Запретная (СИ)

- На карусели? – повернулся блондин к своей спутнице.
- «Карусели» - передразнила его та.
Они попрощались с присутствующими, ещё раз поблагодарили их за то, что они вмешались в потасовку, получили последние партии комплиментов за хорошую стрельбу и поздравлений за удачный выстрел и отправились в сторону экстремальных аттракционов.
- Крутая пара, - покачал головой Питер, смотря им вслед. – Когда-то и мы с тобой такими были, а? – толкнул он локтём свою пышечку.
- Да мы и сейчас крутые, - улыбнулась та и погладила головку сына.
*****
Американские горки, различные вертушки, открытый лифт, поднимающий десять смельчаков на 50-метровую высоту и резко падающий оттуда и катапульта, выстреливающая шаром с четырьмя посетителями в воздух, делая их на 70 метров ближе к небу, заставили Джейн потрястись от страха, сильно посомневаться в том, что она увидит завтрашний день и поприжиматься к своему кавалеру. Тот кричал, когда кричали все, зажмуривал глаза, когда это делало большинство вокруг и даже восклицал: «Воу!», «Офигеть!», «Зря я сюда сел!», «Ну его нафиг такой экстрим» и тому подобное, чтобы выразить степень своего испуга.
Экстремальные «горячие блюда» были щедро приправлены весёлой болтовней, швырянием дротиков в шарики, битьём кувалдой по силомеру, забрасыванием мячиков в кольца, игрой в автоматы и обменом улыбками и шутками с посетителями парка. В дротиках и забрасывании мячиков Дональд выиграл маленькие мягкие игрушки и подарил их детишкам.
- Ты, вообще, чего-нибудь боишься? – спросила его наша героиня, когда они подошли к ларьку с мороженым после катапульты – последнего экстремального аттракциона на сегодня. А может и на этот месяц.
Блондин усмехнулся.
- Твоё «вообще» намекает на то, что не боюсь, - проговорил он.
- Не намекает, а прямо говорит. У меня ощущение, что у тебя отсутствует чувство страха.
- Как это - отсутствует? Я громче тебя орал на этих каруселях.
Он взял у продавщицы рожок с тремя шариками мороженого и протянул его Джейн.
- Спасибо, - взяла его та. – Знаешь, что мне это напомнило?
- Мои крики?
- Всё, что ты делал на аттракционах.
- И что же?
Блондин взял мороженое для себя, и они пошли по дорожке в сторону уменьшения количества людей и звуков.
Темнота пыталась «поглотить» парк, но смелые рыцари света: различные лампы, фонари и фонарики, рассекали её вдоль и поперёк своими лучами, давая возможность отдыхающим насладиться ночными атмосферой и прохладой, не спотыкаясь, не блуждая и не разбивая друг о друга лбы.
- Как мы с братом пугали в детстве папу, и он убегал, делая вид, что сильно боится, - ответила девушка. – Тебе ведь не было страшно?
- Ладно, признаюсь: не было. Но это не значит, что я не получил хорошие эмоции и удовольствие. Мне очень понравилось.
- Мне тоже. Так ты чего-нибудь боишься?
- Да.
- Чего?
- Потерять близких, - парень сделал паузу. – Например, тебя.
- О, я уже попала в категорию близких? – улыбнулась Джейн.
- В категорию самых близких.
Он смотрел ей в глаза. Приятный, тёплый, щекочущий сердце, лёгкие, желудок… в общем всё органы, пузырь, стал раздуваться внутри девушки. Он выдавал себя учащённым сердцебиением, гусиной кожей и мелкой дрожью. Наша героиня никогда не чувствовала себя так хорошо, легко, прекрасно и волшебно. Ей хотелось петь о своём счастье, танцевать о нём, кричать, но сначала… Сначала вцепиться в эти красивые, манящие губы напротив своими, засосать язык, обхватить руками лицо…
- Ты тоже… почти попал в неё, - проговорила она, взяв себя в руки и успев вставить на ходу «почти».
- В категорию самых близких?
- Да.
Дональд взял её за руку, создав ещё один пульсирующий, щекочущий и раздувающийся источник удовольствия.
- Ты не представляешь, как я рад слышать это, - проговорил он.
Они крепко держались за руки и уходили всё дальше от людей и создаваемых ими звуков.
«Зачем это мороженое взяли?» – думала Джейн, откусывая большие куски холодного лакомства.
Она была уверена, что это оно помешало Дональду поцеловать её.
 
- Можешь снять линзы? – попросила она. – Хочу увидеть твои настоящие глаза.
- Давай в следующий раз? - произнёс извиняющимся тоном парень. – Пальцы надо обработать, прежде, чем в глаза лезть, и линзы в специальный раствор положить сразу.
- Аа, хорошо. Может пойдём обратно? Что-то тут никого нет. И охранников не видать.
- А зачем нам кто-то? Пойдём, посидим, - показал блондин на широкую деревянную скамейку.
- А если те здесь ходят? – осмотрелась вокруг девушка.
- Те пять чудиков? Их же вытурили из парка.
- Через забор не проблема перемахнуть.
- Ничего - парк большой. Пока они нас найдут, нас тут уже не будет, - улыбнулся Дональд и повёл Джейн к скамейке.
- Сам понял, что сказал? – улыбнулась та.
- Ой, перепутал, - махнул рукой парень. – Я хотел сказать: они нас не найдут, если нас тут не будет… То есть: нас тут не будет, если они нас не найдут.
- Ну всё, всё, - остановила его наша героиня, садясь на скамейку. – Будем считать, что они остыли и поехали тусить.
- Да, - улыбнулся блондин и уселся рядом с ней.
Они покончили с остатками мороженого и вытерли влажными салфетками руки.
- Будешь? – протянула Джейн пластинку мятной жвачки.
- Давай, - угостился её кавалер.
Высокие фонари остались единственными рыцарями света вокруг. Они хорошо освещали безлюдную дорожку, пустые скамейки и урны, неплохо – деревья первых рядов рощи, напирающие на дорожку с двух сторон, и газон под ними, плохо – то, что было прямо за ними и никак – то, что было ещё дальше.
Стрекотня насекомых была самой громкой нарушительницей окружающей тишины. За ней шли звуки веселья с людной части парка, беготня и шубуршание каких-то мелких зверьков – скорее всего белок и крыс, - и гудение одного неисправного фонаря – он был далеко от нашей парочки и не сильно мигал.
«Я готова, - подумала девушка. – Начинай разговор про близких, сядь поближе, возьми меня за руку… - пятеро парней вышли из рощи на дорожку в тридцати метрах от них и стали быстро приближаться. - Это же… Вот, ж..па!»
- Это те парни! - вскочила она на ноги.
- Да, я вижу, - спокойно проговорил её спутник.
- Говорила же: придут! Бежим! Скорее!
- Мы же решили, что они остыли?
«Ах ты, бесстрашный болван!» – выругалась про себя Джейн.
Картина избитого, лежащего в луже крови «бесстрашного болвана» заставила её взять его за руку, сильно потянуть и быстро затараторить:
- Бежим, пожалуйста! Ну, пожалуйста, Дональд! Ты смелый! Ты самый смелый из всех, кого я знаю! Не надо мне ничего доказывать! Просто бежим!
- Да, зачем? – неохотно поднялся Дональд и медленно пошёл за ней.
- На пушку надеешься? – крикнул здоровяк с самыми тёмными волосами – тот самый Рэй, - когда расстояние между группой и парой сократилось до пятнадцати метров. – У нас такие игрушки тоже есть, - достал он пистолет.
Двое его приятелей тоже продемонстрировали оружие.
- Вот видишь, - сказал Дональд замершей на месте Джейн. – Он и вправду остыл. Не орёт, не бежит. У меня нет пушки, - развёл он руками, повернувшись к парням.
Те сократили дистанцию до трёх метров и остановились.
- Значит ты совсем дурак, - осклабился светлый коротко бритый крепыш, убирая ствол.
- Как ты, красавица? – улыбнулся нашей героине Рэй и тоже спрятал оружие.
- Он вам ничего не сделал, - быстро замотала головой та.
- Ты здесь лишняя, - грубо сказал здоровяк под стать Рэю с длинной светлой косичкой, аккуратной бородой и большим – только что заткнутым за пояс, - револьвером. – Гвен, уведи её подальше, - сказал он самому низкорослому крепышу. – Дамам нельзя на такое смотреть.
Дональд засмеялся.
- Что смешного, придурок? – вылупился на него бородач.
- Из-за неё и других людей рядом вы в прошлый раз и остались целы, - усмехнулся блондин. Послышались смешки и фырканья. – А теперь хотите лишить себя единственного гаранта вашего доброго здравия.