Чужая жена. Пари для графа (СИ)
- Ты? Ты пришел…
* * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * *
Капитан долго не мог прийти в себя, получив письмо. Понимая, что его прислал кто-то из поместья, он всем сердцем мечтал, чтобы это оказалось послание от его жены. Любое, пускай она просит подтвердить аннулирование брака, главное от нее. Но нет. Как и думалось, письмо отказалось не от нее, а от Клариты.
- Неужели она меня помнит, эта хрупкая и милая девушка? – граф и сам не заметил, как рука потянулась писать ответ.
Первое письмо вышло кратким и сухим. Он поблагодарил за помощь, вежливо поинтересовался ее делами, а вот последующие письма его крепко зацепили. Каждую неделю он томился в ожидании и предвкушении очередных вестей от Клариты. И вроде ничего такого, лишь невинные размышления о смысле жизни, воспоминания из детства, рассказы про сокровенные мечты, но капитан радовался как дитя, перечитывая каждое слово. А его солдаты видели, что их командир перестал хмуриться, а на его лице все чаще блуждает улыбка.
Но самое главное, их капитан перестал рваться на поле боя. Со смиренным видом выслушал заключение комиссии о его непригодности в военном деле, в спешке собрал вещи, чтобы поскорее вернуться домой, в родные стены.
Несмотря на поломку кареты в пути, Алекс в последний момент успел приехать на свадьбу к своему другу. Он чувствовал себя непривычно в столице, среди разодетых аристократов, хотя совсем недавно был частью этого мира. Наскоро переодевшись в заранее подготовленный для него Максом торжественный костюм, он поспешил в Храм.
Эмму он увидел сразу. Она стояла чуть поодаль от молодоженов, такая же хрупкая и прелестная, как всегда. Правда за эти годы ее красота расцвела, и она из наивной скромной девушки превратилась роскошную желанную женщину, уверенную в себе.
Он видел, как она кого-то выискивала в толпе, постоянно крутя головой и всматриваясь в лица. Он не предупреждал ее о приезде, значит, она искала кого-то еще, скорее всего возлюбленного. Поэтому, несмотря на щемящую боль в сердце, он просто обязан ее освободить от этого навязанного брака, волею случая связавшего их.
Стоять было тяжело. Нога ныла, поэтому пришлось во время венчания облокотиться на стену. Но капитан держался. Осталось чуть-чуть продержаться, и выполнить самое главное, для чего он вернулся – освободить Эмму.
Но после венчания он потерял жену из виду, слишком много гостей присутствовало на свадьбе. На праздничный бал он не торопился, уединившись на скамейке возле фонтана, напротив выхода. Капитан боялся возможных воспоминаний, которые могут нахлынуть внутри, да и нога слишком ныла, что не было сил на нее наступать в полной мере. Он надеялся, что Эмма, нелюбительница подобных развлечений, вскоре покинет торжество и пожелает подышать воздухом.
Так и вышло. Такая красивая, невероятно привлекательная, она грациозно сбежала с лестницы, направляясь к озеру. Он поспешил за ней, невольно сравнивая, как ущербно он смотрелся бы на ее фоне, подойдя к ней на балу. Обросший, покрытый шрамами, хромой – он сейчас совершенно не похож на прежнего себя. У того хоть был шанс.
Потеряв Эмму из виду, граф растерялся. Но оглядевшись, заметил в отдалении беседку. Сомнений быть не могло, его жена была там. Он старался не думать, с какой целью она там уединилась, но жгучая ревность застилала душу. Выждав приличное время, удостоверился, что к ней никто не спешил. Облегченно выдохнув, пошел к беседке, стараясь не шуметь и не выдавать своего присутствия раньше времени. Ему хотелось еще раз хотя бы издали полюбоваться на нее.
Она сидела, задумавшись о чем-то своем. Белое платье красиво оттеняло ее загорелую кожу и развивалось на ветру. Ожерелье! Она приняла его подарок. Алекс радостно улыбнулся и сделал шаг вперед. Главное, набраться храбрости и решимости оторвать от сердца самое дорогое.
- Ты? Ты пришел…
Столько надежды, грусти, радости было в ее взгляде, что капитан смутился.
- Эмма, дорогая, я … - но слова не шли, застряв в горле. Он молча подошел к ней, опустился на здоровую ногу, сев осторожно полубоком на пол, и обнял обеими руками ее колени, уронив на них голову. И заплакал.
Он не видел и не чувствовал, захлестнутый своими эмоциями, что у Эммы задрожали пальцы, и она бережно обняла его голову обеими руками и тоже заплакала. От счастья. Что живой… Что вернулся…
44. Эмма Бреннон
Эмма была счастлива. Жив! Вернулся! Она готова была расцеловать его всего от нахлынувших чувств, но осмелилась лишь обвить его голову руками, зарыться в шелковистые волосы, и обнять.
Когда первые эмоции улеглись. Она засуетилась, предлагая Алексу подняться и сесть на скамью, чтобы снизить нагрузку на больную ногу. Но Алекс трогательно поцеловал ее в лоб, немного отстранился и начал говорить.
Он говорил много, сбивчиво, пытаясь что-то ей объяснить, но она не могла слушать, потому что поняла самую суть. Он отпускал ее… Ее руки безжизненно опустились, а взгляд потускнел.
И чтобы он дальше не рассказывал, что прозрел, поздно понял свои чувства, испытывает вину и угрызения совести, подаст в ближайшее время прошение Императору и много чего еще, Эмме стало до слез обидно, что он сдался и решил не бороться за их любовь.
Продолжая делать вид, что внимательно слушает его речь, мысленно она витала где-то далеко. Так она и просидела до позднего вечера, не поднявшись даже после ухода мужа. Апатия, полное безразличие окутало ее душу.
Хорошо, что внимательная сестра обратила внимание на отсутствие Эммы и попросила Матильду ее отыскать. И как не уговаривали близкие, девушка наутро покинула замок графа Моранийского, отправившись в поместье.
Приехав в родовое гнездо мужа, ставшее близким и родным ей, она почувствовала себя живой и смогла вздохнуть полной грудью. Старясь не думать более о муже, она полностью погрузилась в рабочие проблемы. За две недели ее отсутствия дел накопилось очень много. Нужно было разобраться с запуском нового вида сыра, отобрать рабочих из новичков, проверить помещения мельниц, а то в этом году погода очень дождливая, чтобы мука не испортилась в закромах. И много чего еще по мелочи.
Неприятным сюрпризом стало отсутствие Оскара, ее незаменимого Управляющего. Узнав, что она вернулась в поместье, он быстро собрался и, сославшись на срочные проблемы, возникшие у его двоюродной кузины, проживающей в столице, он удалился. Обещая вернуться через пару - тройку дней.
Разобравшись с текущими делами, Эмма вернулась к идее создания винодельни. У его отца было небольшое производство, и она довольно неплохо в этом разбиралась. Самое главное, это выбрать нужный участок, построить хранилище, нанять толковых агронома и винодела. И если хороший винодел у нее был на примете, то с агрономом дела обстояли хуже.
С самого утра, пока солнце не обжигало, она отправилась осматривать пустующий участок земли. По ее ощущениям, место было хорошее. Достаточно солнечного цвета, нет сильных ветров. Как и договаривались, к ней на встречу прибыл винодел ее отца. Он сообщил, что дядя забросил их винодельню, и он был вынужден устроиться на работу помощником мясника, чтобы хоть как-то сводить концы с концами. Так как виноделен поблизости ни у кого не было.
Услышав рассказ о тяжелой жизни, Эмма предложила ему переехать вместе с его семьей на ее земли и попробовать здесь возродить дело ее отца. Винодел воодушевился и пообещал, что попробует переговорить с ее дядей, чтобы тот за недорого отдал технику. Все равно она простаивает без дела. Графиня согласилась, но попросила не называть ее имени как потенциального покупателя. Винодел кивнул и отправился в обратный путь.
Уставшая, вымотанная за последние дни, Эмма попросила старосту деревни на телеге довезти ее до дома. Подъезжая, они заметили странное оживление. Несколько служанок бегали вперед-назад, что неся в руках.
- Что это могло бы быть? – удивился староста.
Эмма пожала плечами, ей это определенно не нравилось.