутри себя член.
Киран вздохнул хрипло и положил широкие ладони ей на талию, осторожно включаясь в неторопливый темп соития:
— Ты же понимаешь, про что я.
— Хочешь сказать, что я не могу хотеть детей от такого, как ты? Просто потому, что я — это я, а ты — обычный человек, работяга из паромобильной мастерской?
— Ну… Наверно, все же…
— Я люблю тебя, Киран. И да, я хочу от тебя детей. А потому я намерена воспользоваться решением поставить на мне очередной эксперимент, а заодно и твоим роскошным телом по полной. А ты… ты, если хочешь того же, если хочешь жить со мной и дальше, если не против подарить мне сына или дочь, а может, сначала сына, а после дочь, можешь поучаствовать в этом поактивнее!
И тогда Киран рассмеялся и показал, насколько активным в достижении интересующей его цели он может быть. Ноэль кончила первой, а после лежала и наслаждалась, любуясь лицом теперь нависавшего над ней любимого мужчины: немного заросшим щетиной, с приоткрытыми губами, с длинными черными ресницами, подрагивавшими на щеках. Да и ниже все было прекрасным: сильная шея, в основании которой торопливо бился пульс; широкая грудь, украшенная темными сосками, будто зрелыми вишнями; нервно подрагивающий живот… и наконец место, в котором сейчас соединялись их тела.
— Мое! — прошептала Ноэль и вновь напрягла внутренние мышцы, сжимая внутри себя до этого плавно скользивший член.
Киран взвыл, задвигался рвано и сильно, уже не сдерживая себя, а потом замер, застыл совершенной статуей под названием «Пик страсти».
— Боже мой… — пробормотала Ноэль, обводя дрожащими пальцами мокрое от пота лицо Кирана.
Тот засмеялся и позволил себе опуститься, придавливая Ноэль своим весом. Но всего лишь на мгновение — секундой спустя с присущей ему деликатностью он вновь перекатился на спину. Оказавшись распластанной у него на груди, в кольце его рук, Ноэль вздохнула удовлетворенно и пристроилась поудобнее. Прямо под ухом, постепенно успокаиваясь, билось сердце. Чужое и в то же время свое. Ноэль лежала и слушала его ритм. Говорить не хотелось. Вот если бы Киран по старой памяти записал свои мысли и свои фантазии на бумаге, дополнив этим новым посланием интимное расписание их, кажется, уже общей судьбы…
— Все, что сейчас кипит во мне, я напишу тебе завтра, любовь моя, хорошо? — Тихий шепот коснулся макушки вместе с теплом дыхания. — И о моей любви к тебе, и о последствиях того, что только что произошло между нами — поверь, бесконечно желанных.
Ноэль улыбнулась, ничуть не удивившись, что Киран вновь, в который раз угадал ее желания. Наверно, нужно было что-то ответить, но тут оказалось, что притворяться спящей штука исключительно приятная: можно просто молча лежать и наслаждаться томным, растекшимся по всему телу удовлетворением. И тишиной, разбавленной лишь привычными и оттого уютными звуками вновь засыпающего вокруг родного дома, в котором теперь еще и поселился дорогой сердцу человек.
Человек, который теперь, кажется, еще и станет не просто любовником, но мужем. И отцом чудесных малышей, рожденных ему Ноэль в рамках нового магического эксперимента. Да! Именно так! Наверняка это была идея Софии, которая придумала эту научную версию. Согласно ей магичка, сумевшая сделать такой колоссальный прорыв в изучении магии и укрепившая силу своего дара способностью подпитывать его извне, могла оказаться способна и на то, чтобы передать частичку своей колдовской сущности даже детям-полукровкам, рожденным от обычного человека. Наделить и их даром!
Да, наверняка это была идея Софии, которая таким вот образом решила обеспечить подруге полное в ее понимании счастье. Да и не только в ее, судя по тому, что добро на сей «научный эксперимент» было дано незамедлительно и подписал его самолично глава Департамента магического контроля, который ко всему еще и взял все это под личный контроль.
Ноэль хмыкнула, представив себе то, как генерал Алексис Грювер-л’Ету осуществляет этот самый «личный контроль» за тем, что происходит в спальне его друга Кирана Диггори. Или помогает с процессом родовспоможения... Положив руку на живот, Ноэль улыбнулась, не открывая глаз. Сон вновь подкрался на мягких кошачьих лапках и заурчал прямо над ухом успокаивающе-размеренно.
И тут, вырывая из теплой дремы, шевельнулось новое воспоминание: ночь, проведенная здесь, на этой самой кровати, в этой спальне, с Аароном. Ноэль было внутренне скривилась, отталкивая от себя непрошенное видение, но тут вдруг подумалось о другом. О том, как сильно тогда мешало гудящее присутствие чужой магии рядом! Помнится, Ноэль тогда как раз лежала и размышляла о семьях, в которых супруги спят не в отдельных спальнях, как она когда-то с Питером, а в общей постели, но при этом каким-то образом умудряются не замечать напряжение чужого магического поля по соседству. Что ж, теперь ответ на этот вопрос нашелся сам собой. Даже если бы Киран был магиком, и сейчас рядом с Ноэль гудел столб его внутренней силы, ничего бы это не изменило. Ведь когда в унисон бьются сердца, заключенная в них магия тоже становится созвучной. И эта самая созвучность — и есть любовь!