Перекрестки миров. Том 2 (СИ)
Вместо этого он решил перейти в наступление.
— Мои бойцы сейчас отвлекают на себя часть сил ушастых, — сообщил он, намеренно повысив голос, чтобы слышали и другие воины. — Плюс, к нам на подмогу идет еще один отряд с тяжелым вооружением.
К’Варр удивленно вскинул брови. А на лице Ил’ды промелькнуло что-то похожее на расчет.
— Как мило с вашей стороны, — протянула она. — И чего же вы хотите взамен за такую щедрость?
— Они просто хотят помочь, Ил’да! Чего ты докопалась до «зеленых»⁈ — раздраженно вмешался К’Варр. — Они спасли наших девчонок и сейчас дерутся с нашими врагами! Этого мало?
— Ничего не бывает просто так, К’Варр! — резко отрезала старейшина, не сводя глаз с Корнева. — Особенно от чужаков, которые появляются из ниоткуда.
Корнев мысленно усмехнулся. Старушке палец в рот не клади, отхватит по самое плечо. Но она была права. Благотворительностью российская армия не занималась.
— Малораны — это наш общий враг, — вслух сказал капитан, выбирая самую простую и понятную формулировку. — А воевать с общим врагом, по логике вещей, проще не у себя дома, а на чужой территории. Ваша территория — идеальный буфер. Мы помогаем вам, вы помогаете нам. Все просто.
— Вот теперь верю, — криво усмехнулась старуха. — Прагматизм, это я понимаю. Но вот что мне интересно. Откуда вы вообще взялись? И с каких это пор римляне больше не носят свои пафосные красные плащи и дурацкие щетки на шлемах?
— Мы не римляне, — покачал головой Корнев. — Мы пришли из Врат.
Все вокруг резко замолчали. Даже шепот беженцев стих. Уже сотни пар глаз уставились на Корнева так, будто он только что признался в связи с самим дьяволом. На лицах кошаков отразилась смесь недоверия и шока.
— Из тех Врат, что контролируются ушастыми? — осторожно, понизив голос до шепота, спросила Ил’да.
— Нет, — покачал головой Корнев. Он указал рукой в том направлении, откуда они приехали. — Там, в той стороне, проявилась еще одна арка. Малораны атаковали нас, пройдя через нее. И вот мы здесь.
— Кто… кто из ваших открыл Врата? — совсем тихо, почти неслышно спросила старушка. Ее пальцы, сжимавшие посох, побелели.
Корнев на мгновение замялся. Он не до конца понимал подоплеку этого вопроса, но чувствовал, что играет на тонком льду. Правду говорить или соврать? Все же решил рискнуть.
— Ну, в общем, это я, — просто ответил он.
И тут случилось нечто совершенно невообразимое.
Старейшина Ил’да, глава Совета, могущественная и всеми уважаемая (но это неточно) колдунья, рухнула на колени перед чужаком. Просто упала в грязь, не обращая внимания на свои дорогие одежды, под удивленные и шокированные взгляды всех соплеменников.
— Прошу тебя! — взмолилась она, протягивая к нему дрожащие руки. Голос сорвался, в нем звучало отчаяние и последняя, безумная надежда. — Я отдам всё, что у меня есть! Всё! Только зажги нашу арку! Хотя бы на час! Чтобы дети могли уйти!
— Старая, ты чего⁈ — удивленно воскликнул К’Варр, пытаясь поднять ее. — О какой арке ты говоришь? Ближайшие Врата в трех днях пути, и они не наши!
— Заткнись, щенок! — прошипела на него старуха, отталкивая его руку. — Ты молод и глуп, чтобы знать об этом!
Корнев стоял в полном ступоре, лихорадочно соображая, что происходит. У них есть свои неактивные Врата?
— Кхм, — капитан прочистил горло, пытаясь вернуть себе самообладание. — То есть, у вас есть своя арка Врат?
— Да! Да! — быстро закивала бабулька, не поднимаясь с колен. — Небольшая, тайная. Пройдет в ширину всего трое, но это наш единственный шанс! Единственный маг, кто мог ее зажечь, умер тридцать лет назад! Прошу тебя, чужак! Назови свою цену!
— Как же вы мне все дороги, — пробормотал Корнев на русском. Один приказ сложнее другого, а тут еще старая мегера со своими хотелками.
— Кэп, у нас проблемы! — голос Смолина в наушнике прозвучал как-то смущенно, вырывая его из раздумий.
— Что еще не так⁈ — приготовился Корнев к очередному головняку.
— На три часа и двадцать метров вверх, — выдохнул лейтенант. — Просто посмотрите…
Колонна беженцев, до этого молча наблюдавшая за странной сценой, тоже замерла. Все как один подняли головы. Из-за крон гигантских деревьев донесся нарастающий гул, не похожий на звуки боя. Это был рев мощных двигателей.
И в следующую секунду почти на бреющем полете, с треском ломая ветви и осыпая толпу градом листьев, из дыма вынырнула та самая, потрепанная, но не побежденная колонна Лешего. Два БТРа и два «Тигра» неслись на всех парах по широкой ветви-магистрали, проложенной на высоте двадцати метров.
По машинам беспорядочно били ледяные стрелы и огненные копья, летевшие откуда-то из дыма. В ответ колонна огрызалась яростным автоматическим огнем. Кто-то из бойцов, высунувшись из люка, шарахнул из гранатомета, и где-то в кронах рвануло, осыпав землю искрами.
Но все это меркло на фоне трех фигур, которые стояли на крышах несущихся машин в полный рост. Три седых, как лунь, кошака, вооруженные каким-то экзотическим древковым оружием. Они стояли, широко расставив ноги, и, не обращая внимания на летящие в них заклинания, радостно хохотали на всю округу, посылая обратно в дым мощные магические «подарки». Один крутил над головой копье, создавая силовой вихрь, отражавший стрелы. Второй метал в преследователей сгустки молний. Третий, тот самый, что был с Лешим, просто размахивал руками, и перед машинами вырастали и тут же исчезали полупрозрачные щиты.
— Арсий, прямо как в молодости на скачках у князя Т’хаара! — услышал Корнев гогочущий голос одного из стариков.
— И не говори, Ассар! Только стрелков тогда было побольше, а вина подешевле! — ответил ему другой, уворачиваясь от ледяного шипа.
Корнев молча проводил взглядом несущуюся по верхнему ярусу колонну, зацепившись взглядом за фигуры хвостатых. Все трое были те еще старцы, судя по седине и морщинам, но рожи у них были счастливые, как у необремененных интеллектом подростков, дорвавшихся до запретного развлечения.
— Это… тоже ваши? — выйдя из ступора, спросила бабулька Ил’да, поднимаясь с колен.
— Мои, — мрачно ответил Корнев, понимая, что его взводный умудрился вляпаться в компанию местных сумасшедших пенсионеров. Он переключился на частоту колонны Лешего. — А те, что сверху, ваши? — спросил он, подавая бабульке руку. Та, уже без всякого подобострастия, бодро вскочила на ноги, приложив руку козырьком к глазам и вглядываясь в несущиеся машины.
— Вот же ж черти старые! — чертыхнулась она. — Арсий, Ассар и Торвин! Три старых козла, а всё туда же! Позорят седины!
— Красиво идут, — с нотками восхищения и зависти в голосе оценил К’Варр.
— Ты мне лучше скажи, — вздохнув, повернулся к нему Корнев, — когда они оттуда вернутся? И как?
К’Варр нахмурился, вглядываясь в траекторию движения колонны.
— Все ближайшие спуски с этого яруса разрушены драконом, — виновато ответил воин. — Если брать их скорость, то до ближайшего уцелевшего пандуса им нестись минут тридцать. И еще столько же, если не больше, по земле к нам. Если их по дороге не сожрут. — Он виновато развел руками.
Корнев выругался про себя.
— Леший, это Барон! — произнес он в рацию, выкрутив громкость на максимум. — Скажи мне, что у вас есть план, и вы ему следуете?..
Глава 17
Сквозь треск статики пробился тяжелый выдох взводного, сопровождаемый гулом дизеля.
— Так точно, Барон. План максимально простой — не сдохнуть. И пока мы идем с явным опережением графика. Эти старые хрычи нам тут натуральный автобан из магии стелют. Будем на точке, как договаривались. Конец связи.
Корнев опустил руку с рацией. Капитан потер переносицу. Сюрреализм происходящего давно перешагнул все мыслимые пределы, но рефлексировать об этом было некогда. Он резко развернулся, отгоняя мысли о Лешем и тех идиотах, что сейчас скакали по броне под огнем малоранов. У них своя работа, у него своя.
Капитан тяжелым взглядом уперся в старейшину. Ил’да стояла ровно, опираясь на свой резной посох, и тоже смотрела на него. В ее глазах уже не было того подобострастия, с которым она валялась в грязи минутой ранее. Там читался отчаянный расчет.