Чёрное серебро (СИ)

— Как ты себя чувствуешь?
Голос старшего брата был искренним. Он действительно волновался.
— Нормально, — пробормотал Костя, потеряв всякое желание срываться на Богдана. — Я же выспался как слон. Всё отлично.
— Да, я вижу, — Богдан кивнул на лепестки роз. — Развлекаешься? Погоди, мать тебе всыплет.
— Да, наверное, — улыбнулся младший. — Я в курсе, что мне придётся собственноручно посадить несколько новых кустов роз, как в прошлый раз. Тогда я даже больше оборвал, потому что у Антошки был день рождения, и я хотел…
  
Он осёкся, поймав взгляд Богдана. Тот явно начинал злиться, и Костя никак не мог понять причин этой злости. Может, брат всерьёз подумал, что он решил нарушить своё обещание?
— Слушай, я правда не собирался бросаться на поиски приключений. Антошка пришла за шлемом, и я просто хотел, чтобы она осталась с нами поужинать. Что у неё за дела такие важные? Про деда она точно соврала.
Костя собрал розы, подумав, что их нужно хотя бы поставить в воду, раз уж Антошка их не забрала. И сразу после этого пойти и вымолить прощение у матери.
— Ты её любишь? — неожиданно спросил Богдан. — Свою Антошку?
Этот вопрос застал Костю врасплох. Такого он не ожидал.
— Что?
На какую-то секунду он даже подумал, что ослышался. Богдан никогда раньше не интересовался его отношениями с Антошкой.
— Любишь? — настойчиво повторил брат. У него было такое странное выражение лица, что Костя невольно поёжился. Он вдруг почувствовал себя преступником, которого обвиняют в страшных грехах.
— Да, люблю.
Костя помедлил с ответом, и Богдан усмехнулся, почувствовав слабину.
— И как сильно ты её любишь? — вкрадчиво спросил он. — До такой степени, что дыхание перехватывает в горле? Так, что хочешь привязать её к себе навсегда? Забрать у всего мира и сделать только своей?
Он чеканил каждое слово. Братья стояли совсем рядом, пока Богдан продолжал свой странный допрос. Костя не мог пройти мимо, не зацепив его плечом, и почему-то именно в эту секунду безумно боялся нечаянно прикоснуться к брату. Он поражённо смотрел на Богдана и, встречая горящий взгляд потемневших серых глаз, просто не мог сказать ему неправду.
— Нет. Не так.
— Понятно, — кивнул Богдан. Он был доволен ответом брата, но недоволен собой. Зачем было вообще начинать этот разговор? Понимая, что сорвался, Богдан попытался превратить всё в шутку.
— Я вижу, мой брат наконец-то повзрослел. Пошли, думаю, мама уже ждёт нас к ужину.
Он развернулся и направился к выходу из гаража, но спустя секунду его остановил задумчивый голос брата:
— Богдан, а ты сам любил так сильно?
Костя и сам не понял, зачем задал такой вопрос. Он просто не мог не спросить. То, как Богдан говорил, потрясло его.
Брат повернулся и смерил его насмешливым взглядом.
— Пошли, Белоснежка.
Костя даже не отреагировал на обидное прозвище. У него в голове внезапно промелькнула безумная мысль, вызванная коротким воспоминанием, которое не имело ничего общего с реальностью, но тем не менее обжигало как огнём. Он вдруг подумал, что недавний поцелуй с Антошкой был спровоцирован невероятной и абсолютно сумасшедшей фантазией о том, как его поцеловал старший брат.
========== Глава 4 ==========
На следующее утро Богдану позвонил Михаил Глухов.
— Нам лучше встретиться, Богдан Вадимович, — едва поздоровавшись, сказал он. — Понимаю, что не могу настаивать, но это очень важно. Речь идёт о вашем брате.
— В чём дело? — не понял Богдан.
— Я с удовольствием объясню вам всё при нашей встрече. Пожалуйста, приезжайте в любое удобное для вас время.
Богдан недолго раздумывал. Ему не понравился ни тон говорившего, ни само приглашение. Глухов был слишком самоуверен и явно перегибал палку. Однако дело касалось Кости, и это сыграло решающую роль. Вместо того чтобы отправиться пораньше в офис, Богдан поехал к Глуховым.
Во дворе клиники его встретила Диана. Увидев гостя, она поспешила ему навстречу, смущённо улыбаясь.
— Здравствуйте, Богдан. Я ждала вас. Отец сказал, что договорился с вами о встрече, и я решила этим воспользоваться. Я хотела поблагодарить вас.
— За что?
Богдан усмехнулся, с удовольствием рассматривая сияющее свежестью и чистотой лицо девушки.
— Разве это не моя прямая обязанность благодарить вас? Я не забыл, что вы помогли моему брату.
— Да нет, это пустяки, не стоит…
Казалось, Диана смутилась ещё сильнее.
— Знаете, я ещё вчера хотела сказать спасибо за то, что вы не запретили нам с сестрой гулять в окрестностях шахты. Даша обожает там бегать. Да и мне нравится, ведь я очень люблю природу. Мы вам очень благодарны. Может… я надеюсь, вы не откажетесь с нами позавтракать?
— У меня есть идея получше. Давайте поужинаем завтра в городе?
— Конечно. С удовольствием.
Щёки Дианы залил нежный румянец. Богдан сам не знал, зачем ему понадобилось приглашать её на ужин. Девушка ему нравилась, но он мог прекрасно обойтись и без её общества. Он не планировал превращать её в свою любовницу и даже не потому, что Диана, по-видимому, не относилась к числу легкодоступных девушек. Богдан не сомневался, что она уступит, если он всерьёз займётся её обольщением, но в данный момент его больше интересовало другое. Будучи прирождённым стратегом и привыкая в последнее время просчитывать все свои действия на несколько ходов вперёд, Богдан подсознательно чувствовал, что семья Глуховых ему ещё пригодится.
На этот раз Богдана пригласили не в клинику, а в дом. Глуховы жили здесь же, в небольшом двухэтажном коттедже, расположенном недалеко от клиники на склоне горы.
Михаил Глухов радушно встретил гостя на пороге и сразу же провёл его в свой кабинет, который не слишком отличался от кабинета в клинике. Тут тоже было просторно и светло.
— Я рад, что вы нашли время, чтобы приехать, Богдан Вадимович, — с улыбкой сказал он. — Присаживайтесь, пожалуйста. Диана сейчас принесёт нам кофе. Хотя, может быть, лучше перейдём в столовую и позавтракаем?
— Спасибо, я уже позавтракал дома.
Тон Богдана был холодным и безразлично вежливым, подчёркивая его отношение и к приглашению, и к предстоящему разговору. Он не собирался задерживаться здесь надолго.
— Мне бы хотелось сразу же перейти к делу. Вы настояли на нашей встрече, сказав, что это имеет отношение к моему брату. Я хочу знать, какое именно.
— Самое прямое.
Михаил перестал улыбаться. На его лице сразу же появилось серьёзное выражение.
— Мы так и не закончили наш с вами разговор в прошлый раз. Для начала я хочу вас успокоить. С вашим братом всё в порядке и его здоровью ничто не угрожает. А теперь позвольте, я немного расскажу вам о своих исследованиях, которые занимают практически всё моё время и, мне кажется, вы со мной согласитесь — являются актуальными для всего человечества. Видите ли, я занимаюсь особенными.
— Что?
Богдан удивлённо посмотрел на хозяина кабинета, не до конца уверенный, что правильно его понял.
— Вы изучаете нечей? Я думал, что вас интересует исключительно медицина.
— Так и есть. Точнее, интересует в том числе. Я занимаюсь медицинскими исследованиями, в которых основное внимание уделяю особенным. Это моя ахиллесова пята, так сказать.
Михаил опять улыбнулся, но какой-то довольно неприятной улыбкой.
— Поверьте, это очень интересно. Особенные во многом отличаются от нас с вами. Взять хотя бы их способности, силу, да саму физиологию, которая зачастую подбрасывает удивительные сюрпризы. Я уже давно этим занимаюсь и знаю такое, что до сих пор остаётся секретом для наших прославленных Институтов Сотрудничества.
  
Богдану было плевать и на способности, и на физиологию нечей, но он кивнул и, устроившись поудобнее в кресле, позволил себе расслабиться. С Костей всё в порядке. Это самое главное.
В кабинет вошла Диана. Она принесла кофе. Быстро расставив чашки, девушка бросила украдкой взгляд на Богдана, но повинуясь кивку отца, поспешно вышла.