Светлая адептка. Академия целительниц

При мысли об этом злость и раздражение обожгли горло, и изо рта вырвалось свистящее шипение.
– Лорд Тортон, вы в порядке? – Секретарь ректора, аккуратная седовласая дама, буквально подпрыгнула на своем стуле.
– Да. Более чем. Не нужно себя утруждать… – поспешно произнес я, видя, что женщина смотрит на кувшин с водой.
Хотел избавить ее от лишних хлопот, но добился лишь того, что секретарь теперь утайкой выводила в воздухе охранный знак. Вот Тьма, теперь по академии поползут слухи, что проверяющий читает мысли.
  
На самом деле я всего лишь улавливал чужие эмоции. Ладно, никаких «всего лишь». Я являлся сильнейшим эмпатом королевства Азрот, и Легарт считал, что если кто и сможет выявить причину гибели светлого источника, то только я.
Я поблагодарил его величество за оказанное доверие и сделал вид, будто не знал, что на самом деле ему плевать на источник, светлым бельмом маячивший на территории темных. Его величеству надоело, что я игнорирую свою невесту, и он форсировал события.
– Лорд Тортон, сожалею, что заставила вас ждать.
Кларисса Соер вплыла в приемную и, не замедляя шаг, проследовала в кабинет. Я невольно замер, любуясь природной грацией этой женщины. Ее движения настолько не вязались с внешним видом, что мое чутье тут же отметило это несоответствие.
После всеобщего собрания ректору пришлось организовать еще одно, уже для коллег. Меня на него не пригласили. Впрочем, мне это было и не нужно. Я уже знал, что весть о скорой гибели магического источника шокировала не всех. Дар эмпата позволил считать эмоции и выявить тех, кто догадывался об увядании хранителя. Помимо ректора Соер, в тайну посвящены были двое: слизняк Мэлор и некий магистр Лойр. И это когда сама Кларисса уверяла, что никто ни о чем не догадывался.
– Лорд Дориан Мэлор? – ректор Соер зачитала вслух первое имя из моего списка и с удивлением посмотрела на меня. – Ведет у нас зельеварение. Куратор второго курса. Образцовый преподаватель.
И куратор Делии. Теперь их одновременное опоздание выглядело не так подозрительно. И все‑таки стоит присмотреть за девчонкой. Пусть я не собираюсь на ней жениться, но в какой‑то степени несу ответственность и обязан оградить от глупостей.
– Надеюсь, вы знаете, что прежде поведение лорда Мэлора не было столь безупречным.
– Все мы совершаем ошибки в молодости, – чопорно парировала госпожа ректор.
– Его ошибки в этом году были зачислены в военное училище. Признай он детей, у мальчиков был бы шанс на поступление в академию.
– Не мне судить лорда Мэлора, – отчеканила Соер, давая понять, что тема закрыта. – Магистр Лойр? Вы уверены?
– Оба знают, что шалатарский источник силы вот‑вот иссякнет.
– Знание еще не означает причастность.
– Само собой. Однако теперь у меня есть право присмотреться к этим двоим.
– Не переусердствуйте. Мне не хотелось бы узнать, что королевский смотритель превысил полномочия.
– Как королевский смотритель я обязан выполнить иную задачу.
Легарт желал, чтобы я нашел ту, кто стал бы голосом угасающего источника. Хранителя, изъясняющегося музыкальными фрагментами из арий и народных песен, понять не так просто. Но его связь с разумом целительницы помогла бы установить причину угасания и, возможно, позволила бы ее устранить.
Тьма! Уж лучше бы Легарт приказал паладину Мрака похитить очередную светлую эльфийку и притащить ее в академию. Двести лет назад эта схема сработала, так зачем же усложнять?
* * *
Шалатарская библиотека – одно из чудес академии – именовалась Древом знаний. Когда я услышала о нем впервые, то сочла, что увижу стилизацию под эльфийский дом на дереве. Светлые любили обустраивать свои жилища среди ветвей, и со временем дерево становилось частью дома, его опорой и сердцем.
Так вот, Древо знаний Шалатара не было искусной стилизацией, библиотека на самом деле располагалась внутри живого вечнозеленого дуба. Небольшая дверца у его корней вела в помещение со стойкой выдачи заказов и большим креслом‑качалкой, в котором любил дремать наш библиотекарь, господин Уолли. Коренной житель Шалатара и чистокровный человек, он так и не обзавелся семьей и в последние годы редко покидал стены академии. Вот и сейчас он наверняка посапывал в своем кресле.
Чтобы не тревожить покой библиотекаря, я поднялась по внешней винтовой лестнице и очутилась на обзорной площадке, кольцом опоясывающей древесный ствол. Здесь стояли одноместные столики и удобные мягкие стулья, вдоль ствола тянулся длинный шкаф‑каталог, по которому можно было найти и заказать книгу из хранилища, но сейчас я направилась не к нему, а к единственному фолианту, покоящемуся на вертикальной подставке.
К единой справочной тетради мы обращались, когда хотели быстро получить информацию. Стоило просителю вывести вопрос на странице, как Древо знаний выдавало ответ, хранящийся в одной из книг библиотеки. Обычно к единой тетради стояла очередь, а доступ к артефакту выдавался по записи, но сегодня он был свободен.
Я взяла с подставки карандаш и вывела на пустой странице: «Светлый источник Шалатара. Случаи исцеления».
«Нет таких данных».
Я гипнотизировала три несчастных слова с минуту, а потом перепробовала еще несколько вариантов запроса. И снова натыкалась на отсутствие сведений в хранилище книг.
– Ерунда какая‑то! – Я устало потерла виски.
Либо лорд Тортон что‑то напутал, либо намеренно солгал. И то, и то выглядело странно.
– Я могу вам чем‑то помочь?
Вот же легок на помине!
Обернувшись, увидела василиска. Подозрение, что он за мной следил, испарилось, едва я заметила в его руках внушительную стопку книг, перевязанную полупрозрачной зеленой лентой. Ее цвет означал, что книги разрешается вынести из библиотеки.
– Помочь? Запросто! Для этого вам достаточно уронить книги себе на ногу.
– Полагаете, что их тяжесть заставит меня зарыдать от боли? – с ленивой улыбкой поинтересовался змей‑искуситель.
– Зачем же рыдать. Одной слезинки мне вполне достаточно.
– Адептка Мейбус, вы слишком кровожадны для целительницы.
Ага, прямо‑таки змеюка подколодная. О чем не устает напоминать Аманда Антер. Моя чешуйчатость ей поперек горла. Сама Аманда – человечка из древнего магического рода, сумевшего сохранить чистоту крови даже после прихода Тьмы.
– На кровь не претендую. Так что насчет слезы? – Я с вызовом уставилась на василиска.
– Вы знаете цену.
– Вам больше не с кем целоваться?!
Вырвавшийся возглас заставил меня быстро осмотреться. Вдруг кто услышал?
Фух! Пронесло. На втором уровне библиотеки были мы одни, а звуконепроницаемое поле надежно отсекало его и от каморки библиотекаря, и от платформы старшекурсников, парящей над нами.
– Считайте это благотворительной акцией. Всего десять поцелуев – и вы овладеете такой техникой, что от вас больше ни один жених не сбежит.
Участливый тон василиска меня не обманул. Этот гад попросту издевался! Вот и зачем я только сказала, что меня бросили?! Надеюсь, лорд Тортон не видел ту ужасную статью? А если и видел, то у него хватит такта не обсуждать со мной ее содержимое.
– Так что, Делия? Только для вас и только сейчас. – Василиск играючи подбросил стопку книг, и та зависла над его головой. – Моя слеза за десять поцелуев.
Я уже хотела сообщить змею, куда он может уползти со своим предложением, когда среди листвы раздался одобрительный перезвон.
Первым пришел в себя лорд проверяющий.
– Видите, ваш хранитель одобряет сделку. Прислушайтесь, он ерунды не посоветует.
– Это он вас не расслышал, – буркнула я.
– Считаете, что бедняга совсем оглох от старости? – с ленивой улыбкой вопросил лорд Тортон.
  
Я испуганно прижала пальцы к губам. Зря это он! Со слухом у нашего хранителя полный порядок. Чуть выкажешь малейшее неуважение, и тебя настигнет неминуемая расплата. Одна адептка со второго курса обозвала Хранэля старомодным, так ее потом на месяц доступа в прачечную лишили.