Сафари / Двуногая дичь / Сила желания (СИ)

  
Сафари / Двуногая дичь / Сила желания
   
Глава 1
 
1
Пенные солёные языки лениво облизывали пляж, цепочку следов на песке, и оставляющие их ступни идущей по берегу девушки. Соломенная шляпа была единственным инородным предметом на стройном загорелом теле. Девушка совершенно не стеснялась своей наготы. Она знала, что кроме неё, мужа, диких зверей и маленькой шимпанзе, смешно семенящей рядом, в округе больше ни души.
  
Небольшой животик указывал где-то на третий-четвёртый месяц беременности. Задумчивая мечтательная улыбка не покидала лицо, глаза высматривали в стене тропической зелени знакомую фигуру — кормилец вот-вот должен вернуться домой. Время от времени взгляд сам собой скользил назад, в сторону аккуратной небольшой хижины, притаившейся на поляне чуть выше по берегу. Их жилище было надёжно спрятано от посторонних глаз, но если знать, что искать — рассмотреть его не составляло труда.
Пение птиц, крики обезьян, шелест листьев, лёгкое шуршание прибоя — все эти звуки уже давно стали привычными, как когда-то гул большого города. Накатила лёгкая грусть по былым временам, по оставленной где-то в прошлом цивилизации, с неизбежно сопутствующими ей вонью выхлопов, толпами людей, не умолкающим рёвом машин. На миг даже мелькнуло давно уже поднявшее голову сомнение — про то, какого же будет их ребёнку расти здесь, одному, в дикости. Правда, оно было отметено всё тем же доводом. Ведь не окажись она тут, никакой беременности просто никогда бы и не было...
Мысли мерно и спокойно сменяли одна другую, то ненадолго заставляя хмуриться, то — вновь улыбаться. И так бы продолжалось ещё долго, если бы где-то на периферии сознания не появилось какое-то беспричинное, на первый взгляд, беспокойство. Осознав это, девушка вдруг застыла, как вкопанная — жизнь давно заставила научиться доверять ощущениям. Каких-то мгновений хватило, чтобы понять, что казалось странным — на грани слышимости едва различался слабый инородный звук. Знакомый по прошлой жизни и совершенно нежелательный здесь — приближающийся стрёкот лопастей вертолёта.
Выругавшись сквозь зубы, девушка с места сорвалась на бег, в сторону оставшейся позади хижины, обронив по дороге шляпу. Обезьянка, смешно покрутившись на месте, припустила следом, подхватив и нахлобучив на себя головной убор хозяйки. Правда, ей это быстро надоело — было неудобно — и, в итоге, соломенный кругляшок так и остался валяться на песке, выделяясь своими правильными формами и светлым цветом.
Конечно, была вероятность, что вертолёт просто пролетит мимо, не заметив органично вписывающееся в окружающий ландшафт строение. Да и вообще, внутри летательного аппарата могли оказаться самые обычные туристы. Но — девушка предпочитала перестраховаться, да и не верила в совпадения. Если у Охотников появилась авиация — это было очень, очень плохим знаком...
Когда она выскочила из хижины, в торопливо накинутом камуфляже, обвешанная подсумками, с винтовкой в руках, и нырнула в заросли — уже можно было разглядеть рукотворную стальную стрекозу, медленно, но верно плывущую над зелёным морем джунглей. Девушка поднялась, прикрываясь густыми кронами южных деревьев, метров на сто вверх по крутому склону. Там она осторожно опустилась на землю и притаилась в небольшом окопчике в кустарнике, с неплохим видом на жилище внизу.
Наверное, вертолёт пролетел бы мимо, если бы не потерянная шляпа, слишком выделявшаяся на фоне песка. Мысль, что надо было вернуться и подобрать её, ведь время на это оставалось, заставила бессильно застонать. Но — что сделано, то сделано... И теперь летательный аппарат, заметно снизившись, совсем медленно двигался вдоль границы джунглей. Явно, Охотники — если это были они — почуяли добычу. И возможно даже разглядели её следы, идущие к дому...
Сомнения в намерениях прилетевших развеяла первая же пулемётная очередь, выпущенная из торчащего сбоку фюзеляжа, как в ганшипе времён вьетнамской войны, старенького М-60. Она прошила хижину насквозь; ещё несколько причесали округу, срубая ветви и выбивая щепки из древесных стволов. Издалека донеслись даже залихватские крики: «Й-и-и-ху-у-у-у!». Покружив немного и обильно полив всё вокруг тяжёлым свинцовым дождём, вертолёт ненадолго сел и снова взмыл вверх. Спрыгнувшие на землю несколько человек разбежались в стороны, занимая огневые позиции. Один забросил внутрь разнесённого пулями и покорёженного жилища две гранаты, подождал, пока тонкие стены буквально разлетятся в стороны. Заглянув в то, что осталось от хижины, он убедился, что там никого не оказалось, и махнул рукой остальным.
Девушка покровительственно усмехнулась. Конечно же, она сидела бы там и дожидалась гостей, шумящих на всю округу... Всё-таки эти люди, хоть и пытались казаться бравыми вояками, зачастую допускали глупейшие ошибки. С другой стороны, они приходили сюда просто поразвлечься...
Как бы то ни было — намерения пришедших были теперь понятными, и, поднявшись, девушка побежала в глубь зарослей, по заранее подготовленному маршруту. Прикрытая со всех сторон зеленью тропа выводила к ручью, по дну которого нужно было пройти до завала камней, чтобы скрыть следы от собак, которые могли оказаться среди Охотников, и опытных следопытов. Уже оттуда можно было спокойно уходить вглубь джунглей.
Может всё и обошлось бы, но, постоянно оглядываясь, нет ли преследования, беглянка запнулась о корень и сильно подвернула ногу. Стиснув зубы и злобно зашипев, она продолжила шагать вперёд, превозмогая сильнейшую боль — но теперь значительно медленнее.
А среди Охотников, как на зло, действительно оказался хороший следопыт. Быстро найдя свежие следы, уходящие вверх по откосу, он махнул в ту сторону рукой. Вертолёт, взяв немного вбок, полетел прямо туда, где скрылась девушка. Пулемётчик не переставал постреливать по лесному массиву, не жалея боеприпасов и, видимо, не беспокоясь о состоянии ствола. Он бил наугад, но умудрился почти попасть — росчерки трассеров вспыхнули совсем близко. Проклиная себя за потерянную шляпу, за любопытство, за то, что решила остаться, а не ушла сразу глубже в джунгли, девушка наконец решилась. Подняв ствол трофейной AR30, взятой когда-то с тела одного из таких же Охотников, она прицелилась и открыла огонь по вертолёту, стараясь попасть в раскрытый проём — туда, где за турелью угадывался человеческий силуэт. Сделать это удалось, пусть и не сразу, мишень двигалась достаточно быстро. Но — многочисленные тренировки и упражнения под присмотром мужа дали о себе знать.
Правда, радость от успеха оказалась не долгой. Тупая боль резко толкнула в плечо, перед глазами всё завертелось, и девушка потеряла сознание. Пришла в себя от того, что боль становилась всё сильнее и сильнее... Открыла глаза — вокруг стояло несколько вооружённых людей в камуфляже, с лицами, закрытыми масками. Один из них с силой вдавливал подошву своего берца прямо в то место, куда угодила пуля.
Когда гораздо позже, в вечернем сумраке, из джунглей бесшумно появилась одинокая фигура, на месте разыгравшейся трагедии осталась только сгоревшая дотла хижина, чуть в сторонке — ворох окровавленной одежды, да маленькая обезьянка, потерянно крутящаяся рядом.
2
— Стреляй, стреляй, уйдёт же! Давай-давай-давай!..— азартно кричал муж.
Ира, провожавшая стволом убегающую антилопу, опустила оружие.
— Ну что же ты!..
Ничего не ответила, просто упрямо сжала губы. Хоть и понимала, что то сочувствие, которое она испытывала к животному — совершенно иррационально и неуместно в данной ситуации, но... Ничего не могла с собой поделать. Да и несколько туш, из застреленных её спутниками ранее представителей местной фауны, всё равно уже лежали на земле. Остаться без мяса на ужин не грозило. Какая разница, если эта антилопа, одна-единственная из всех, спасётся?.. Кому будет хуже от этого?
— Дай сюда! — муж протянул руку за винтовкой, и, грубо выхватив её, попытался всё же подстрелить животное, которое успело уже отдалиться на порядочное расстояние. К скрытой Ириной радости, безуспешно.