Рождественская песнь Подземного Царства (ЛП)

Он знал, что я возбудилась, задолго до того, как засунул руку мне в штаны. Его чувства были достаточно остры, чтобы уловить запах моего возбуждения. Но это было так в его стиле: ткнуть меня лицом, в буквальном смысле.
— Открой рот. Попробуй вкус своего греха.
Мои губы раздвинулись, позволяя ему засунуть пальцы мне в рот. Я сосала собственный вкус с его пальцев, а затем укусила его.
  
Он даже не вздрогнул. Вместо этого он медленно вытащил пальцы и поднял их, чтобы осмотреть следы от зубов, слабые пятна цвета, появившиеся на его костяшках.
Ужасающая тень упала на глаза Белиала.
— Чертова соплячка.
Мои легкие сжались от мгновенной перемены в его поведении. Конечно, я любила его нежную сторону, которую он сохранял только для меня. Я заслужила эту часть его. Но как бы сильно он меня ни любил, передо мной был демон, Владыка Лимбо, сам Бог Смерти. Возбуждение от того, что я его спровоцировала, пронзило мой мозг, как наркотик.
Его аура кипела мощной силой, когда он шагнул вперед и прижал меня к книжному шкафу своим телом, вдвинув бедро между моих ног так, что я была вынуждена встать на носочки. Я опустилась обратно на пятки, но его колено вдавилось в самую чувствительную точку с такой силой, что из моих губ вырвался сдавленный стон.
— Больно?
— Немного, — сумела ответить я, когда он сильнее прижал колено.
По его лицу скользнула едва сдерживаемая ухмылка.
— Хорошо. Именно так, как ты любишь.
Его губы прижались к моим в жгучем поцелуе. Я судорожно выдохнула ему в губы, пытаясь дышать, пока его грудь давила на мою.
Его рука, все еще влажная от моих соков, обвилась вокруг моего затылка и вцепилась в волосы у основания черепа. Он дернул мою голову в сторону и провел носом вдоль мягкой линии моей шеи. Когда мой запах наполнил его легкие, выпуклость между его ног увеличилась и прижалась к моему бедру.
Ощущение его жажды, осознание того, насколько мой запах возбуждает его, заставило меня загореться. Я выгнула бедра и прижалась к его колену, все еще плотно прижатому к моему лону, наслаждаясь трением.
Демон хохотал, наблюдая за моим жалким представлением.
— Такой непослушной девчонке, как ты, всегда было суждено попасть в Ад.
Несмотря на то, что я едва могла дышать, я изо всех сил постаралась бросить на него насмешливый взгляд.
— Ты так обращаешься со всеми проклятыми душами? По-моему, тебе нужна кровать побольше.
Наступила напряженная пауза, и я поняла по пульсирующей венке на виске Белиала, что совершила ошибку. Одной рукой, все еще сжимая мои волосы, он развернул меня и прижал мою грудь к книжной полке. Моя щека прижалась к изношенным корешкам книг, а запах пыльной кожи защекотал мои ноздри.
— Ты сегодня ужасно болтливая, — прорычал он мне на ухо, и в его голосе все еще слышалась улыбка. Он наслаждался каждым мгновением не меньше, чем я. — Теперь, выбравшись из своей клетки, ты осмелела.
Моя шея была выгнута под неестественным углом, мышцы горели, но я не могла не смотреть на него. С его характерной самодовольной улыбкой, взъерошенными угольно-черными волосами и украшениями на рогах, сверкающими в приглушенном свете свечей библиотеки, дискомфорт стоил того, чтобы на него посмотреть.
— Я же королева, не так ли? — съязвила я.
Глаза Белиала блестели от удовольствия, но его мрачная улыбка была совершенно серьезной. Он коснулся моей шеи указательным пальцем. В следующий момент вокруг моей шеи появился металлический ошейник, тот самый, который был создан из украденного мной у него ожерелья, в волне таинственной энергии.
— Ты можешь носить корону перед нашими подданными, но со мной ты носишь ошейник. Понимаешь, мое сокровище?
Я кивнула.
— Да.
— Да что?
— Да, мой господин.
Он одобрительно хмыкнул, обнял меня за талию, чтобы расстегнуть джинсы, и спустил их, обнажив мою попку.
Я сжала ноги, чтобы не дать ему доступ к моей киске. Я хотела его больше всего на свете, но в моей душе была извращенная часть, которая любила, когда он раздвигал мои ноги и брал то, что принадлежало ему.
Но он не сделал ни одного движения в сторону моей киски.
Он навис надо мной, обволакивая меня своими покрытыми шрамами мускулами и гибкими конечностями.
— Скажи мне… Что получают непослушные девочки на Рождество в твоем смертном мире?
Я быстро моргнула, пытаясь прогнать туман возбуждения, окутавший мой мозг, чтобы сосредоточиться на его вопросе. Это была почти невыполнимая задача из-за отвлекающего шелеста одежды, и на следующем вздохе что-то твердое и горячее коснулось моей задницы.
Он достал его.
Я напряглась, пытаясь взглянуть на его огромный член. Я видела его уже сотни раз, но это не имело значения. Его размер, с пирсингом Принца Альберта, манжетой у основания и цепочкой, тянущейся от яиц до головки, никогда не переставал поражать меня.
Прежде чем я успела как следует рассмотреть его, он оттолкнул мою голову назад к книгам, мягко, но твердо сжимая мои волосы.
— Отвечай. Что получают непослушные девочки на Рождество на Земле?
С его телом, прижимающим мое, я едва смогла выдохнуть:
— Уголь.
Мое дыхание стало тяжелым и лихорадочным, когда он сдвинулся, засунув пальцы между моих складок, чтобы размазать соки по тугому кругу мышц.
— Ну, здесь, в моем царстве, они получают свой подарок в задницу.
Глава 4
Рэйвен
Мое тело задрожало, когда я инстинктивно напряглась, пытаясь оттолкнуть его, но он только навалился на меня с рычанием, смеясь мне в волосы, над моей нелепой борьбой.
— Где теперь твоя дерзкая прямота, человечишка? Тебе не нравится, когда я наслаждаюсь тем, что принадлежит мне?
— Н-нет, — это был не настоящий протест, по крайней мере, в основном. Было что-то злобно-восхитительное в том, чтобы позволить ему использовать меня так, как ему заблагорассудится. Даже если было больно. Иногда, особенно в таких случаях.
Он знал мои нравы и потакал мне. Часто.
Интенсивное, перемешанное с болью удовольствие пробежало по моей спине, заставляя мой позвоночник выгнуться, когда он с рычанием пытался войти в узкое отверстие.
— Жаль. Все твои дырки принадлежат мне, и я могу трахать и наполнять их по своему усмотрению. Разве не так?
Моим ответом было жалкое, приглушенное рычание.
— Т-так.
— Блядь, — слово вышло невнятным, а голос был глубоким и сладким, когда он медленно вошел в самую узкую, самую запретную часть моего тела.
Моя кожа покрылась мурашками от того, как его тело расслабилось в тот момент, когда он вошел в меня. Я улыбнулась, испытывая острое ощущение растяжения, когда мое тело освобождало место для его толщины. Владыка Костей всегда вел себя холодно и отстраненно…
Пока не оказывался внутри меня, и тогда все это исчезло. Тогда все, что он мог делать, — это удовлетворять свои демонические желания.
— Посмотри на себя, — простонал он, потянув меня за волосы, чтобы лучше разглядеть мое лицо. — Улыбаешься, как чертова психопатка. Тебе нравится, когда твой Бог заявляет о своих правах, да? Несмотря на то, как больно принимать весь мой член в свою тугую попку.
Одним толчком он вошел в меня на всю длину. Я прикусила губу, слезы навернулись на глаза, когда перенасыщение им превратилось в жгучее удовольствие.
— Даже если я заставлю тебя истекать кровью, — он подчеркнул свои слова еще одним толчком и укусом за мою шею.
  
Отведя бедра назад, он сделал паузу, наслаждаясь тем, как замерло мое дыхание. Я знала, что будет дальше.
Он снова вошел в меня, сильнее. Глубже.
— Расслабься, мое сокровище. Вот так. Вот так, ах… Ты так хорошо справляешься, принимая всего своего Владыку, — похвалил он меня, ущипнув мой сосок, а затем потянув за пирсинг достаточно сильно, чтобы заставить меня застонать.