НЛО: Она была (СИ)
— Эйзенхауэр! — кинул я в ответ, снял рюкзак и принялся искать ключ от номера.
— Три «э»?
— Первая «э», потом «е», потом снова «э».
— Здесь десять букв. Не подходит!
— Эй-зен-ха-у-эр! — по слогам произнес я, нащупав в кармане холодный металл.
— Подходит. Значит, другое слово — «енот». Спасибо. Почти разгадала. Как вам наш город? Вы какой-то взволнованный? Много ходили пешком?
— Да у вас, что не встреча с людьми, то приключение. Не хочу никого обидеть, но странные люди, очень.
Девушка улыбнулась.
— Не знаю. Вам просто кажется. А с кем встречались?
Я хотел упомянуть про Альберта, но вспомнив всего его — в «конспирологическом одеяле» с капюшоном посреди хлама в квартире с меняющимся освещением, решил уйти от ответа.
— Да неважно. Мелочи.
— Хорошо. Отдыхайте. Доброй ночи и приятных снов!
«Издевается. Какие все мутные».
Зайдя в номер, я сразу почувствовал что-то неладное. Заходишь, еще не включил свет, а стойкое ощущение, что кто-то до тебя уже был. Глоток из фляжки.
«Такими темпами я сопьюсь!»
Запах. Наверное, у меня тогда обострились инстинкты, но я почувствовал запахи чужой мужской туалетной воды вперемежку с грязными носками. Свои пахнут, чужие воняют — простая аксиома.
Включил свет, и в туалете тоже. Не заправленная постель, мной же брошенные вещи на спинке стула, зарядки к гаджетам. Все типично и на своих местах. Открыл окно, чтобы выпустить игры разума в ночь.
«Эйзенхауэр? Серьезно? Это же президент, который типа контактировал с НЛО. Что администратор имела в виду? Чистое совпадение? — ослабив ремень штанов, я сел на край кровати. — Или она стебала?»
Не уверен, что мною управляла адекватная часть личности, но я спешно выбежал из номера, пролетел лестничные пролеты и…
— Покажите мне сканворды! — ошеломил я громкой просьбой Анну-Марину.
–???
— Я говорю, покажите сканворды на той странице, где вы разгадывали!
— Че? Зачем?
— Да дайте сюда! — я потянулся рукой за стойку и выхватил толстенную «книгу» формата А4. Черные буквы на серой газетной бумаге.
«Где этот чертов мудак?» — вопил я про себя, пока не нашел нужную строчку с двумя пересекающимися словами — «Эйзенхауэр» и «енот».
— Что вообще происходит?
С меня сошло сто потов. Футболка под худи прилипла к телу.
— Простите. Я просто… Это наваждение с НЛО и странными людьми. Какая-то чертовщина, ей-богу! — оправдывался я, положив руку на сердце.
За спиной послышался голос охранника:
— У вас все в порядке?
— Да, молодой человек просто лунатил, — успокоила и меня и охрану администратор. Наверное, решила не поднимать лишней шумихи и дать мне второй шанс.
— Простите, честное слово. Я думал, вы специально издеваетесь надо мной. Весь город как заговоренный. Одни верят, другие — делают вид, что верят, третьи говорят загадками.
— С чего вы взяли?
— Ну Дуайт Эйзенхауер. Тридцать четвертый президент США. Он же типа контачил с инопланетянами, — проглатывая окончания слов, рассказывал я. — Может, и не контачил прямо, но точно был замешан во всю эту истории в пятидесятых. Знали про это?
— Откуда. Я не смотрю рилсы.
«Рилсы? Серьезно? Пфф!»
— Окей! — ее ответ меня улыбнул.
«Хорошо. Пусть лучше так, чем…»
— Давайте я принесу вам стакан воды. Присядьте.
Пружины дивана скрипнули под весом тела. «Уют». Охранник в мягком кресле напротив, вальяжно раскинув ноги, как это не надо делать в общественном транспорте, не сводил с меня глаз.
— Больше такого не повторится! — кинул ему я.
— Бывает. Но вы не похожи на лунатика. Я знаю лунатиков. У меня сестра лунатила, чуть бабку нашу не убила. Спицей в глаза.
— Жесть!
— Угу. Бабушка Фрося вязать любила, а Ирка, когда совсем малая была, все поиграть с ней хотела. Бабуся ни в какую, — на каждое предложение охранник чиркал колесиком зажигалки. — Ну вот детский мозг, наверное, связал ее вязание в кошмарное целое. Пошла ночью к бабе с длиннющей спицей. Представляете? А бабушка-то у нас еще китайскую границу сторожила по молодости, поэтому никогда глубоко не спала, ну и про Иркины странности знала. Открывает глаза, на реакции увернулась, а та ей по темноте как спицей в подушку вдарит. Хорошо промазала.
— Жесть! — я не мог подобрать слово лучше. — И что?
— Да ничего. Бабка сдуру сестру мою, ну, внучку получается свою, и прокляла. Так и сказала: «Будь ты проклята. Чтобы ночью с балкона свалилась!» И свалилась же. Лет десять до этого не лунатила, а как выпускные экзамены в школе, опять давай. Мы и тряпки мокрые раскладывали, и к священнику обращались. Все бесттолку. Я матери говорил, чтобы балкон наглухо закрывали на шпингалеты. А она со своим Стасиком алкашом курить постоянно бегала. Добегалась. Сама алкашкой стала!
— Вода. Возьмите! Опять ты про Иру, да про Иру. Отпусти уже! — подав мне стакан, обратилась к мужчине администратор.
— Спасибо! А врачи? Ходили к психиатру? Сомнологу?
Я услышал ожидаемый ответ:
— Да что ребенка таблетками пичкать и в овощ превращать. Знаем мы этих психиатров. Лучше к шептунье. Сейчас, говорят, и экстрасенсов много, кто помочь может. Надо заявку на канал писать, гляди и приедут. Так вы тоже лунатик или нет? — переключил тему мужчина.
— Я скорее сходящий с ума блогер, — иронизировал. — Чуть больше суток в Елейске и уже сканворды выхватываю. Такие дела.
— Дайте угадаю. Вас нашел или вы нашли Альберта, да?
От точного попадания в десятку я вздрогнул.
— Допустим.
— Хо-хо-хо! Это еще тот персонаж. Рассказать?
День 2.2
Мне хотелось скорее оказаться в номере «Уюта», принять душ и лечь спать, но охранник Сережа заинтриговал историей про учителя физики. Я под предлогом проверить сообщения включил диктофон на смартфоне, дабы не упустить никаких деталей и хоть что-то забрать с собой для будущего подкаста.
Как и в любом городе, в Елейске есть круглосуточный бар, существующий вне экономики и современных трендов. Непонятно, как выживает. Минимум посетителей, три-четыре завсегдатая, из которых двое трезвенников, плюс унылые поэтические вечера с забывающими стихи поэтами и пьяными бардами. Само заведение находится на отшибе в цокольном помещении, и даже у чебуречной на углу соседнего дома больше гостей.
А вот прославился бар благодаря Альберту Аристарховичу Нецу. Он, кстати, просит его фамилию не склонять.
Сам Альберт преподавал в местной школе физику, а когда в декрет ушла учительница химии — и химию, а после смерти учительницы по географии и ее предмет.
— Он всегда был, мягко говоря, с придурью. Дочка рассказала, как он им про машину времени лечил. Альберт Аристархович, которого они прозвали Арестантовичем, а мальчишки постарше Аретраховичем, через урок толкал лекции про заговоры правительств, собирал всякую ересь. Типа перемещение во времени возможно, все для этого есть, придумано. Только скрывают.
— Типичный просветленный и любитель конспирологии. А как учитель-то он норм? — поинтересовался я, держа в руках стакан воды.
— В том-то и дело, что крутой! — щелкнул пальцами охранник. — Опыты разные показывал детям, эксперименты. Такая занимательная физика, которую мы представляли до того, как она у нас началась. Например, моя училка только орала, мелом кидалась, сплетни распускала про надомников. Мастер спорта по ору на детей. Я теперь ненавижу ее и Ньютона. Сила действия равна противодействию, бляха-муха.
Как выяснилось позже, три года подряд в том самом баре на краю города Альберт устраивал «Вечеринки для путешественников во времени». Не знаю, насколько косо на него смотрели завсегдатаи, но выглядело все это следующим образом.
Нец в день Д. приклеивал на вход в подвал напечатанное на принтере объявление с точными временем и географическими координатами. В самом баре вывешивали огромную «растяжку» с чем-то типа: «Добро пожаловать, Путешественники во времени!» — на английском, французском, немецком, испанском и русском языках. Организатор Альберт сидел в углу, пил воду, которую приносил из дома. Иногда в нее добавлял лимон и какой-то краситель.