Обреченные на жизнь (СИ)

Ринат вспоминал эти события последнего года и не мог понять. Кто же все-таки не выдержал и первым нажал на кнопку, решив разрушить мир? Безумный, страшный, нерациональный и непонятный, но их мир. Чьи власти плюнули на судьбу своих народов, только ради одной цели: чтобы уничтожить другие народы? США, которые таким образом громко хлопнули дверью, поняв, что мирового гегемона из них не получилось? И что в ближайшие несколько десятков лет им придется решать внутренние экономические проблемы, забыв о внешней политике? Китай, который начал мобилизацию своей многомиллионной армии с неизвестно какой целью? Россия, пытаясь упредить противников, которые так активно мешали ей превратиться по-настоящему мощное государство? Европа, задыхающаяся в пожарах национальных волнений и разрываемая террористами и националистами? Очередной грандиозный план террористов? Или цепная реакция после взлета ракет и самолетов с ядерным оружием в Иране, Израиле, Пакистане или Индии? А может и Корея, о которой все забыли в последнее время?
  
Ринат сидел, все больше запутываясь в собственных рассуждениях. Он отвлекся от своих мыслей и посмотрел на комнату. Все то же, почти… Да, все было в его комнате как и раньше, за одним исключением – теперь это была мертвая комната в мертвом городе. И тут его осенила одна мысль. А что если это не люди, а кто-то свыше решил за них. Решил, что хватит человечеству жить во грехе и нарушать все писаные и неписаные законы. Решил, что на этот раз карой будет не водный, а огненный потоп, созданный руками самого человека…
Ринат откинулся спиной к стене, и закрыл руками глаза. Затем вскрыл следующее письмо. Посмотрев конверт, он узнал знакомый почерк. Ринат быстро перечитал его. Его девушка бросила его тогда, в тот самый день. Решила сделать это тихо, оставив письмо в почтовом ящике. Она собиралась уезжать в столицу, и ей уже не нужен был он, обычный рядовой клерк. Ее ждали успех, карьера и процветание. Все то, о чем он даже не задумывался для себя и для нее. Она даже не извинялась, заканчивая письмо стандартным «Прощай» и «Целую». Ринат усмехнулся, глядя в эти строки. Он представил себя, прочитай он это письмо, если бы ничего не случилось. Сначала непонимание, затем пустота и боль, потом попытки заглушить эти чувства в разгульной жизни… Все как обычно у других людей. Сейчас он лишь улыбался, глядя на несколько десятков строк, исписанных ровным почерком. Ринат бережно сложил этот осколок так и не состоявшегося его в той, непрожитой жизни, и убрал конверт обратно в карман. Он достал из шкафа с одеждой припасенные ко дню рождения несколько бутылок дорогого коньяка и открыл одну из них. Ринат налил его в кружку, которую так и никто не убрал в тот день со стола в его комнате, наполнил его из бутылки.
- Прощай. – сказал он громко и залпом выпил содержимое кружки. Он не прощался с той, чье письмо лежало у него в кармане, он прощался с собой.  С тем, кем он не стал, с тем, чего не достиг, с тем, что не произошло в его жизни. Он налили еще одну кружку и, так же залпом, выпил ее. С бутылкой в руках он вышел из комнаты и остановился посреди коридора. От выпитого он быстро опьянел и бессмысленно оглядывал заиндевевшие стены. Неожиданно его взгляд упал на полку в коридоре, где стоял телефон, и куда обычно складывали ключи. Под телефонным аппаратом лежал лист бумаги. Подойдя ближе, он увидел, что он исписан до боли знакомым почерком. Негнущимися пальцами он взял этот листок, выдранный из тетради, и быстро прошел к себе в комнату, где было светлее.
Сынок. Я надеюсь, ты вернешься после того, как все закончится, и я выброшу эту записку до твоего возвращения. Если же ты читаешь, то знай нас с отцом либо нет в живых, либо нас эвакуировали. Как же хорошо, что вы выбрали такое время для похода и теперь далеко от всего этого. Надеюсь, что с тобой и Маратом все будет хорошо. Люблю  вас обоих. Мама.
Ринат еще и еще раз читал эти строки и почувствовал, что внутри него что-то оборвалось. Он встал и прошел в родительскую спальню. На столике рядом с кроватью стояло несколько фотографий в стеклянных рамках. Он взял одну из них. Черно-белая фотография, на которой они все вчетвером. Ринат с Маратом, еще маленькие, сидят на коленях у родителей и смотрят куда-то мимо объектива. Родители же счастливо улыбаются. Ринат несколько минут пристально смотрел в запечатленные на фотографии лица и осторожно вынул фотографию из рамки. Больше находиться здесь он не мог. Он резко встал и направился к выходу. В своей комнате он убрал в рюкзак, который всегда был с ним, бутылки с коньком, положил туда свой ноутбук, надеясь, что он еще работает, диски с музыкой и некоторые теплые вещи. Все в рюкзак не уместилось, поэтому остальное он сложил в большую спортивную сумку. Наконец он достал из сейфа оружие и патроны.  Напоследок он остановился на пороге квартиры и тихо выдохнул:
- Прощайте все.
Почти спустившись вниз, он услышал негромкие голоса на улице. Ринат поставил сумку на ступеньки и вынул пистолет из кармана. Осторожно, стараясь не хрустеть снегом, он спустился к дверям подъезда. У самых дверей он еще раз прислушался. Кто-то, переговариваясь, шел по направлению к подъезду. Ринат вжался в угол к стене и направил дуло в сторону входа. Когда неизвестные подошли ближе, он с удивлением узнал голос Миши. Ринат вышел на улицу, на ходу убирая пистолет в карман.
- Вот он! Ты, Ринат, предупредил бы хоть! Там такая паника поднялась.
- С чего бы это? – Ринат угрюмо посмотрел на возбужденного Мишу.
- Дозорные сообщили, что замечены небольшие группы людей на севере и северо-западе от города. Да и ты пропал неизвестно куда. Думаешь много радости с бодуна по городу бегать, тебя искать?
- Ладно вам. Я домой заходил. – он протянул остатки коньяка другу.
- Нет, спасибо. Нам еще к майору с предложением выходить. Помнишь?
Ринат передал друзьям сумку и быстро одел лыжи.
- Как вам лыжный кросс после застолья? – усмехнулся Ринат.
- На базе поговорим. – сердито ответил Алексей. – Еще раз такое повторится – я тебя лично напою, а с утра марафон заставлю бегать.
- Ладно вам. Пошли.
Они не спеша, направились в сторону больницы.
- Распустились! Ты знаешь, как это называется? Самовольное оставление части. – майор Галеев был в бешенстве. Ринат еще никогда не видел его таким злым. – Распустились! Элита, мать вашу! Сталкеры! Придумали же! Завтра же спороть все свои нашивки и впредь действовать строго по уставу. Я из вас эту дурь вышибу. Удумали тут мне!
- Товарищ майор. – вставил свое слово Валера, присутствовавший при экзекуции. – Парень домой ходил. Пределов города не покидал. Может не стоит…
- Я знаю, что стоит, а что не стоит, капитан. Предупредить нельзя было? Расслабились. Слишком много вольностей ты, капитан, своим подчиненным позволяешь. В этом и твоя вина есть.
- Товарищ майор! Но ведь мы не в тюрьме. Ведь не было приказа о том, что без приказа территорию не оставлять. – Ринат прямо уставился на майора.
- Будет тебе приказ! И отстранение от рейдов до конца зимы тебе будет! И направление на уборку санузлов тебе будет! Ты понял меня? – Майор смотрел на Рината бешеными глазами.
- Я все равно считаю, что вы не правы. Я не нарушал никаких приказов. Можете считать время моего отсутствия временем нахождения в рейде.
- Ты что себе позволяешь, салага? В каком рейде? Где результаты?
- В сумке у входа. Теплые вещи, некоторые медикаменты и так далее. Плюс два охотничьих ружья, карабин и около ста пятидесяти патронов.
- Иди отсюда. – обреченно махнул рукой майор. – Черт с вами. Оружие сдашь, как положено. Ты знаешь.
  
- Подожди. – сказал он в спину Ринату. Он обернулся.
- Слушаю, товарищ майор.
- Ты слышал, что замечены неизвестные на границе города. Так вот мне не хотелось бы, чтобы вы так глупо попались в лапы бандитов, если это действительно они. Я все понимаю, но в следующий раз без оружия пределов данной территории не покидать. Все понятно?
- Так точно. Разрешите идти?