Камень сердолик (СИ)
Правнук, с которым внучка Наталья поступила не слишком-то хорошо, поддерживать близкие отношения отказался наотрез, хотя и писал иногда письма и открытки. София Милорадовна могла бы воздействовать на него с помощью Души, но опасалась нарушить что-нибудь в грядущем ритуале. Ведь если переноса не произойдёт, Душа Фаэ будет утрачена для родного мира навсегда.
К тому же долгие ритуалы не прошли для немолодой уже женщины даром. Она стала стремительно стареть, здоровье ухудшалось не по дням, а по часам. София Милорадовна написала последнее письмо Климу, подготовила Душу и стала ждать.
И её изначальная задумка получилась, хотя Клим оказался в Низких Ключиках уже после кончины прабабушки.
*Название выдумано автором, все совпадения случайны.
**Лекпом – лекарский помощник, т.е фельдшер.
*** Геринг, Герман – руководил люфтваффе, т.е. боевым воздушным флотом рейха.
**** Автором книги «Воспоминания и размышления» является Г.К. Жуков.
========== Глава 25. Дитя Души ==========
Внимание, пока не бечено!
М’Хаши негромко тявкнул – совершенно по-собачьи, и этот непривычный здесь звук заставил Клима вздрогнуть, отрываясь от книги.
Юноша встал, потянулся и тихо зашипел от боли. Ноги от долгого сидения в одной позе затекли, и сейчас их закололо миллионом тонких противных иголочек. Сколько же он просидел здесь? Явно всю ночь, тьма вокруг стала серой, дело шло к рассвету.
Растирая затёкшие ноги, Клим одновременно пытался привести в какое-то подобие порядка царящий внутри раздрай. Он чётко понял – прабабушка использовала его для того, чтобы вернуть Душу Фаэ в этот мир. Использовала, предварительно всё хладнокровно продумав. И шкатулка, о которой упоминалось в письме… Почему вместо неё он наткнулся на мешочек? Наверняка в шкатулке было что-то ещё, но София Милорадовна в последний момент уже перед смертью, решила всё переиграть. Почему? Зачем?
И возврата в мир, который он привык считать своим, для него нет – Клима Белецкого там просто больше не существует. Его тело распалось на атомы, чтобы выделившаяся энергия помогла процессу перехода его души в этот мир. Так что тело Камеля – это всё, что у него есть, дороги назад нет.
А Камель… Бедный парень, жестоко пострадавший из-за своей неправильной любви… Неудивительно, что душа Клима так легко заняла его тело – всё, что он пережил и так было сильнейшим потрясением, а если учесть, что до этого парень вынашивал ребёнка… Может, кто другой и обозвал бы Камеля слабаком, только не Клим.
Ноги перестало колоть, и Клим облегчённо вздохнул, сделал несколько разминочных движений, чувствуя, как отступает усталость. Да… Они оба оказались жертвами. Обстоятельств, чужих интриг, собственного рождения… Хорошо их поимели… Клима-собственная прабабушка, Камеля – интриганка Азиль и правитель Гортанов…
Только вот Клим категорически отказывался быть жертвой. И раз уж так получилось, что у него нет возврата – он сделает то, чего так страстно хотела София Милорадовна. Ну, и ещё отомстит за бедолагу Камеля. Но сначала необходимо освободить Азура – в этом нет никакого сомнения.
М’Хаши, незаметно подобравшийся к Климу, коротко тявкнул ещё раз и дёрнул парня за штанину.
- Возвращаться пора? – спросил парень. – Отвезёшь меня назад, мой хороший? А то твой хозяин будет беспокоиться, где ты шлялся всю ночь.
М’Хаши снова тявкнул и мотнул огромной башкой. Умные, совсем не волчьи глаза выжидательно уставились на Клима. Так, словно зверь хотел что-то сказать, о чём-то напомнить… да не мог.
Клим призадумался. Вряд ли зверь хочет ему зла. Но что ещё он забыл сделать? М’Хаши тявкнул ещё раз, на этот раз он подлез Климу под руку и положил лапу на книгу, которую Клим, выполняя разминку, оставил на обломке камня.
У парня в голове что-то заворошилось. Что-то он действительно забыл сделать… о чём-то ему София Милорадовна писала… а может, говорила… Точно! Кровь! На книгу нужно капнуть кровью!
Клим помедлил мгновение, а затем решительно прикусил большой палец. На его кончике тут же набухла густая синевато-багряная капля.
«Хе, - пронеслась шальная мысль, - похоже, я тут в прямом смысле голубых кровей!»
Но прикалываться было некогда и Клим, когда капля уже грозила сорваться с кончика пальца, быстро поднёс её к книге и капнул на страницу.
Ему показалось, что книга издала облегчённый вздох. Кровь впиталась в страницу почти мгновенно, не оставив никакого следа. А в голове юноши прозвучало:
«Приветствую тебя, мой новый хранитель! Наконец-то!»
И мешочек с камнем на груди слабо завибрировал, от него по всему телу разлилось приятное бодрящее тепло, отчего Клим сразу же себя почувствовал свежим и полным сил.
«Это мой мир! Ты вернул меня, хранитель!» - продолжил голос.
Клим сжал мешочек рукой и мысленно спросил:
«Это ты со мной разговариваешь? Ты, камень?»
«Я - Душа Фаэ, - с достоинством ответил голос. – И я – исцелена. Спасибо тебе и твоим предкам, они сделали всё. И, прости свою прабабушку, хранитель Клим. Тот ритуал… Она разработала его не без моей помощи… Но ты сам видишь, что творится вокруг. Ещё немного - и моё возвращение было бы бесполезным…»
«Угу, - отозвался Клим, - понятно. А мною ты тоже намерен вертеть, как пожелаешь? Не позволю!»
«Тобой – не получится, - вздохнул голос. – Твоя душа слишком сильна. Это для того, чтобы ты знал – все твои поступки будут исключительно твоими. И нет, я никогда не подчинял себе своих предыдущих хранителей. Даже твою прабабушку. Она сама выбрала свой путь и делала то, что делала – тоже сама».
«Не без твоей помощи, - ядовито отозвался Клим. – Вряд ли она сама бы смогла продумать такой ритуал».
«Не без моей, - согласился голос. – Но я её не принуждал, и готов принести в этом клятву, такую, что не смогу нарушить даже я. Нам придётся договариваться, Клим. Похоже, Камель был единственным в этом мире, кто вообще годился на роль хранителя, иначе тебя бы не перенесло в его тело в такой смертельно опасный момент. Поверь, ты мне необходим. Так что будем договариваться».
«Будем, - мрачно согласился Клим. – Что я должен делать?»
«Прежде всего, - отозвался голос, - дай мне оставить здесь своё дитя. Оно будет расти в этом лесу, и Сёстры будут присматривать за ним, а Гортанам сюда по-прежнему не будет ходу.
«Про какое дитя ты говоришь?» - удивился Клим.
«Достань меня и положи на камень, - отозвался голос. – Всё увидишь сам».
Клим пожал плечами и достал камень из мешочка. Причём, на этот раз камень словно сам подался ему в руку. Парень в восхищении замер. Камень тоже изменился – он словно пронизан был нежными золотисто-рыжими искорками и светился изнутри собственным светом.
«Опусти меня в центр каменного круга, хранитель», - прозвучало в голове у Клима.
- Какого кру..? – от удивления начал спрашивать вслух Клим, но осёкся. Развалины каким-то непостижимым образом изменились тоже. Теперь каменные обломки образовывали почти правильный прерывистый, но совершенно явно заметный круг. А в центре его располагалась неправильной формы глыба с углублением в центре. Клим пересёк черту круга, приблизился к глыбе и положил камень в углубление.
«Спасибо», - прозвучало в голове, и Клим вновь почувствовал приятное бодрящее тепло. Камень засиял золотым мягким светом, потом он словно вспыхнул, а потом сияние стало потихоньку гаснуть. А когда оно почти погасло, оставив лишь неясную дымку, Клим увидел, что в выемке лежат два совершенно одинаковых камня.
«Вот и всё, - прозвучало в голове. – Забери меня. Тебе пора возвращаться к своим».