Чёрное серебро (СИ)

Богдан усмехнулся, хорошо зная, какой последует ответ.
— Ещё как оккупировали, — с готовностью подтвердил Костя, и его голубые глаза озорно засияли. — На следующий же день после твоего отъезда! Я туда свои книжки перетащил. Все до единой.
— Которых в последнее время стало ещё больше, — улыбнулась Богдану мать. Тот подмигнул в ответ, одновременно адресуя брату насмешливый кивок.
  
— Значит, наш книжный червь совсем не изменился?
— А ты в меня не верил, брат? — скорчил забавную гримасу Костя.
— Наоборот. Я был уверен, что горбатого могила исправит.
— Издеваешься?
Костя ухмыльнулся. Он был счастлив. Ему так не хватало обычных шутливых перепалок с братом за эти долгие месяцы.
— Ладно, хоть ты и до ужаса вредный, я всё равно помогу тебе дотащить твою сумку наверх. А то как бы ты от усталости не рухнул прямо на лестнице после долгого перелёта из страны озёр и кленового сиропа.
— Такой задохлик потащит мою сумку? — с сомнением протянул Богдан, придирчиво рассматривая худощавую фигуру брата. — Нет, сомневаюсь, что это тебе под силу, ботаник.
— Сейчас посмотрим.
Костя с азартом схватил тяжёлую сумку, и серые глаза Богдана блеснули. Младший, как всегда, лез в бутылку, бросая вызов и совершенно не думая о последствиях.
— Отдай немедленно, чудо.
Богдан с удовольствием принял правила игры и, шагнув ближе, стал отбирать сумку у брата. Их пальцы переплелись, и это нехитрое прикосновение послало десятки коротких молний по телу старшего из братьев Стармановых.
— Отстань! Сказал — дотащу наверх, значит дотащу!
Костя не уступал. С трудом сдерживая смех, он упрямо пытался вырвать ремешок сумки из рук брата.
— Ты сам напросился.
Богдан отпустил сумку, но вместо этого обхватил брата за шею рукой, притягивая к себе и заставляя наклониться. Он широко улыбался, скручивая Костю в бараний рог. Возмущённые крики младшего вперемешку с хохотом звучали как музыка для его ушей.
— Как дети малые, — усмехнулся отец.
— Богдан, отпусти брата, — с улыбкой попросила мама. — Ты же ему сейчас синяков наставишь.
— Так я и хочу наставить, — кивнул Богдан. — А то он у нас слишком нежный. Да, Белоснежка?
— Зато ты у нас медведь!
Даже согнутый в три погибели, Костя ухитрился показать брату язык. Подумав, что у этого мелкого паршивца совсем тормоза отказали, Богдан довольно зарычал и притянул брата ещё ближе, намереваясь ткнуть его носом себе под мышку.
— Богдан?
В прозвучавшем с порога женском голосе послышались нотки тщательно скрываемой радости.
— А мы так и поняли, что это ты, когда увидели чужую машину на аллее. С возвращением.
Богдан поднял голову и улыбнулся, увидев, кто его окликнул. На пороге стояли Светлана и Артём Иванцовы, высокие черноволосые крепыши, которые были его лучшими друзьями ещё со школьных лет.
— Привет, Богдан, — улыбнулся Артём.
— Привет, ребята.
Богдану пришлось отпустить брата, когда он шагнул навстречу друзьям. У него было желание потащить Костю за собой, но получив сильный тычок в бок, он решил не устраивать ненужных сцен.
— Рад вас видеть. Светка, ты всё хорошеешь.
Богдан поцеловал девушку в щёку. Светлана вздрогнула, уже через секунду вернув себе невозмутимый вид. Она никогда не показывала своих чувств, но Богдан знал о том, что она к нему неравнодушна. В свои двадцать четыре года Светлана Иванцова являлась незаменимым лицом в компании Стармановых. Она была идеальным секретарём и идеальным другом. Всегда спокойная, собранная и невозмутимая, с аккуратной причёской и минимумом макияжа, Светлана так же, как и её младший брат-близнец Артём, всё чаще выполняющий в последнее время функции шофёра, успела стать почти родной для семьи Стармановых. Особенно после того, как несколько лет назад их родители погибли во время землетрясения и обвала в шахте.
— Богдан, мы тебя ждали только завтра, — почти обвиняющим тоном сказала Светлана, быстро доставая из кожаной папки стопку документов.
— Извини, — усмехнулся Богдан. Он был рад друзьям, по которым успел соскучиться за время своего длительного отсутствия. — Похоже, я всех разочаровал своим неожиданным появлением. Останетесь на обед?
— Нет, спасибо, — решительно отказалась Светлана. — Мы приехали только подписать кое-какие срочные бумаги у Вадима Валерьевича. Артём даже мотор не глушил.
— Увы, — с явным сожалением протянул её брат. Он был не прочь задержаться, чтобы пообщаться с лучшим другом, а заодно в очередной раз отведать божественной стряпни хозяйки дома, но хорошо знал, что спорить с сестрой бесполезно.
— Света, это же недолго, — попробовала уговорить девушку Анастасия, которая всегда прилагала усилия, чтобы близнецы не считали себя в этом доме чужими.
— Спасибо, Анастасия Николаевна, но мы и правда спешим, — решительно заявила Светлана. — Сначала работа, а всё остальное потом. Вадим Валерьевич, держите.
— Работа не убежит, — покачал головой Вадим Старманов, быстро подписав документы. — Останьтесь и поешьте.
— Да, мы вас просто не отпустим! — весело заявил Костя, ловко выхватывая у отца из рук папку с документами и пряча её за спину. — Артём, мы же в одной команде? Между прочим, сегодня в меню твой любимый пирог!
— С грибами? — уточнил Артём, бросив на сестру умоляющий взгляд.
— Так точно, — подмигнул Костя. Он всегда радовался гостям, особенно Артёму, которого считал не только другом Богдана, но и своим собственным. В детстве Артём часто возился с ним, брал с собой на спортивные площадки и никогда не прогонял, защищая даже перед Богданом, если тот вдруг пытался избавиться от надоедливого младшего.
— Константин, не умничай, — строго сказала Светлана, которая была совершенно невосприимчива к любым Костиным уговорам. — И немедленно отдай мне папку.
— Кто ему позволит умничать.
Богдан усмехнулся и, обхватив брата за пояс, вырвал у него папку, получив прекрасный повод ещё раз на секунду прижать к себе тонкое гибкое тело.
— Спасибо, Богдан.
Получив назад свои документы, Светлана благодарно улыбнулась и тут же начала подталкивать вздыхающего Артёма к выходу. Богдан кивнул обоим, не особо расстраиваясь из-за ухода близнецов. Он знал, что у них теперь будет достаточно времени, чтобы пообщаться вволю.
Через несколько минут после ухода Иванцовых Анастасия позвала всех к столу. В доме Стармановых была своя прислуга, но сегодняшний обед хозяйка деревянного терема приготовила сама, словно предчувствовала преждевременное возвращение старшего сына.
За обедом Богдан рассказывал о своём пребывании в Канаде, отвечая на десятки вопросов, которые сыпались на него со всех сторон. Ему было нечего скрывать. За эти шесть месяцев он сумел добиться значительных успехов в делах филиала компании и даже организовал покупку новых рудников.
— Возможно, я сам скоро наведаюсь в Оттаву, — заметил Вадим, выслушав рассказ сына. — У меня есть кое-какие планы насчёт проекта новой шахты.
— Что за планы? — заинтересовался Богдан. — Ты раньше об этом не упоминал. Может, я зря вернулся? Надо было остаться и заняться разработкой проекта?
— Нет, об этом ещё рано говорить. К тому же теперь ты нужен в Северограде. В Канаде ты уже сделал достаточно. Молодец.
В голосе Вадима опять послышалась гордость.
— Ты полностью доказал, что твоё место здесь.
Богдан кивнул, понимая, что имеет в виду отец. Работа в филиале была своеобразным экзаменом, и он его успешно сдал, получив тем самым право участвовать в руководстве компанией, основной центр которой находился здесь, в Северограде. Теперь ему предстояло заняться делами в родном городе. Богдан всегда знал, что рано или поздно возглавит семейную компанию. На Костю в этом плане было мало надежды. Обучаясь на литературном, он всё своё свободное время посвящал книгам и мотоциклам и не испытывал ни малейшего желания заняться управленческой деятельностью.
  
— Мальчики, ешьте, пока не остыло.
Анастасия посмотрела на Богдана, с радостью убедившись в том, что сын не утратил своего обычного аппетита за долгие месяцы, проведённые вдали от дома, но повернувшись к младшему, тут же укоризненно покачала головой. Костя даже не притронулся к запечённому мясу и уже тянулся к яблочному соку.