Бастард ее величества
Если я буду так питаться три раза в день, то из комнаты скоро не смогу выйти. Я поблагодарила женщину и поинтересовалась, не найдётся ли у нее водки. Или крепкого самогона. Про первое она не слыхивала, а второе обещала найти, при этом косилась странновато. Ну, дальше мне в ее глазах опускаться, судя по всему, уже некуда: мало того, что содержанка, так еще и алкоголичка.
Каша из пророщенных злаков с мясом привела бы в восторг сторонников здорового питания. Овощи, поданные отдельно, были пропечены до хрусткой корочки, на десерт -сладкий пудинг с едва уловимым ароматом густых сливок. В одном кувшине, поменьше, было вино, в другом – вода. Судя по запаху, та самая, что текла из-под крана, только охлажденная.
Одно успокаивает: несмотря на все бури и пепел, питаются здесь неплохо. Соль-перец в наличии, коровы, судя по жирным сливкам, тоже не бедствуют. Можно жить.
Остаток дня я провела, все так же бесцельно слоняясь из угла в угол. Выходить из номера пока что побаивалась. Мир новый, незнакомый, а я в джинсах и водолазке в облипочку.
Водку мне так и не принесли.
Зато я долго-долго отмокала под пахучими струями в душе, жалея, что нет ванны. С ужином трактирщица, сообразив, что у меня не только выходной одежды нету, но и вообще сменной, притащила новую, такую же хрустящую, как постельное белье, безразмерную сорочку-парашют. Я ей обрадовалась как родной. Все же чистой лезть в пыльное белье – радости мало.
Так что спать я ложилась в приподнятом, оптимистичном настроении.
А зря.
Распахнув глаза, как от удара в бок, я какое-то время молча хватала ртом воздух, пялясь в дощатый побеленный потолок, на котором причудливо пересекались тени, и пыталась унять бешено бьющееся сердце. Сон в памяти не отложился, но выплеск адреналина, разбудивший меня, мешал перевернуться на другой бок и уснуть обратно.
Тем более, что тишину спящей таверны то и дело нарушали какие-то непривычные звуки. Оглушительно громко капала вода, причём, кажется, не у меня, а в соседнем номере. Поскрипывали неплотно прикрытые ставни, которые хозяйка лично закрыла со словами, что ночью ожидается сильный дождь. Его пока не было, зато духота стояла такая, что хоть ложку вешай. Очень хотелось встать и открыть окно нараспашку. Вряд ли полегчает – перед грозой наверняка парит на улице еще хуже, чем в помещении, но хоть ветерок создать.
Я собралась было встать с кровати и с ужасом поняла, что не могу пошевелиться. Дернулась пару раз, проверяя невидимые путы, но те держали на совесть. Хотела закричать, позвать на помощь, но и этого не сумела. Горло сдавила невидимая петля, перекрывая воздух и не давая произнести ни звука. Я только и могла расширенными от испуга глазами смотреть, как медленно, напоминая кадры из низкобюджетного ужастика, открывается дверь.
Беззвучно, хотя только недавно под хозяйкиными руками она скрипела, как паровозный гудок.
Я задергалась как уж на сковородке, пытаясь высвободиться, но все телодвижения происходили исключительно в моей голове – тело лежало камнем, и не собираясь повиноваться.
На пороге возникли две фигуры. Они скорее угадывались, чем различались, и то во время движения. Стоило им замереть, как я теряла их из виду, а потому до рези в глазах всматривалась в темноту, благо засыпала как раз лицом к двери… Хотя чем мне могло помочь то, что я вижу злоумышленников, не представляю.
То, что они пришли ко мне – в запертую, между прочим, изнутри комнату – не с самыми добрыми намерениями, было очевидно. Возникал вопрос: они здесь тайком или с ведома хозяев трактира?
Неужели несчастная попаданка нигде не может почувствовать себя в безопасности?
Я снова упрямо попыталась закричать, но из горла вырвался только невнятный хрип.
– Сильна, – одобрительно прошептал один из ночных незваных гостей.
– Заткнись. Бери ее и валим, – резко ответил другой, в подтверждение своих слов делая шаг вперед, к моей постели.
По щекам неконтролируемо потекли слезы. И что теперь? Меня ведь даже искать никто не будет. Мастер теней если и вспомнит про пробивную попаданку, так ему скажут, что я работу нашла и съехала. За город куда-нибудь. И все. Вряд ли он будет меня разыскивать, чтобы попрощаться. У него своих дел полно.
А больше у меня и знакомых в этом мире нет, мускулистые ученые не в счет.
С меня бесцеремонно сдернули одеяло, похотливо хрюкнув при виде парашютной ночнушки, и один из будущих похитителей наклонился над кроватью, чтобы подхватить меня и «валить».
Ставня на окне снова брякнула, но как-то по-другому… Не от ветра.
Оба злоумышленника насторожились, глядя в ту сторону.
Однако возмездие пришло не с улицы, а из коридора.
Глава 5
Холодный, безразличный голос с ленцой произнёс:
– Отойдите от кровати. Руки на виду, при попытке активировать артефакт стреляем на поражение.
В только что вроде бы пустой спальне внезапно образовалась куча народу. Зажегся свет под потолком, повинуясь взмаху чьей-то руки. В ярком пламени газовой лампы злоумышленники уже не пугали – они выглядели смешно и гротескно в чёрных костюмах и чем-то вроде чулок на головах. Их повязали в считанные секунды, болезненно заломив руки за спину и стянув их широкими кандалами. Не простыми металлическими браслетами, что я видела в участке вчера, а наручами от запястья до локтя с какими-то точками, полосками и узорами. Один из сторонников правопорядка нырнул под кровать, заставив меня нервно – мысленно – вздрогнуть, и тут же вылез с какой-то круглой штукой в руках.
– Парализатор. Ограниченного действия, одноразовый. Как я и думал, – хмыкнул он, демонстрируя находку Ладинье, который по-прежнему несколько картинно подпирал косяк. Мастер теней кивнул, его подчиненный нажал на какие-то кнопки, и я наконец-то получила возможность вдохнуть полной грудью.
И тут же вцепилась в толстое стеганое одеяло, поплотнее натянув его по самые уши. Я не ханжа, но такое количество посторонних мужчин в моей спальне лицезреть не привыкла.
– На допрос. И проследите, чтоб не как прошлый раз, – мотнул подбородком Ладинье подчиненным, уводившим незадачливых преступников, и осторожно присел на краешек кровати в ногах. Я подобралась и тоже села, продолжая кутаться в одеяло. Начинался озноб. То ли откат от воздействия артефакта, – твою мать, на меня воздействовали артефактом! обалдеть можно! – то ли испуг уступал место отходняку. – Ты как?
– А что было прошлый раз? – клацая зубами, с трудом выговорила я.
– Яд проглотили, уроды, – досадливо поморщился мастер теней. – Ничего, ребята уже ученые, сейчас быстро обезвредят, проверят одежду…
– Твою же в бездну!.. – донесся снизу многоголосый вскрик, а глухой звук, словно от падающего тела, подтвердил, что ничего хорошего там не произошло. Ладинье приподнялся со своего места, но в двери, все еще пребывавшие нараспашку, уже ворвался тот самый парень, что лазил под мою кровать.
– Мастер, они в этот раз прямо в щеку капсулу зашили, бездновы порождения! Кусь – и нету. Оба, разом. Да что ж такое-то!
Под тяжёлым взглядом начальства он перестал причитать, как плакальщица на погосте, сглотнул и попятился в безопасный коридор.
– То есть за мной и правда следили? – уточнила я, наконец совладав с клацающими зубами. Теперь, правда, затряслись уже руки, но их можно спрятать под одеяло. – Мне не показалось. И ты тоже заметил. Потому и оставил меня здесь… Давно так отлавливают приезжих?
– Уже год, – вздохнув, Ладинье ограничился грозным взглядом в адрес оплошавшего сотрудника, и повернулся ко мне. То, что я перешла на фамильярное обращение, он либо не заметил, либо решил, что после пережитого мне можно. – Не всех, только определенного возраста и типажа, обоего пола. Ты как раз попадаешь под… описание.
– И что с ними потом делают? – хрипло поинтересовалась я. Раз этим делом занимается лично мастер теней, очевидно, что ничего хорошего с приезжими не происходит.
– Некоторых мы находим, – поморщился Ладинье, отводя глаза. – Не всегда живыми. У всех выживших стёрта память, иногда – совсем, иногда – только последние несколько лет. Определить, с какой целью их похищали, мы так и не смогли.