Зверское убийство. Тайна Люка Эббота
Пэдди заинтересованно посмотрел на нее. Первоначальное о ней представление рассыпалось в пух и прах. Это было похоже на то, как если бы воробей внезапно запел.
— Беда, если бы ее самозащита зашла слишком далеко и она отравила бы его насмерть, — мягко пояснил он своей новой знакомой. — Это ведь не то, чтобы пережарить ростбиф, правда? Тогда полиция вряд ли смогла бы закрыть глаза…
— Конечно нет, — ответила Фрэнсис, взволнованная его пристальным взглядом. Когда он вошел, она сразу же заметила, как он похож на Корнела Уальда, героя ее детства, и с этого момента ею владели смущение и застенчивость, поэтому она произносила лишь какие-то тривиальные фразы.
Конечно, он не догадывался, что возродил в ней полузабытые теплые эмоции детства, пережитые ею в темном кинозале по субботам. Она была уверена, что он считает ее неловкой и ограниченной. И Бог знает почему, она и чувствовала себя в его присутствии неловкой и ограниченной. Она не привыкла, чтобы полицейский так выглядел. Если бы наклониться к нему и расстегнуть его рубашку, думала она, — будет ли там голубая униформа под нею?
— Что-то не так? — спросил Пэдди, в свою очередь ощущая неловкость под ее взглядом.
— Все так… — сказала Фрэнсис напряженным голосом и вернулась к лимонному суфле, моля Бога, чтобы не подавиться сейчас. Не прошло и получаса — а она уже возмечтала о том, как бы снять с него рубашку. Фрэнсис Мерфи, что сказала бы сестра Урсула в твой адрес, если бы ей стало известно о твоих мыслях? Порочная девчонка.
Тут же Фрэнсис проглотили смешок, поперхнулась, схватилась за салфетку — и опрокинула стакан с вином. Вино побежало по скатерти, как быстрая змейка, и соскользнуло как раз на колено Пэдди. Тот подскочил, задел локоть Клоди — и полная ложка суфле, что она только что набрала, оказалось на коленях у Люка.
Вся последующая активность, которая включала вскакивание с места, извинения, быстрое прикладывание салфеток и насыпание соли на пятна, благополучно свела на нет тему мышьяка и несостоявшейся отравительницы миссис Тиг, но и это не сбило дядюшку Уэлли с намеченного курса.
— Она была в некотором смысле проститутка, как известно, — провозгласил дядя как ни в чем не бывало.
Все замерли. Поначалу все подумали, что это относится к миссис Тиг, которая была неряшлива и скрытна.
— Кто — была? — спросил Дэвид Грегсон, который не встал с места во время происшествия и теперь поглощал десерт. На момент показалось, что двое мужчин были наедине в комнате, а все присутствующие оставались в некотором смысле зрителями, до которых тем, двоим, не было дела.
— Убитая девушка. Та, вторая, убитая возле канала. Ее фамилия — Френхольм. Одна из наших пациенток. Мне пришлось лечить ее от венерического заболевания десять месяцев назад, как раз перед моей болезнью. Она была вынуждена назвать своих партнеров — так перечисление их заняло две страницы. Не знаю, откуда у них такая энергия, у молодежи. Я истощился, только пока переписывал их.
— Хотелось бы взглянуть на этот список, — проговорил Люк.
— Это секретная информация, — быстро ответил дядя Уэлли. — Имейте в виду, что я дам согласие на выдачу ее в обменном порядке…
— Ах ты, старый черт, — раздраженно проговорила Клоди. — Ты ведь именно это и задумал.
— Но я могу добыть эту информацию от Департамента здравоохранения, — мягко возразил Люк, который присел на свой стул после тщательного обследования его на предмет оставшегося суфле. — Однако, конечно, это займет немало времени.
— А эти несколько дней могут поменять также немало, — подсказал дядя Уэлли. — В конце концов, не сегодня-завтра он вновь может дать знать о себе новой жертвой.
— Кто? — решилась заговорить Фрэнсис, смертельно огорченная своей неловкостью за столом. Что может случиться еще хуже, думала она.
— Кто-кто… этот монстр, этот убийца, что бродит где-то рядом с ножом наготове, — ответил дядя Уэлли. — Две женщины с перерезанным горлом… вероятнее всего, работа того же преступника. Психопат, скорее всего, женоненавистник…
Дженифер невольно взглянула на Дэвида Грегсона, который как раз в этот момент смотрел на нее. Он побледнел, затем вспыхнул — и быстро отвернулся.
— Нам неизвестно, тот же самый убийца — или нет, — возразил Люк.
— Ага! — ликующим тоном сказал Уэлли.
— Но нами не доказано и обратное, — добавил Пэдди. — Мы только начали расследование…
— Ерунда, — парировал Уэлли. — Вы знаете. Вы всегда все знаете. Люк, ты же сам писал мне когда-то о том, что убийца может быть вычислен в течение первых двух суток…
— Большинство убийц — да. Большинство убийств — это семейные дела, так сказать, — ответил Люк.
— Но теперь появился новый тип убийц, — спокойно подхватила Клоди. — Что такое серийный убийца? Это тот, кто убивает из наслаждения — и все. Убивает незнакомых ему людей…
— Это американский, так сказать, импортный вариант, — проворчал дядя Уэлли. — Они здесь не водятся.
— А как же йоркширский Потрошитель? Или тот, в Лондоне, который затаскивал своих жертв в канализацию или в подвалы? — спросила Фрэнсис. — Вы это имеете в виду?
— Мотивы у тех были сексуальные, — возразила Дженифер. — А эти женщины не были изнасилованы.
— Не были? — поинтересовался дядя Уэлли и гневно взглянул на Люка, будто то была его личная вина.
— Я совершенно не убежден, что убил обеих женщин один и тот же человек, — сказал Люк. — Мы ожидаем результата экспертизы. — И он вручил свою пустую тарелку Дженифер, которая встала, чтобы убрать со стола и принести кофе и сыр. — В настоящий момент нет очевидных доказательств, указывающих на мотив убийства Берил Томпкинс, в то время как мотивов убийства Уин Френхольм уже предостаточно. Дженифер была столь любезна, что сообщила мне о беременности Френхольм, поэтому я приказал сделать все необходимые анализы. Если беременность была прямым или косвенным мотивом ее убийства, доказательство отцовства поможет нам сузить круг подозреваемых.
— И вы можете вынести обвинение на основе анализов? — странным голосом спросил Дэвид.
— Нет, конечно нет. Но это может добавить кое-что к доказательствам. И это даст нам карты в руки в разговоре с подозреваемым, когда мы найдем его. Конечно, это — стрельба с дальнего расстояния, однако и такие выстрелы могут быть точными. Я ничего пока не могу к этому добавить.
Дядя Уэлли, поначалу воодушевившись крохами проскользнувшей служебной информации, теперь смотрел на Люка с разочарованием. То, что показалось ему живительным источником, внезапно иссякло, потому что из самого тона Эббота явствовало, что он сказал только то, что сказал, и ни слова не проронит более.
— Да, ты изменился, парень. И очень.
Люк спокойно встретил его взгляд.
— Я надеюсь, — бесстрастно сказал он. — Я — старший инспектор по уголовным делам, доктор Уэлли. Если бы я не знал тонкости своей работы, я бы не работал в этой должности, не правда ли?
Внезапно заговорил Дэвид Грегсон:
— Я полагаю, что это весьма схоже со случаем отравления женой — мужа. Вам необходим труп, чтобы установить природу преступления. Два схожих убийства могут быть случайными, но три — уже нет. Так что вы ожидаете третьего убийства, не так ли? Это и покажет, серийные ли это убийства — или нет. — Голос его был задумчив.
— Нет уж, мы предпочтем работать над тем, что уже есть, — твердо сказал Пэдди. — Две убитые женщины — это более чем достаточно.
— Да, конечно. Но третье убийство прояснило бы суть, не так ли, — продолжал Дэвид. Он говорил — будто его обидели в споре, — но от его слов все будто примерзли к месту. — Тогда бы вы знали наверняка, среди кого искать? Ведь правда, вы были бы более уверены?
— Все, в чем мы были бы более уверены, — лишь то, что уже обнаружены три жертвы вместо двух, — ответил Люк. — Есть такое явление, как убийство по подобию. В настоящий момент я склоняюсь к этой версии.
— Но где ваша логика? — настаивал дядя Уэлли. — Я еще могу принять, что если второе убийство совершено по подобию первого, то это и есть убийство по подобию. Но Дэвид прав: такое заключение можно будет с уверенностью выдвигать лишь по совершении третьего схожего убийства. И тогда можно будет утверждать, что все убийства совершил один и тот же человек. Но в таком случае это уже перестает быть убийством по подобию — и становится чем-то худшим. Или вы готовы серьезно утверждать, что если бы случилось третье убийство, то оно было бы совершено «по подобию» третьим лицом?