Обреченные на жизнь (СИ)

- Марат! – обратился Ринат к своему брату. – Они по трассе шли?
- Да. Ты не беспокойся, железнодорожные маршруты в любом случае на вас остаются. Ты видел их технику? Вот бы нам хотя бы один такой вездеход! – мечтательно произнес Марат.
Ринат, конечно же, видел технику. Три больших вездехода, на широких гусеницах, которые легко шли по снегу, не проваливаясь. К тому же вооруженные пулеметами. Он молча кивнул в ответ брату. Действительно такая техника им бы очень пригодилась. Хотя Галеев и попросил их помочь с перевозкой людей, а гости согласились, все же военные не собирались надолго оставаться в городе.
  
- Только где же они их держали? В поле их не спрячешь – мы бы заметили. – Ринат искоса посмотрел на брата.
- Да у них солярка закончилась. Километрах в десяти от того места. Зарыли под снег да и пошли дальше на своем ходу.
4.
Утром третьего дня поисковый отряд был готов к отъезду. Кроме обычного груза они взяли также дополнительные канистры с горючим. Группа, которая должна была перевозить людей, уехала еще вчера, поэтому обошлись без доклада майору о готовности выходить. Их группа на этот раз была вновь усилена: временно оставшихся без дела Кедра и Татарина присоединили к ним. Слон до сих пор находился на излечении в Ижевске, а Карась лежал с пневмонией.
- Не ходили бы вы сейчас. – прошептала Эльмира, которая по обыкновению вышла провожать Рината. – Что-то мне не нравится. Что-то тревожит меня.
- Глупая, это обычный рейд. Нечего переживать. Лучше начинай готовиться. – как можно нежнее ответил Ринат, прижимая ее к себе.
- Чтобы к новогоднему столу был дома. – она серьезно посмотрела ему в глаза.
- Буду. Я люблю «Оливье» - не забудь.
Тут Дима скомандовал:
- По коням! – и первым тронулся с места. Ринат быстро поцеловал Эльмиру и прыгнул на снегоход. Его тоже одолевали какие-то смутные предчувствия, но что это было: просто волнение или что-то еще - он не понимал. Они проехали частный сектор и выехали на железнодорожные пути. Конечно, сами пути были под толстым слоем снега, но они без труда ориентировались по столбам, которые стояли вдоль путей.
- Как же я по лету соскучился! Я в этом году всего два раза искупался. – сказал Миша во время очередной остановки. Было очень холодно, поэтому каждые тридцать-сорок минут приходилось останавливаться для того, чтобы разогреть закоченевшие конечности. Конечно, был выбор отправиться на лыжах, но при этом терялась скорость и вес возможной добычи.   Кедр с Татарином устроили небольшую драку друг с другом. Само собой несерьезно, а для того, чтобы согреться.
- Пределы района мы покинули. – сказал Алексей, глядя на карту. – После следующей станции начинаются неисследованные территории. Смотрим по сторонам, ищем малейшие следы людей. Да что я вам толкую? Поехали!
Еще через две остановки они наткнулись на пассажирский состав, который ко всеобщему облегчению был абсолютно пуст. В пустых деревнях им несколько раз попадались собаки, но те вели себя осторожно и скрывались при приближении отряда. Дима по своему обыкновению исследовал магазины на станциях, но они были абсолютно пусты.
- Как будто Мамай прошел. – ворчал он, выбираясь из окна очередного магазинчика. – Ничего! Выскребли все подчистую.
- Может, какой другой поисковый отряд работает? – предположил Ринат.
- Нет. Еще до снега выгребли. Даже обычных на таких станциях давно пропавших пирожков и прочих чебуреков нет. – возразил Дима и, немного подумав, добавил: - Скорее всего, беженцы как у Самсонова. У них та же картина была: громили и уносили все что можно.
Быстро наступающие зимние сумерки настигли их в открытом поле. Уже затемно они доехали до крошечного полустанка из трех домов. После того, как с помощью подручных средств они откопали дверь, Кедр вскрыл ее ему одному известным способом. К радости Рината труба на крыше не была обычной вытяжкой, а продолжала большую печь, стоящую посреди дома. За прочисткой трубы от снега и разжиганием печи прошел еще час. В комнате они обнаружили тела стариков, которые осторожно вынесли в сени. Они, наверняка, умерли во сне и неизвестно, сколько времени так и продолжали лежать в своих постелях. Дом быстро нагревался. В старинном посудном шкафу Ринат нашел начатую пачку чая, из погреба достали банку яблочного варенья и маленькую баночку меда. Ринат сидел на широкой деревянной лавке, прислонившись спиной к теплой стенке печи, и задумчиво смотрел, как мерцает огонек в керосиновой лампе на столе. Лампу нашли рядом с постелью старика, а старая бутыль с керосином стояла под столом.
- Ребята, а вы чего до сих пор без позывных ходите? – нарушил молчание Кедр. – Вы ведь и так у Галеева особенными числитесь, а до сих пор по именам друг друга кличете. Не солидно как-то, да и не профессионально. – он хитро улыбнулся.
- А тебе, Витек, больше нравится, когда тебя Кедром кличут? – Алексей внимательно посмотрел на Кедра.
- Вот сейчас лучше по имени обращаться, а в эфире я могу и не отозваться – привык. – он развел руками и улыбнулся.
- Я согласен с Витькой. Несерьезно как-то получается. – вступил в разговор Дима. – предлагаю выбрать себе позывные.
- Что-то этот момент мне напоминает. Сидят несколько городских в глухой деревне и выбирают себе клички. Только бабки-знахарки за печкой не хватает. – усмехнулся Миша.
- Я вот себе уже подобрал. Теперь я на Диму отказываюсь в эфире отзываться.
- И что ты там подобрал? Хотя я догадываюсь. – Ринат хитро посмотрел на друга.
- Не томи, говори уже. – нетерпеливо спросил Алексей.
Дима встал со стула и, сделал торжественное лицо и, подняв указательный палец вверх, объявил:
- Теперь зовите меня Снорк!
Комната сотряслась от неожиданного взрыва хохота. Ринат больно ударился затылком о печку и теперь, хохоча, потирал ушибленное место.
- Снова ты со своими играми! – успокаиваясь, сказал Алексей. – Ладно, если уж начали, то…
- То тебя мы будем называть Алеша Попович! – немного обиженным тоном перебил его Дима.
- Слишком длинно. – нисколько не обидевшись возразил Алексей. – зовите меня просто: Дядя.
Очередной взрыв смеха раздался в доме.
- Дядя – это про тебя, Леха. – вытирая слезы, сказал Кедр. – Думаю, приживется. Пойду Камиля сменю. А то, бедняга, наверное, мучается, не зная, с чего это мы тут смеемся. Очередь за вами. – он посмотрел на Рината и Мишу. Через два часа кто-нибудь меня смените.
- Дима, а почему именно Снорк? Почему не Меченый, скажем? – спросил Миша, ставя чайник на раскаленный металлический круг на печке.
- А не знаю. Первое что вспомнилось, то и назвал. – отмахнулся он. – Сам-то чего молчишь? Смотри – сам не придумаешь, тебе придумают другие.
- Ладно, подумаю. Хотя, что тут думать. Был Морозом, Морозом и останусь.
- Чего это вы тут ржете как кони? – спросил вошедший Татарин и прижался к горячей печке. – Всех покойников распугали. Еле по местам уложил.
- Да мы тут себе новые клички-позывные придумываем. – начал Алексей. -  А то Кедр сказал, что несолидно поисковикам…
- Сталкерам! – перебил его Дима.
- Хрен с тобой, сталкерам несолидно без позывных ходить. Давай, чаю горячего попей. Очень холодно, что ли?
- Не то слово! Днем по сравнению с тем, что сейчас Бомбей был! Ну, и как вас теперь звать-величать? – он обнял кружку с чаем и, улыбаясь, оглядел всех.
- Итак. Дима у нас теперь Снорк. – Татарин лишь улыбнулся – он ведь не видел, как это было произнесено. – Леха – Дядя, Мишка – Мороз. – ответил ему Ринат.
- А сам?
- А себе я еще не успел придумать. Ты зашел как раз.
- Ну, значит, будешь Кромвелем! – придумал за него Татарин.
  
- Почему Кромвелем? – все недоуменно посмотрели на Камиля.
- А я откуда знаю? Первое что в голову пришло, то и сказал.
- Вас сегодня с Димой муза клички посетила что ли? Что он, что ты – оба с ходу прозвища придумываете. – заметил Миша. Все снова засмеялись, но в итоге решили оставить Рината Кромвелем. Ринат прошелся по комнате и открыл никем до этого не тронутый шкаф. Под одобрительные замечания друзей он извлек оттуда большой овчинный тулуп, который тут же был вынесен Кедру.