Поиск (СИ)

Первое на повестке: навестить Стража и забрать полагающиеся мне и Фрисби ништяки. Уверен, за пять лет их немало накапало по программе ассимиляции диких разумных. Фрисби уже подтвердил: моего уровня развития в Силе должно хватить, чтобы придирчивый Страж удовлетворил хотя бы часть наших потребностей. Что моему другу нужно я и так знал, и он это получит, даже если на это уйдут все накопленные бонусы. Я слово дал. Ну а если останется чем поживиться мне... Световой меч Гри уже давно пора в порядок привести. Ощущение «раздвоенности» все еще временами исходит от кайбер-кристалла. За пять с лишним минувших лет я привык к нему и почти не замечал, однако это не значит, что оно не вызывало беспокойства. Надеюсь, финальная сборка меча в сердце Стража даст ответ на эту давнюю и до сих пор неразгаданную тайну.
Второе и не менее важное в намеченных планах: поиск истоков моей семьи. Та еще задачка, беря во внимание сам факт моего появления в Ордене. Нова по моей просьбе перерыла в храмовых архивах все что можно, но так и не нашла ни единой зацепки. Даже место, где меня-мелкого наши безымянные джедаи, значилось жирным прочерком в личном досье. Не говоря уже о фамилии и личности родителей. Официально я – сирота без рода, а там, кто знает? Может, не все так печально, как намалевал архивариус, и кто-то из моей семьи все еще жив. Осталось выяснить так ли это. Причем, желательно, обходными путями, не прибегая к помощи системы.
Альдераане славились бюрократией даже среди коренных обителей Ядра, оправдывая свою репутацию искусных дипломатов и прожженных интриганов. Не зря многочисленные представители правящих Домов, как здесь называли аристократические рода с многовековой историей, служили посредниками во многих дипломатических конфликтах по всей галактике. Без поддержки Ордена раскрутить их на нужную информацию будет сложно. А слать официальный запрос нельзя. Совету ни к чему знать о моей маленькой самоволке. У них и от событий на Нар-Шаддаа, видит Сила, крышу снесет.
– Джове. Я закончил, – вывел меня из медитации после боя с Карой голос Фрисби. Взмахом руки поприветствовав своего друга, я указал на место рядом с собой, не делая попыток подняться с колен. После глубокого слияния с Силой не так просто моментально восстановить контроль над телом, если ты не мастер-джедай.
– И? Как успехи?
– Лучше, чем я надеялся, – Фрисби приземлился на медитативный коврик, который я приготовил заранее, ожидая возвращения Кары, и хвастливо тыкнул лапкой манипулятора в динамики корабельного интеркома под потолком. – Познакомься с новым членом экипажа. Это «Везунчик».
– Приветствую, капитан.
Я с трудом сохранил невозмутимое выражение лица, услышав приятный неопределенного пола голос, донесшийся будто бы сразу со всех стороны. Где-то вдалеке из санузла капитанской каюты послышался сдвоенный женский визг и падение чего-то тяжелого. Не я один оказался застигнутым врасплох оглушающей громкостью интеркома.
– Не понял?
– «Везунчик», – еще раз повторил Фрисби уставшим тоном мамочки, вынужденной объяснять своему чаду одну и ту же вещь в двадцатый раз подряд. – Голосовую трансляцию ведет его бортовой мозг. Я доработал систему безопасности и прописал базисы для развития личности на основе своей матрицы.
– Зачем? – не на шутку встревожился я. – Ты знаешь, что будет, если дать слишком большую волю бортовым системам.
– Уверяю, капитан, – вновь раздался голос с потолка. На сей раз куда тише. Видимо, мозг откалибровал голосовые системы вещания на основании негативной реакции экипажа. – Мое существование направлено исключительно на благо вас и экипажа. Я сделаю все, чтобы стать полезной.
На сей раз Фрисби заерзал, ощутив на себе мой немигающий пристальный взгляд.
– И как это понимать?
– Чего?
– Не прикидывайся, ты все слышал. Она проболталась.
Дроид ругнулся и обреченно завалился на бок, картинно агонически дернув лапками и предсмертно замерцав светодиодами зрительных фотоэлементов. Симулянт недоделанный.
– Фрисби! Сейчас начну зверствовать. Давно отвертку в задний штекер не получал?
 
– Ладно, ладно! Я, вообще-то, хотел сюрприз сделать. Джун, можешь поменять голосовые настройки. Мы спалились.
– Джун? – это спросил уже не я, а голоса Кары и Ланы, появившихся в поле зрения босыми и в уютных махровых халатиках на голое тело. Они могли себе такое позволить, благо система жизнеобеспечения следила не только за температурой воздуха, но и полов тоже.
– Приветствую, – голос интеркома приобрел более мягкую тональность с истинно-женскими нотками, – Кара, Лана. Рада знакомству.
Пока сестры озадаченно переглядывались, переваривая услышанное, Фрисби поспешил объясниться, прижимаемый к полу моим тяжелым взглядом. Пока что только им, без Силы.
– Понимаешь, спектр задач, которые приходится решать с возрастающей нагрузкой на сайт, постоянно растет. Еще и кибер-атака шума наделала. Моих мощностей уже не хватает, чтобы решить все вопросы, так что… Я сделал помощницу.
– С матрицей женского пола.
– Нечего лыбиться! Мне, может, тоже хочется, себя мужиком почувствовать.
Нечто промелькнувшее в тоне Фрисби смело с меня весь налет веселья и заставило иначе взглянуть на него.
– Растешь, друг. Но все же ставить личностную матрицу кораблю – не слишком ли рискованно?
– Пока это просто кусок программного кода, не более. Я бы никогда не стал пихать ИИ в корабль без твоего согласия.
– Что ж, – чуть расслабился я, позволив себе легкую полуулыбку, – и то хлеб. Кстати, почему именно Джун?
– Так звали предыдущего капитана «Везунчика», – отозвался тихий голос интеркома. В какой-то момент мне даже почудились в нем настоящие эмоции, но наваждение быстро прошло. Я достаточно давно живу бок-о-бок с дроидом, владеющим полноценным ИР, чтобы отличить его и простую виртуальную матрицу личности. – Когда Фрисби подключил мне самостоятельные мыслительные процессы, я смогла обеспечить доступ к закрытым массивам в обоих базах данных. Джун была первоклассным агентом и хорошим другом. Она заботилась о «Везунчике» даже после свой смерти. Только из-за нее меня не отправили на утилизацию. В память о ней я бы предпочла оставить ее имя себе, капитан. Если вы не возражаете.
– Оставляй, – великодушно разрешил я, не забыв поставить мысленную пометку о слишком складной речи для обычного ВИ. Впрочем, чего еще ждать от программы, модернизированной частичкой величия ушедшей расы Гри? Не сомневаюсь в правдивости слов Фрисби. Однако поверить в то, что он удержался и не провел пару-тройку экспериментов над матрицей личности перед внедрением в бортовую систему корабля – надо быть слишком наивным.
Впрочем, сейчас важно совсем другое. Я вновь обратился к Фрисби.
– Она справится с сайтом сама в наше отсутствие?
– Да. Но пару-тройку расширителей оперативной памяти все равно придется взять про запас. И попросить у Стража обновление системы для лучшего слияния с кораблем…
– Кто этот «Страж», о ком вы постоянно говорите? – не выдержала Лана, которая уже который раз без особого успеха пыталась вывести нас с Фрисби на откровенность. Все это время они с Карой молча прислушивались к разговору. Но если чалактанка умела сдерживать внутренние порывы, то Лана по сути являлась обычной молодой девчонкой, еще не знающей, когда лучше попридержать язык за зубами. Оттого и влипала вечно в ситуации, не позволяющие воспринимать ее всерьез.
Однако сейчас я все же соизволил ответить, заметив вопросительный наклон головы Кары. Той тоже было любопытно, куда больше ее тревожил внезапно обретший голос корабль, нежели личные секретки Главы их клана. Я послал ей успокаивающий импульс через ментощуп и коснулся вторым Ланы, прежде чем ответить:
– Просто разумный, перед кем у нас есть кое-какие обязательства. Ничего трудного или невыполнимого. В конечном итоге мы получим куда больше, чем потратим усилий. Хоть и придется немного помотаться по галактике.
Кара чуть расслабилась, не ощутив лжи и послав мне благодарную улыбку. Тонкому искусству говорить правду, не открывая ее всей, меня научил Нак Зиил, который является мастером в этом деле. Я ощутил небольшой укол совести, что вынужден поступать таким образом, но эта мера вынужденная. Как только наш клан обретет Имя, и Лана с Карой получат официальные подтверждения своего статуса, можно будет посвятить их во все тонкости. До тех пор, пусть лучше остаются в счастливом неведении.