Измена. Подари мне мечту (СИ)

Следующие несколько дней мы проводим вместе. Занимаемся приятными вещами: ходим по городу, сидим в кафе, смотрим фильмы, валяясь на диване. Правда, редко до конца досматриваем. Стоит очутиться в объятьях друг друга, желание близости перебарывает всё на свете. Ночуем то у меня, то у него. Матвей в какой-то момент начинает ворчать, что это крайне неудобно.
– Погоди, смотрю на него с удивлением. Ты что-то конкретное предлагаешь?
  
– Конечно, перебирайся ко мне.
Сижу с открытым ртом.
– То есть?
– Куда уж конкретнее Руза, – наклоняется и кончиком пальца закрывает мне рот.
Зубы тихонько клацают друг от друга, и я шлёпаю Матвея по руке чуть раздражённо.
– Я, кстати, серьёзно. Никогда не с кем не жил, это будет совершенно новый опыт для меня.
– Я не готова. Слишком быстро.
– Ну тогда скажешь, когда будешь готова. Предложение силы не теряет.
Это его предложение крутится в моей голове ежедневно. Взвешиваю плюсы и минусы, и плюсов оказывается больше, но как же сложно решиться! Это новый уровень, новая ступень, и пока не уверена, готова ли на неё шагнуть.
Утро четверга начинается со звонка бывшего мужа. Я трубку снимаю, потому что нет причины игнорировать, но там лишь неразборчивые бормотания.
– Рома, ты, что, снова пьян? На часы смотрел? Когда ты успел так надраться? Ещё даже не полдень!
Громкое дыхание на том конце провода перемежается с чертыханьем.
– Это не я… честно. Это жизнь.
– Рома, ты же никогда не пил в таких количествах. Что с тобой?
За годы жизни с Ромой никогда не замечала у него пристрастия к алкоголю, потом мне казалось, что та роковая ночь и её последствия отбили у Романа всякое желание накачиваться спиртным без тормозов.
– Это Вероника виновата! – сообщает он. – Чёртова баба, как нальёт, так я сам не свой. С ней хочешь не хочешь, запьёшь. Всю жизнь мне по одному месту пустила! Вот ты у меня самая лучшая была. Никогда лишнего не наливала, не требовала, мозг не клевала. Ну депрессивная немного была, но это ничего… Жили же как-то, – льётся из него поток сомнительных комплиментов.
Кстати, о Веронике. У нас с ней сегодня встреча. Она должна передать документы для суда и нотариальную доверенность для оформления собственности на квартиру для сына, потому что лично к Владимиру Георгиевичу приехать не сможет.
Рома продолжает свой грустный обвиняющий всех на свете монолог.
– Иди к Ане. Теперь она – твоя жена, – говорю без злости, мне его даже жаль.
– Не хочу я к Ане… На кой чёрт? Уже и смысла нет. Фирма мне не перейдёт. Они её слили. Продали. Зачем это всё?
– У Ярика это не единственный бизнес, без работы не останешься.
– Там бы у меня была независимость, в других вариантах придётся стать кокер спаниелем, жрущим с руки шурина. Что-то не хочется.
– А как же ребёнок, Рома?
– У меня уже есть ребёнок. Вероника злится, что ещё один будет. Прям как с тобой когда-то. Конкуренты на наследство, которого уже и нет, ей не нужны. А я… я гол как сокол! Представляешь!?
– Ты такие деньги у моей семьи увёл. Куда потратил-то?
– Да так… разошлись.
Интересно, куда могут разойтись миллионы?
– Иди к Ане. У вас же там любовь? А мне звонить не стоит. Ты мне уже никто.
– Какая любовь… – начинает ржать. – Какая любовь, Руза?
Не выдерживаю и бросаю трубку. Только ещё пьяных бывших мне не хватало.
Недолго валяюсь на диване, ощущая неприятное послевкусие после звонка Ромы. Надеюсь, это не войдёт у него в привычку, иначе придётся пихать номер в блок. Хотя этот и под двери припрётся, приходил же как-то. Оказывается, я столько лет жила с нытиком.
Вскоре начинаю собираться на встречу с Вероникой, только некоторые слова Ромы не дают покоя. Например, что Веронике не нужны конкуренты в виде детей, и что Ярослав фирму продал. Кому продал-то? Как бы узнать?
А чего гадать: позвоню и спрошу прямо. Только бы трубку взял.
Доехав до парковки перед торговым центром, где договорились встретиться с Вероникой, оглядываюсь. Её пока не видно. Так что набираю Ярика, не особо сильно надеясь на ответ.
Но Ярослав трубку снимает и как ни в чём не бывало начинает лить воду: привет, да как дела. Вот скользкий тип. А ведь замуж звал, невестой даже представлял случайным знакомым.
– Ярик, я по делу. Хотела уточнить кое-что, – перебиваю не совсем вежливо. – Рома сказал, ты фирму продал. А кому?
– Слушай, – хмыкает Ярослав, – я подумала, раз ты в суд подала, не факт, что фирма моей останется. Вдруг отсудишь всё-таки. Так бы мы поженились и деньги в семье остались. А тут такое предложение внезапное поступило. Я даже отказаться не смог.
– Я тебя не о причинах продажи спрашиваю, а кому ты продал.
– Так если по суду запросят документы, мы все предоставим.
Закатываю глаза, понимая, почему он юлит.
– Меня стоимость сделки не интересует, или чего ты там трясёшься. Имя… скажи имя.
– Ах, это, – выдыхает облегчённо. – Так вот тому парню с выставки и продал. Реутову. Помнишь, ты подошла, он рядом стоял.
Дыхание перехватывает от шока, но вслух произношу.
– Тому, кому ты меня своей невестой представлял и чуть на свадьбу не пригласил?
– Ну… да… – недовольно подтверждает Ярослав, а потом снова с бодростью произносит. – Он сам, прикинь, мне позвонил. Предложил купить контору. А я подумал, что это для меня наилучший вариант. Ты уж не сердись. Хотя… с чего тебе сердиться?
– Не с чего. Ты прав.
В этот момент в боковое окно резко стучат, и я подпрыгиваю на месте. За стеклом недовольное лицо Вероники.
– Ладно, пока-пока, мне… э-э-э… пора.
Прощаюсь неловко, сжимаю телефон в руке, затем выхожу из автомобиля.
Вероника отошла на пару метров. Стоит, недовольно ногой топает.
А я иду к ней на автопилоте, всё ещё не веря, что Матвей купил компанию моего отца. Фирму, за которую я собираюсь бороться. Купил тайком, и ничего мне об этом не сказал.
И спал он со мной, уже будучи владельцем фирмы, в которой у меня прямые интересы.
В ушах звучат его слова: «То есть… если бы я был владельцем, ты бы за меня вышла?»
Я ответила, что нет, а он – а почему бы и нет?
Решил проверить? Поиздеваться? Боже… больно-то как.
Рука невольно поднимается к груди, где замерло в ожидании новых потрясений сердце. Что ещё этот день мне подкинет?
– Чего вы там застряли? – раздражённо тянет Вероника. – Вот, держите, у меня мало времени.
Пихает в руки документы. Я мельком их просматриваю, проверяя, все ли на месте, останавливаюсь на нотариально заверенной доверенности.
Фамилия нотариуса Лазаревич мне кажется какой-то знакомой. Такая нечасто встречается. Хмурюсь, пытаясь вспомнить, откуда могу её знать?
– Что-то смущает? – резко уточняет Вероника.
Как раз в тот момент меня накрывает очередным инсайтом. Та же самая фамилия была на генеральной доверенности от моего имени.
Тихий разочарованный смех звучит в моей голове.
Господи, неужели эта женщина настолько тупа, что принесла мне документы за подписью того же нотариуса, с которым они с Романом проворачивали махинации? Теперь у меня нет никаких сомнений, что они разработали этот план вместе.
Нет. Она не тупа. Вероятно, считает, что я не видела генеральную доверенность. А я видела… Видела… И теперь многое становится ясным. Те несостыковки, неточности, и образы, мелькающие сквозь обманчивую рябь воспоминаний, обретают вполне конкретные черты.
Моргаю и думаю, как сдержаться? Как не вцепиться в красивое лицо этой холодной женщины?
– Нет-нет, всё… нормально.
Наши взгляды пересекаются. В глазах Вероники мелькает тень понимания. Будто она осознала, что я что-то поняла.
  
Её зрачок словно вытягивается вдоль глазного яблока, напоминая формой то ли кошачий, то ли змеиный. Словно истинная сущность этой женщины выглядывает наружу.
– Точно? – переспрашивает.
– Точно-точно, – торопливо подтверждаю, запихивая документы в папку.