Второй шанс. Трилогия (СИ)

Собрав в кулак оставшиеся силы, я начал подниматься, и получил кулаком в висок непонятно откуда. Завьялов мелькал передо мной, словно размытая тень, похищая кислород и лишая всякой возможности на ответный удар.
– Кажется, игра окончена, – с сожалением произнес он. – Сейчас я… О! – в голосе Максима зазвучали похотливые нотки. – А кто это тут у нас потёк? – отвернувшись от меня, он вразвалочку направился к Яне. – Не думал, что такое тебя заводит, детка. Любишь, когда жестко, да? Я тоже люблю. И покажу тебе все очень скоро. Я тебя так трахну, что ты неделю ходить не сможешь. Сейчас…
  
Понимая, что второго шанса не будет, я из последних сил рванулся вперед. Напрыгнув на отвлекшегося противника сзади, я взял его шею в замок, обхватил тощее туловище ногами и, вцепившись мертвой хваткой, опрокинул своим весом на пол.
– Тварь! – захрипел Максим.
– Как оно, без кислорода, сука? – прорычал я, сжимая тощую шею изо всех сил.
– Сейчас узнаешь, – Завьялов активировал дар и начал откачивать воздух из помещения.
Мои легкие обожгла нехватка кислорода. Вместе с этим противник принялся летать по своей комнате извращений, ударяя меня о стены, пол и потолок. Чувствуя, как с каждой секундой жизнь покидает меня, я все равно не выпускал ненавистного врага.
Завьялов бы вышел из схватки победителем, если бы не одно «но» – он тоже был человеком и нуждался в кислороде. Мы оба вновь упали на пол. Не в силах больше использовать свой дар, Максим беспомощно царапал мои руки. Воздух начал возвращаться в комнату и позволил мне вдохнуть, тогда как противник не мог позволить себе такую роскошь. Он пытался что‑то сказать, но я не стал ослаблять хватку, чтобы послушать последние слова такой падали.
Когда Завьялов младший перестал подавать признаки жизни, я все равно сделал усилие и свернул ему шею, чтобы точно не выжил. После, сбросив с себя безвольное тело, я поднялся и, шатаясь, словно в стельку пьяный, побрел к Яне.
– Ловко ты придумала с его эмпатией. – Едва ворочая языком, похвалил я девушку. – Обманула, придурка.
Яна кивнула. В ее глазах блестели слезы.
– Сейчас, сейчас, – меня накрыла непроглядная тьма, и я уже действовал на ощупь. Когда под пальцами звякнули удерживающие девушку цепи, я расплавил их и упал бы, не подхвати она меня.
– Ты молодец, – зашептала доставшая изо рта кляп Яна. – Только не засыпай. Не засыпай! Смотри на меня, слышишь⁈ Смотри! Не закрывай глаза!
– Не могу, – прошептал я, чувствуя, что вот‑вот отключусь. – Но даже так – я все равно тебя вижу.
– Макс! – голос Яны донесся до меня откуда‑то издалека, после чего наступила тишина.
23. Новая жизнь
После дождливого мегаполиса залитый жарким солнцем пляж воспринимался, как другая планета. Особенно если учесть тот факт, что я никогда особо и не путешествовал. Учеба, работа, тюрьма, снова работа – постоянно было как‑то не до того, чтобы посмотреть мир.
Да и какой там мир? На службе мне запрещалось посещать недружественные страны, а для визита в дружественные требовалась целая кипа документов. Мне вечно было лень с ними возиться. Так что, если не считать служебных командировок и сборов на разных военных базах, кроме Москвы я пару раз ездил разве что в Санкт‑Петербург.
Надо бы исправить эту оплошность.
– Намажешь мне спину? – попросила Яна. В стильном черном купальнике она лежала на расстеленном на горячем песке полотенце и нежилась на солнце.
– Без проблем, – я порылся в рюкзаке и достал оттуда тюбик с кремом от загара.
– Везет тебе, – тихо сказала девушка, поглядывая на меня поверх темных очков, – с таким даром не надо морочиться со всякой ерундой.
– Зато я не могу щеголять свежим загаром, – выдавив крем на ладонь, я посмотрел на Яну. – Переворачивайся.
Девушка подставила мне спину и потянулась.
– Нежнее, – попросила она, когда я начал втирать крем в ее кожу, которая за неделю отпуска уже не выглядела бледной.
– Ночью ты просила другого, – улыбнулся я.
– Дурак, – буркнула Яна и отвернулась.
– Да ладно тебе, не дуйся, – мои руки спустились с ее плеч ниже, ближе к пояснице.
Тень снова повернула голову и сердито посмотрела на меня.
– Я все еще не простила тебя за то, что ты чуть не умер у меня на руках. Опять!
– Я, между прочим, тебя тогда спасал.
– Это не оправдание. – Отрезала девушка. – Потом ты две недели валялся в больнице, а после мотался по судам и допросам. Если бы не информация на сломанном телефоне Завьялова‑младшего и документы в сейфе его отца, плюс показания Захара и особые полномочия сотрудников агентства, я бы сейчас тебе передачки в тюрьму носила.
– Ты так говоришь, словно это все была моя инициатива.
– А разве нет? – Яна старалась спрятать ехидную улыбку, но у нее не получилось. – Ты бы, наверняка, еще и в тюрьму вернулся, лишь бы в отпуск со мной не ехать!
– Раскусила, значит? – спускаясь ниже от поясницы, я сжал ягодицу девушки, вызвав у нее новый приступ смущения.
– Люди же смотрят! – она попыталась отползти, но не смогла.
– Ну да, все на этот пляж пришли исключительно за этим. Эй! – решив ретироваться иным способом, Яна начала исчезать, и я шлепнул ее пониже спины. – Хватит дурачиться.
– Тогда ты мажь меня кремом, а не распускай руки! – потребовала Тень, вновь становясь видимой.
– Тебе же это нравится.
– Не при всех же! – Яна вновь залилась краской. – Дай сюда, – она извернулась, отобрала у меня крем и стала мазать ноги уже сама. – Что ты за человек такой⁈
Я пожал плечами и посмотрел ей в глаза.
– Счастливый.
Не ожидавшая услышать такое девушка смутилась и забыла, что хотела сказать. Она несколько секунд смотрела на меня, после чего нежно улыбнулась.
– Как и я.
– Вы такие сладкие, что я ща блевану, – раздался за нашими спинами грубый голос, и Демон плюхнулся на песок рядом со мной. На нем были одни черные плавки – как и я, из‑за дара Димка не нуждался в дополнительной защите от солнца и тепла. Но с одним лишь отличием – жар он чувствовал сильнее, поэтому выглядел так, словно недавно вылез из воды.
– Может, тебе следовало меньше пить вчера? – предположила Нина, которая прогуливалась в легком сарафане, под которым уже угадывался чуть округлившийся живот.
– Я в отпуске, женщина, – тут же заворчал Демон.
Яна презрительно фыркнула.
– Можно подумать, ты вне отпуска не пьешь.
– Вне отпуска нет «все включено», – парировал Димка. Он положил рядом с собой сумку, а сам растянулся на солнце во весь свой немалый рост. Закинув руки за голову, одаренный добавил. – А если все включено, то надо пользоваться. Иначе нахера включали‑то?
– Они после такого «пользования» тебя сюда больше не пустят. Занесут в черный список. – Предположил я. – Ты в отеле за неделю сколько выпил? Наверное, весь месячный запас уничтожил в одно рыло.
– И ни о чем не жалею, – погладил живот Демон. Даже несмотря на то, что он жрал и пил, как не в себя, под красной кожей все равно бугрились кубики пресса. – А пива они еще привезут. Мне на баре сказали.
Я посмотрел на часы и покачал головой.
– Ты спрашивал в баре пиво в десять утра?
– Он спросил бы раньше, если бы раньше проснулся. – Скептически сообщила Нина. Она достала из сумки спутника полотенце и постелила его рядом с Яной, но ложиться не стала, а просто села, зарывшись ногами в горячий песок. – А вы не хотели бы со мной на экскурсию съездить?
– Ну началось, – простонал Демон. – Чего ты к людям прикопалась? Мы сюда отдыхать приехали, а не на экскурсии по музеям всяким шастать.
  
– С чего ты взял, что речь о музее? – Нина вскинула бровь.
– Ты ж сама говорила.
– Не говорила. – Голос Зиминой звучал так, как у строгой учительницы, которая спрашивает у нерадивого ученика, не забыл ли он дома помимо домашней работы еще и голову. – Может, тебе стоит внимательнее меня слушать?