Мой Советский Союз Магических Республик 2 (СИ)

— Иш ты, — хмыкнул Александр Геннадиевич. — Интересно стелишь. И чего вам надо?
— Трубы. Хорошо бы квадратный профиль, но можно и круглый. Мы сами его квадратным сделаем.
Начальник объекта вздохнул, почесал щетину на щеке и произнес:
— Достану и профиль, и болтов с гайками, если надо будет. Только условие одно будет.
— Какое?
— Вы сразу две делайте тележки, — произнес мужчина и кивнул в сторону здания, где уже шла отделка. — Одну вам, одну нам.
  
— Так, мы же… Так, студенты. Мы же для пробы просто… — растерялся Кот.
— Ну, и делайте для пробы. А мы опробуем, поработаем. А там, глядишь, и путного посоветуем что-нибудь. Испытания в работе — во!
Кот задумчиво глянул на собеседника, а затем на дедка-сторожа, что с интересом слушал разговор.
— Ну, мы так-то еще ничего не сделали, — произнес он.
— Ты, Семен, немного не понимаешь, — хмыкнул Александр Геннадиевич. — Нам ведь профиля металлического не жалко. С нас не убудет, на пару тележек. А если выгорит? Ты у нас работал, сам прекрасно помнишь, как по лестницам таскать. То двери, то обои. Краску, цемент, шпаклевку. Да, те же батареи. Понимаешь? А лифт этот, что мы у дома строим, после остекления хрен применишь. А сейчас холодно, вот мужики на горбу и таскают, или еще как изворачиваются. Вон, лебедку в на последнем этаже прикрутили и в пролетах поднимают. Куда это годиться?
— Александр Геннадиевич, я не против, но давайте так — сделаем — будет разговор. Не сделаем или хрень выйдет — тут уж извиняйте, — развел руками Семен. — Идет?
— Идет, — хмыкнул начальник и протянул руку.
— Договорились, — пожал ее Кот.
* * *
Лена прошла по коридору и открыла дверь в красный уголок.
Столы и стулья сдвинуты в сторону, на полу профильные трубы, единственный не сдвинутый стол, завален бумагами. На полу и подоконнике валяются тетрадки и какие-то листы.
— Дак, я же говорю — перерасход силы будет, — буркнул Осетренко, стоявший рядом с высоким парнем. — Да, надежнее. Да, больше сможет утащить, но это не только для нас тележка. Ее на стройке хотят на пробу взять.
— Вы чего тут устроили⁈ — возмутилась девушка. — И это кто?
Трое парней оглянулись на девушку.
— Привет! — махнул ей рукой парень.
— Лена, это Истукан, — указал на парня Семен. — Истукан, это Лена.
— Это что за бардак и… — начала было девушка.
— Не бардак, а производственное помещение, — хмыкнул Семен, поднявшись с пола. — Ну, или просто мастерская.
— Мы приберем, Лен, — откликнулся Кирилл. — Просто на кухне — не вариант. Там просто места не хватает.
Девушка недовольно оглядела помещение и спросила:
— И что вы тут затеяли?
— Тележка для перевозки грузов, — отозвался Кот. — Не помнишь? Мы в кружок артефакторный ходили.
— Ну… — взгляд Лены остановился на окне, где фломастером были начерчены графики и формулы. — Так! И чтобы окно отмыли!
— Уже в процессе, — показал тряпку с флаконом одеколона Истукан.
— Погодите, так вы ее еще даже не посчитали, — недовольно буркнула Лена. — А уже трубы приперли и делать начали?
— Ну, да, — кивнул Кот. — А чего тянуть?
За его спиной тяжело вздохнул Кирилл, покосился на Истукана, но тот лишь хмыкнул.
— Смотри, в чем смысл, — произнес он и откупорив фломастер, принялся чертить руны на стекле. — Знаешь этот комплекс?
— Ну… вроде бы нет. Но что-то подобное видел, — произнес Осетренко.
— Это основа системы обратного излучения, — хмыкнул Истукан. — Ты хоть про такое читал?
— Нет. А в чем смысл?
— Смотри, когда у тебя есть артефакт, который излучает, ты можешь сделать вот такой комплекс, выставить метки и он будет перенаправлять фон в нужную точку. А это что?
— Что?
— Это по факту бесплатная подзарядка источника.
Тут вмешался Семен.
— А чего тогда эти комплексы везде подряд не ставят?
— Во первых — чернила под такой комплекс дорогие. Считай Амарант и чистый кварц, на артефактной кислоте, — вздохнул Истукан. — А во вторых — даже хорошо настроенный конструкт обратного излучения больше тридцати процентов не уловит. То есть сбор не абсолютный и отсюда и отсутствие смысла в нем. Полностью фон не уберет, а для экономии силы производство слишком дорого. Но у вас же штучный вариант, так?
— Ну, так… — кивнул Кирилл.
— При наличии денег — можно заморочиться. Считай, мой вариант будет процентов на сорок сильнее. А за счет обратного излучения, ты потери отобьешь. Единственная проблема — камень силы надо найти. Причем не мутный какой, а нормальный. Прозрачный. Вот с ним уже можно подзарядку устраивать или менять его.
— Товарищи! — оборвал их диспут Кот. — Я все понимаю, но вы может как-то определитесь со схемой?
Осетренко и Истукан переглянулись.
— Мне что на нижнюю опору чертить?
— Конструкты под низкочастотный резонанс, — пожал плечами Кирилл. — У нас с четырех лепестковым пока подсчеты.
— Понял, — кивнул Семен и глянул на Лену.
— Вы сейчас серьезно? — осмотрела она ребят. — Вы… просто так, даже без точно расчета собираетесь…
— Ленка, — подошел к ней Кот и приобнял за плечи. — Ты не поверишь, насколько практика отличается от теории. И мы, как отцы основатели «Прикладной практической артефакторики» с гордостью заявляем: Теория без практики — пустословие!
— Чего? — глянула на него девушка.
— Говоря простыми словами — за чай с пряниками мы возьмем тебя в дело! — улыбнулся Кот и кивнул на обрезки профильных труб.
* * *
Лаврентий Павлович поднял взгляд от документов и посмотрел на сидевшего перед ним мужчину.
— Перепроверили? — спросил он.
— Так точно, — кивнул широкоплечий подчиненный. — Скопировали все, от лица, до отпечатков.
Глава ГБ тяжело вздохнул, перелистнул страницу в папке и уточнил:
— На чем погорели? Повадки? Провалы в легенде?
Подчиненный хмыкнул и произнес:
— Зубы.
Хозяин кабинета оторвал взгляд от папки и поднял на собеседника. Тот, от взгляда через тонкие круглые очки поежился, после чего продолжил:
— Флюс у одного приключился, — пожал плечами он. — Обратился в нашу стоматологию, ну а там карты сверили и сразу нам сигнал подали.
— Свой агент в больнице был?
— Никак нет. Сами на нас вышли.
— С чего такое рвение?
— Чтобы точно повторить форму черепа, забугорные спецы знатно постарались. В том числе вырастив новые зубы.
— Английский прикус, — хмыкнул Лаврентий Павлович.
— Прикус наш, но почерк действительно английский, — кивнул мужчина. — Нам известно, что из-за избытка силы и кальция, что принимает больной, на эмали сформировывается особый рисунок на эмали. Что-то типа рисок. Как царапины.
— А стоматологи оттуда как узнали?
— Все оборонные предприятия лечатся в своих поликлиниках и больницах. Удобно, особенно, когда болеют похожим. Там до всех специалистов доводится информация по поиску оборотней.
— Вот и стрельнула профилактика, — хмыкнул мужчина и перелистнул страницу. — Оборотней взяли? Сколько их было?
— Шестеро. Четыре на заводе и еще два выступали связными, под видом общих знакомств. Задержать удалось только двоих. Один был убит при задержании. Двое пустились в бега. Один самоликвидировался.
— Беглых поймали?
— Буквально час назад пришла информация, что тоже уничтожены, — мотнул головой собеседник.
— Жаль… Дознание не проводили?
— Никак нет. Были обнаружены блоки на самоликвидацию. По немецкому принципу — на внутренней поверхности свода черепа. Решили подготовиться и сначала вычистить. Сейчас в медикаментозном сне.
— Никогда не понимал эту тягу к самоуничтожению, — хмыкнул Лаврентий Павлович. — Все равно ведь расскажут.
  
— Это потребует времени, — пожал плечами подчиненный. — Думаю, у них была система сигналов о провале. Хвосты уже чистятся.
— Что наши «Некросы»?
— Работают, но им нужно время, чтобы сломать призванные слепки личности.