Святоша (СИ)

– Что?
– Ты скажи, есть ли в этом смысл?
– А что, если я скажу «нет», ты так просто отступишь?
– Нет. Просто быть настойчивым гораздо приятнее, когда есть уверенность, что в тебе тоже заинтересованы. Кажется, это называется здоровыми отношениями.
– Ох, – Ида обхватила горящие щеки ладонями. – Отношениями… Даже не знаю, что сказать, учитывая, что еще месяц назад я ни о чем таком даже не помышляла.
  
– Можешь сказать, что я заставил тебя… помыслить, – повел бровью, понукая ее быть смелее. Ида испуганно хохотнула.
– Ну, я совру, если скажу, что это не так.
– Видишь, как все просто?
Я ей подмигнул и, испытывая странное довольство, вышел в коридор, чтобы перетащить елку в гостиную.
– У тебя есть подставка?
– Да, сейчас!
– А топорик найдется? Снизу не мешало бы обрубить пару веток. Если нет – попытаюсь отчекрыжить ножом…
– Есть топорик для разделки мяса!
– Ну, не знаю. Давай попробую. Если что – попросим у соседей.
Пока я воевал с деревом, Ида накрыла на стол и достала из бара бутылку. Наши взгляды то и дело встречались. Она смущенно улыбалась, отворачивалась и продолжала суетиться дальше, чтобы снова залипнуть на мне десятком секунд спустя.
– Скажи!
– Что сказать?
– Тебя явно что-то смущает.
– Понимаешь, это же наш с Ильей дом… – пролепетала Ида, вновь отвернувшись.
– А-а-а, понятно. Расслабься, Ида. Мы собираемся просто поужинать, – хмыкнул я, чтобы разрядить обстановку, хотя, если честно, эмоции шарашили так, что мама дорогая. Но я ее понимал, да. И над этим тоже стоило как следует подумать…
Ида облегченно рассмеялась.
– Ну-у-у, если ты не планировал отужинать мной...
– Еще как планировал. Но не сегодня, – просипел я, отворачиваясь к елке. – Ну что? Вроде ничего? Не криво?
Ида откашлялась.
– Нет. Хорошо. Сейчас достану игрушки… Или сначала перекусим?
– Как хочешь.
– Тогда мой руки и садись за стол.
Я послушно поплелся к раковине. Ида прошла к столу, поправила скатерть и вдруг обернулась к проигрывателю. Самому настоящему винтажному проигрывателю, в тумбе под которым хранились десятки виниловых пластинок. На секунду остановилась, вероятно, вспоминая что-то из своего прошлого, а потом решительно выудила одну.
– Ты не против музыки?
– Я только за.
  
Глава 15
 
Павел 
– Ну? Что скажете, Павел? Как вам?
– Просторно, – ответил я, хотя это, конечно, было слабо сказано. Просторно – это когда хватает места для шкафа, дивана и письменного стола. А здесь… Здесь было ощущение воздуха.
Пентхаус встретил нас мягким светом и тишиной, от которой закладывало уши. Панорамные окна от пола до потолка открывали вид на город, окутанный лёгкой морозной дымкой. На закате всё это сверкало, будто где-то там, в поднебесье, на границе, очерченной горизонтом, полыхал пожар. От такого вида буквально перехватывало дыхание.
– Да вы подойдите, подойдите… – подзуживал меня риелтор.
– Ого, – выдохнул я, пройдя пару шагов вперёд по устланным широкой доской выбеленного дуба полам, гармонирующим со стенами, выкрашенными в приятный оттенок на стыке белого, бежевого и серого. И ничего тебе лишнего. Ни лепнины, ни крикливых вставок. Только воздух… Отчего складывалось полное ощущение, что я иду в облаках.
– Застройщик работал с дизайнером, – пояснил риелтор, важно поправляя лацкан своего пальто. – Лофт с элементами минимализма. Итальянская кухня, техника встроена. Потолки почти четыре метра, вентиляция, шумоизоляция премиум класса.
Я уже почти не слушал. Мысленно примерял это пространство на себя. И семью, которая у меня когда-то непременно появится. Словом, и сейчас думал об Иде. Что бы она оставила тут как есть? А что бы переделала? Как бы здесь понравилось Дашке? Наверняка она бы пришла в восторг, визжа и делясь с нами захлестывающими эмоциями на своем, тарабарском.
– Здесь солнечная сторона, – продолжал риелтор. – С утра солнце поднимается прямо напротив окон. Весь день светло, а зимой еще и экономия на отоплении.
– А летом? – машинально спросил я.
– А летом, да! Придется потратиться, – улыбнулся он. – Но такой вид этого стоит, поверьте. Праздничные фейерверки отсюда как на ладони.
Он распахнул раздвижные стеклянные двери, и мы вышли на просторную террасу. На перилах искрился снег. У стены выстроились кадки с пихтами, увешанными огоньками, а под ногами расстилался прихорошившийся к празднику город.
– Эта терраса – просто что-то невероятное. Барбекю, проектор, музыкальные вечера... Такой простор для фантазии!
Я усмехнулся, так явно представив, как мы с Идой сидим на этой самой террасе, укутанные в плед, и пьем вино… Почему-то это оказалось чертовски легко представить.
– Вижу, вам понравилось, – риелтор посмотрел на меня испытующе.
– Цена существенно превышает бюджет.
– Да, но вы же понимаете, оно того стоит. Подобного уровня объект по такой цене – это большая редкость.
– А что с соседями? – спросил, стараясь отвлечь себя от фантазий, в которых я уже обставлял квартиру.
– Все сплошь приличные люди. Уверен, у вас к ним не возникнет вопросов.
Он говорил, а я уже не слушал. Просто стоял и смотрел на эту квартиру, на потолочные балки, на аккуратно встроенные светильники, на лестницу, ведущую на второй уровень, где располагались спальни. И понимал, что здесь все идеально. Для меня. Для Иды с Дашкой… Она любила свет – здесь его было море. Любила чистоту линий – здесь не было ни одной вычурной детали. Любила запах дерева – доски сочились им.
– Конечно, у вас есть время подумать, – вмешался голос риелтора. – Но если решите, советую не откладывать. Таких предложений, как я уже говорил, совсем немного.
Я посмотрел на часы – стрелки неумолимо подбирались к семи. Через сорок минут мы с Идой договорились встретиться в квартире отца, которого я очень хотел с ней познакомить.
– Сколько времени у нас уйдет, чтобы закрепить за собой лот? – спросил я.
– Полчаса максимум, – оживился риелтор.
– Давайте.
Учитывая, какие ему светили комиссионные, было неудивительно, что бедолага светился как лампочка. Быстро достал планшет, заполнил форму договора, содержание которого я внимательно изучил, прежде чем поставить свою подпись и перевести деньги. Аванс был поистине гигантским. Однако, как ни странно, этот момент ничуть меня не пугал. Я был уверен, что это то самое место, которое я искал… А цена… Ну, я много сэкономил, пока мотался по миру. Да и новая должность предполагала совершенно иной порядок дохода. Ипотека была вполне подъемной, но что еще важнее – я по ней почти ничего не переплачивал.
– Поздравляю, – сказал риелтор. – Очень мудрое решение.
– Ещё посмотрим, – усмехнулся я, надевая пальто. – Вдруг я наутро решу, что зря поддался эмоциям?
– Эмоции – самый верный показатель, – парировал он. – Особенно когда речь идет о доме, где вы планируете жить.
– Наверное.
Когда мы закончили с делами, на улице уже полностью стемнело. Понимая, что опаздываю, набрал номер Иды.
– Ид… Я тут задержался, ч-черт…
– Очень хорошо, потому что я тоже! – запыхавшись, сказала она.
– О, да? А я как раз звоню, чтобы сказать – не жди меня, поднимайся. Папа тебя встретит.
– Ну что ты, Паш. Страшно! – запротестовала Ида. – Я лучше с тобой.
– Да не трусь. Папа у меня хороший! Ты его полюбишь, обещаю.
– Ну, не знаю… – Ида смутилась. – Я же тоже опаздываю, Паш. Поэтому вряд ли я прикачу раньше.
– Но если прикатишь – поднимайся. Отца я предупрежу. Давай, малыш. До встречи.
Сделал глубокий вдох. Улыбнулся, запрокинув голову к небу. Видно, от мороза воздух стал настолько прозрачным, что даже звёзды казались ближе. Стоял бы так и стоял… Но! У нас намечалось важное мероприятие, и надо было ехать. В салоне играла тихая музыка, а на дороге по случаю пятницы растянулись семибалльные пробки.
  
– Пап, я тут в заторе застрял. Встретишь Иду, как ты умеешь, если я чуть опоздаю?