Бесконечная история (СИ)

— Так до вчерашнего дня они на нас особо внимания не обращали. А вчера королева опять утопила назгульего предводителя…
Двадцатью годами ранее, в Мордоре
У развалин Барад-Дура собрались орки. Один из них, обнаженный до пояса и татуированный где только можно, шагнул вперед. Остальные встретили его выход восторженным гулом, к которому бэк-вокалом примешивалось завывание варгов. Сразу стало ясно, что это новый лидер. Татуированный орк забрался на осколок башни, встал на выступ, который когда-то был балконом, и начал речь:
— Братья! Вот уже двадцать лет, как наш Властелин отправился за море из-за мелкого полурослика. Ему-то хорошо: прыгнул в вулкан, помер, Повелителя развоплотив, но как теперь оркам жить, если кругом бегают ебатые гондорцы с не менее ебатыми лошадниками, опасность ищут?
— Да! — закричали орки, а варги завыли еще громче.
— Какая здесь опасность… Мы уж не знаем, что делать без Повелителя.
— Правильно говоришь!
— Так что же нам делать?
— Да, что? — горестно выдохнула сразу сотня глоток.
— Я вам скажу! — предводитель сделал эффектную паузу, с торжествующим видом оглядев притихшую толпу. — Мы вернем Властелина обратно!
— Звучит хорошо, — оскалил пеньки некогда острых зубов совершенно седой орк без левого уха. Его считали шаманом и потому до сих пор не съели. — Но как это сделать? Он всегда приходил сам.
— Так было раньше, Радбуг, — татуированный гордо выпятил грудь. — Но теперь я узнал, куда именно он ушел. Эй, парни, тащите ушастого!
Несколько дюжих мордорских «парней», одетых только в набедренные повязки, вытащили из развалин долговязого и худого эльфа, который сжимал в руках арфу, время от времени кидая дикие взгляды по сторонам.
— Эй, ты! Расскажи народу про Мандос.
— Это Чертоги Владыки Судеб, куда эльдар попадают после смерти. Поэтому мне все равно, как именно вы умертвите мою плоть…
— Да-да, мы поняли. Этот Владыка встречает всех умерших?
— Да.
— Он знает, где наш Властелин?
— Полагаю, что Намо лично выкинул Саурона за грань к его господину.
— Отлично! Тогда мы идем в гости к этому Намо и требуем вернуть Властелина.
Старый шаман не спешил проявлять радость.
— Но он же, — кивок в сторону эльфа, — сказал, что Чертоги Мандоса только для эльдар.
— Точно! Все эльфы попадают туда. Но, — предводитель поднял вверх узловатый когтистый палец. — Вы же знаете, я всегда был любознательным. И вот, еще маленьким орком, я залез в покои к Самому Властелину… на спор с приятелем. И нашел там Черную Книгу.
Толпа разом выдохнула: книг в Мордоре не водилось, поэтому орки считали, что там пишут сплошь великие откровения. А уж Черная Книга из покоев Самого Властелина и вовсе должна была содержать нечто особенное.
— Этот эльф, — орк дружески хлопнул пленника по плечу, от чего тот охнул и скособочился, — перевел ее для меня. И там написано… что мы и эльдар были одним народом!
Казалось, что все собравшиеся заговорили разом, и речи сводились к тому, что «да ладно, и не похожи ничуть».
— Это Мелькор, учитель нашего Властелина, сделал нас столь замечательными. Но поскольку мы с этими, — орк брезгливо ткнул пальцем в эльфа, — все же родня, то мы тоже можем попасть в Мандос.
— Как именно?
— Я как раз подхожу к этому. Я отберу дюжину самых лучших воителей, которые впечатлят Мандоса количеством шрамов, и мы будем каждый день упражняться в эльфийских искусствах. А впрочем… я думаю, что немного… как ее там… а, «культуры» нам всем не помешает. Эй, остроухий, сыграй что-нибудь.
Криво усмехнувшись, эльф пробежал пальцами по струнам. Зазвучала Нолонданте, одна из наиболее грустных песен, когда-либо сложенных у эльдар. Орки, услышав первые аккорды, загалдели, а когда менестрель начал петь — и вовсе пустились в пляс.
— Ты думаешь, что из этого что-нибудь выйдет? — пользуясь суматохой, Радбуг подошел поближе к вождю.
— Песни, рисунки, рифмы там всякие каждый день десять лет? Да чтобы избавиться от такого, мои воины встанут в очередь, кому первым искать Намо в этом эльфийском мертвятнике. И, полагаю, найдут. В таком деле главное — нужный настрой.
 
Повинуясь его жесту, все те же двое полуголых орков сноровисто развернули черное полотнище, где белой краской было написано: «Все орки попадают в Мандос». Стихийно начавшийся праздник набирал обороты.
Аман, десять лет назад
Это был самый обычный день в Благословенном Амане. Ничто не предвещало беды: небесную синь не пятнало ни облачка, птички заливисто пели у входа в Чертоги Мандоса, а сам Намо играл с братом Ирмо в подсмотренную у средиземцев настольную игру. Отдав сопернику Ангмарца, Намо рассчитывал на мат на двадцать пятом ходу с вероятностью один к четырем. Конечно, долго так продолжаться не могло.
— Бум!
От шума, казалось, вздрогнули стены, а с потолка за шиворот Мандосу посыпалась каменная крошка. Ирмо с испугу уронил под стол Черный Ортханк и полез его искать.
«Надо было еще эпоху назад дожать Ауле с ремонтом Чертогов», — недовольно подумал вала, быстро освободив стол от фигур и приняв грозно-величественный вид.
Оказалось, что шум был всего лишь вежливым стуком в дверь. На пороге зала появились… орки. Намо с трудом подавил желание протереть глаза (да-да, за столько эпох даже он набрался вредных привычек).
О том, что случилось дальше, хорошо повествует народный фольклор.
  
«Как наши герои к Намо за властелином ходили»
 
Сказание появившегося у орков барда
Наши отцы рассказывают, что в дальние времена потерял народ орков своего Властелина, и начался разброд и шатание промеж разных родов. Ни один род в одиночку не мог бороться с врагом, слишком сильны были победители, слишком хорош их новый король.
Собрались все орочьи роды на великий совет и порешили идти в дальнюю землю Валинор, просить Великого Отца дать народу орков нового Повелителя. И стало по слову их. Гордо стояли вожди трех главных кланов, не склонив голову, перед тронами высших сил, хоть и больно им было смотреть на сиятельных владык. Вскинулись тут прочие эльфы со словами, что не пристало нечистым оркам топтать священную землю и осквернять взор Владык своим видом. И направили на послов острые копья. Но стояли наши вожди не шелохнувшись.
И сказал тогда главный меж Владык:
— Великий Отец не делает разницы между своими детьми, какой бы ни был у них цвет кожи. Он доволен дивными эльфами, но не меньше доволен он храбрыми орками. О чем пришли вы просить Великого Отца? Его уши открыты всем, так что говорите, не бойтесь!
Так ласково держал с ними речь главный меж Владык, и устыдились эльфы, а иные затаили злобу.
Выступил тогда вперед один орк, что ловчей других умел плести словесные веревки. И рассказал о тяжких испытаниях, выпавших на долю народа орков после того, как лошадники, люди нового короля и эльфы пришли и забрали их земли. А потом пришли гномы и выгнали всех из-под земли.
— Бежал в плаче и стар, и млад, и негде было голову преклонить. И не было над нами Повелителя, чтобы заступиться за свой народ, — говорил старый орк, и слова его хлестали слушателей, будто бич. — Плохие времена настали для нас. А ведь когда-то народ урук-хай был столь многочисленным, что птица уставала и валилась замертво, не сумев пролететь от головы до хвоста всего одной воинской колонны! Пожалей нас, о Великий Отец! Мы ведь тоже твои дети! Так написано в Черной Книге, которую мы нашли в покоях бывшего Повелителя. А нынешние владыки Средиземья, обращая взор в прошлое, видят только мертвых эльфов и людей, но не орков. Смилуйся над нами, верни нам нашего Предводителя, если не хочешь, чтобы прервался род орков тихо и бесславно!
 
Закончилась речь, и тяжелое молчание повисло над тронной залой. Молчали Стихии на своих тронах, задумавшись крепко. Молчали и эльфы, больше не пытаясь вытолкать наших послов взашей, а иные прятали глаза. Наконец ответил им Намо, владыка Чертогов, поднявшись с трудом со своего трона: