Я – Ректор! (СИ)

Тут меня прервал стук в дверь, заставив вздрогнуть от неожиданности.
Не то чтобы гостей я совсем не ждал, нет, просто не ждал сегодня. Занятий нет, по территории бродят полторы калеки и франт завхоз, который явно не горит желанием мне показываться на глаза, а то вдруг ещё чем озадачу. Крепкие парни из гильдии вошли бы без стука, им приглашение не требуется, да и этот, неизвестный представитель, должный перенять у меня бразды правления, тоже бы особо не церемонился. Ну, по крайней мере, я бы на его месте дверь в кабинет ректора открывал с пинка. Поэтому и чуть замешкался с ответом, пытаясь понять, кто же такой явился по мою душу.
  
Стук повторился, в этот раз настойчивей, и знакомый женский голос, чуть раздражённо прокричал:
— Ректор, не надо делать вид, что вас нет, я знаю, что вы внутри!
Я узнал библиотекаршу и, немало удивлённый, воскликнул в ответ:
— Лиза, конечно входите.
А когда дверь решительно распахнулась впуская ту внутрь, то не удержался и добавил:
— Для вас мой кабинет всегда открыт.
Эх, ничего не могу с собой поделать, при виде красивой девушки так и тянет на комплименты. Даже если та на меня злится. Правда, она только поморщилась в ответ и заявила:
— Вот только давайте без этого, я здесь по делу.
— По делу тем более можете заходить ко мне в любое время, — сдержанно улыбнулся я, вызвав у девушки отчётливое шипение выпускаемого сквозь зубы воздуха.
— В общем так, — резко произнесла она, — там у ворот вас ждёт мужчина, весьма сомнительного вида, просил чтобы вы подошли. Это всё, что я хотела сообщить, а теперь счастливо остова…
— Насколько сомнительного? — оборвал я её на полуслове, разом растеряв всё добродушное настроение.
— Весьма, — хмуро повторила Лиза, — я бы сказала, что не удивилась если бы он оказался замешан в каком-нибудь преступлении. Впрочем, вам он должен быть знаком, я его вижу тут уже не впервые, а вы любите якшаться с подобными личностями.
«Значит преступный элемент, — подумал я, — которому нужен ректор. Вряд-ли он пришел просить зачислить своего ребёнка в академию. Тем более, что это далеко не первый его визит. И цель этого визита, очень вероятно, находится вне правового поля».
Тут я вспомнил суд и факты употребления бывшим владельцем тела наркотиков, и настроение упало ещё ниже. К гадалке не ходи, явился какой-нибудь наркобарыга толкнуть очередную порцию дури.
Я и в той жизни не любил всю эту мутную тему, предпочитая получать дофамин естественным путём, и уж тем более не собирался начинать разрушать доставшееся тело здесь. Как говорится, — нафиг!
Как ни хотелось мне связываться, но пойти и объяснить, что делать этому типу здесь больше нечего, надо. Что всё, завязал и вообще. А то повадится меня караулить и привлечёт лишнее внимание, которое мне совсем не нужно.
— Ну ладно, — я нехотя поднялся с кресла, — но чтобы ты знала, ничего я не люблю якшаться. И вообще, это по поводу одного из студентов было.
— Хотите сказать, — скептически изогнула бровь девушка, — что у нас учиться сын такого?
— Нет конечно, — фыркнул я, — в нашей академии учатся только отпрыски давних магических семей. Всё проще, моя дорогая Лиза, один из студентов был несколько неосторожен и попал в не самую приятную ситуацию, которую мне, как несущему персональную ответственность за каждого обучающегося в стенах академии, пришлось решать. Что конкретно была за ситуация, извините, рассказать не могу, вопрос деликатный и могущий повредить репутации как самого студента, так и его семьи.
На «мою дорогую» библиотекарша вновь поморщилась, но остальные слова заставили её задумчиво нахмуриться.
— Правда? — уточнила она, всё еще находясь в нерешительности, слегка сбитая с толку.
«Получилось, — внутренне обрадовался я, снаружи, однако, продолжая держать серьезное и чуточку озабоченное лицо, — еще немного и она поверит».
Вздохнул, кивнул утвердительно головой, произнёс, вкладывая в голос максимум убедительности:
— Правда, Лиза. Хотя должен признаться, считал, что мы все вопросы с этим субъектом уже решили ранее и вопрос закрыт. Но так и быть, поговорю с ним.
— Так может, — она посветлела лицом, — я просто пойду и вышвырну его подальше? А заодно объясню, чтобы он забыл сюда дорогу, или я сожгу ему ноги по самые яица?
«Какая-то у неё нездоровая фиксация на мужских тестикулах — подумал я, — чем ей так насолил противоположный пол?»
Но вслух сказал другое:
— Ни в коем случае. Это же просто шестёрка, — мелкий подручный куда более серьёзных личностей, с которыми приходится считаться даже мне, — ректору. Плюс нежелательность огласки. Опять же, может там просто мелкие нюансы, которые осталось уладить.
— Хорошо, — покладисто кивнула та, — но я схожу с вами и если вдруг что, то просто оторву ему я…
— Я понял, — быстро оборвал я чересчур воинственно настроенную библиотекаршу. — Но должен отказать, если я приду не один, встреча просто не состоится. Поэтому Лиза, спасибо, что сообщила о его появлении, но дальше я сам.
Сказав это, я вышел из-за стола, поправил мантию и держа подбородок чуть вздёрнутым, прошел на выход. Пусть видит, какой ректор самоотверженный.
Правда, стоило оказаться вне её глаз, как я сразу сдулся и повёл плечами, чувствуя себя несколько неуютно. Врал ей я, конечно, весьма изобретательно, но невольно поймал себя на мысли, что насчет шестерки могу оказаться прав и за посетителем стоят куда более серьезные личности. Мафия, она как спрут, пускает свои щупальца во все сферы до каких дотягивается, и подсадить ректора академии на наркоту могли специально.
А раз так то соскочить мне так просто не дадут.
В который раз я проклял Абдиля-прежнего, оставившего мне кучу проблем. Впрочем он-то искренне считал, что меня там ждут пара минут всего и скорое перерождение. И даже не думал, что мне придётся разгребать все это дерьмо за ним. Хотя кого я обманываю, даже узнай он это, ему было бы фиолетово. Он тут всё, закончил, и уже нацелился на новую жизнь и новые впечатления. Хренов коллекционер.
Разозлившись на него, к воротам академии я выходил в куда более боевом настроении. Первоначальная робость ушла и я расправил плечи, выпятив грудь, чтобы выглядеть более внушительно. И сомнительную личность топтавшуюся у ажурных створок распознал сразу.
Есть что-то такое, в поведении закоренелых урок, прочно и навсегда избравших преступный путь: особая походка, взгляды, бросаемые исподлобья, руки в карманах и непременная, нарочитая бравада, вида: «сколько я зарезал, сколько перерезал, сколько душ невинных загубил».
И меня ждал ровно такой персонаж. Невысокий, почти на голову ниже меня, в берете с пером, в цветастых штанах и собранной из отдельных полос куртке без рукавов, но с крупными воланами на плечах. На Земле, если я правильно помнил, так любили одеваться ландскнехты-фрилансеры, сиречь наёмники. Как можно более ярко и кричаще, потому что жизнь их была коротка и полна опасностей, и прожить её следовало на полную катушку. Так было и тут, видимо.
Лицо неизвестного, когда я приблизился, только подтвердило первичные выводы. Рябое, с крупным некрасиво сросшимся шрамом через левую щёку, но вызывало оно отвращение не этим, а волчьим оценивающим взглядом, словно примеряющимся, как тебя лучше разделать.
Я уже набрал в грудь воздуха, готовый сходу заявить тому, что всё кончено, обрубить, так сказать, все концы разом, как лицо бандита, стоило меня ему увидеть, поменялось сверкну радостью и надеждой, и он, прижавшись к прутьям решетки, возбуждённо, свистящим шёпотом заговорил:
  
— Шеф, у нас всё готово. Завтра в полночь особняк будет пустой. Кривой подходы разведал, Шустрый и Синя на шухере, Феня, Метла, Тютя на подхвате. Ждём только вас. Ах да, прошлая партия сиреневого разошлась влёт, народ распробовал, ваш реально чище и вставляет круче. Седой уже шерсть на яйцах рвёт, что сразу не договорился по хорошему. Приносит свои извинения и готов работать только с нами не за тридцать, а двадцать пять процентов. Я так думаю, шеф, что Седой, конечно, забуревший и к вам должного уважения не проявил, но с ним дружить выгоднее, чем воевать. Не подумайте, я не очкую, мы его, конечно, завалим, но и он нас заставит кровушкой умыться. А так все в плюсе. У него и в других городах подвязки есть, сказал, такой продукт с руками оторвут. Можно уже готовить партию втрое больше. А, да, ещё мамка, то есть госпожа Мелисандра интересовалась, когда присылать новых девочек вам на пробу. Бордель, то есть салон госпожи в городе уже знают, клиент косяком валит, надо расширяться. И ещё просит показать что-нибудь новенькое, а то постоянные клиенты начинают скучать.